Цзян Юйбай был почётным членом Кью-Кью и обладал особыми привилегиями. В списке друзей система закрепила его в самом верху. Его сетевое имя «Цзян-Цзян-Цзян-Цзян» горело броским ярко-красным цветом. Стоило Линь Чжися взглянуть на список контактов, как Цзян Юйбай тут же приковывал к себе всё её внимание.
Подпись Цзян Юйбая в Кью-Кью состояла всего из трёх слов: двойная звёздная система.
Линь Чжися поняла глубокий смысл этих слов. Ей вдруг расхотелось печатать, захотелось услышать голос Цзян Юйбая. Поэтому она отправила запрос на видеосвязь, и Цзян Юйбай, не раздумывая, принял его.
Только в этот момент Линь Чжися вспомнила — Цзян Юйбай никогда не видел её комнаты.
Линь Чжися тут же повернула голову, проверяя, прибрано ли в её спальне. Вчера вечером гэгэ вымыл пол и даже помог ей протереть книжный шкаф; вид комнаты через камеру её вполне удовлетворил.
А Цзян Юйбай сидел в кабинете. За его спиной виднелось огромное панорамное окно, за которым расстилался ровный и аккуратный изумрудный газон. Отблески заката пробивались сквозь стекло, падая на него, отчего его облик казался немного нереальным.
Он и Линь Чжися одновременно надели наушники. Линь Чжися сказала в микрофон:
— Как дела в школе?
Цзян Юйбай подробно ответил на вопрос Линь Чжися. Он рассказал, что в их классе всего одиннадцать учеников. В первый же учебный день он обсудил с учителем планы на будущее и определился с выбором предметов в старшей школе. А ещё он собирался вступить в школьную команду по гольфу. В первой половине следующего года он примет участие в Североамериканском экономическом челлендже… и так далее.
Линь Чжися не удержалась от вопроса:
— Ты завёл новых друзей?
Цзян Юйбай ответил:
— Я не уверен.
Линь Чжися переспросила:
— Не уверен… являются ли твои новые одноклассники твоими друзьями?
Цзян Юйбай кратко ответил:
— Да.
Линь Чжися непроизвольно подняла палец и тихо положила его на письменный стол. В этот момент Цзян Юйбай в свою очередь спросил её:
— Кто твой новый сосед по парте?
Линь Чжися честно ответила:
— Тан Тинтин — моя соседка по парте. Шэнь Фусюань и Хань Пэн сидят позади меня. Да, Цзинь Байхуэй тоже моя одноклассница, теперь я ученица первого класса старшей школы (27-го потока).
Цзян Юйбай, казалось, немного занервничал:
— Цзинь Байхуэй доставила тебе неприятности?
Линь Чжися протянула руку и схватила своего маленького пингвинёнка. Обнимая его, она расслабилась и непринуждённо болтала с Цзян Юйбаем:
— Нет. Сегодня на классном часе классный руководитель попросил каждого из нас встать и представиться. Цзинь Байхуэй сказала, что хочет поступить в класс Яо университета Цинхуа и способствовать развитию науки. Мне кажется, она довольно искренний человек. У неё твёрдые цели, и ей всё равно, что о ней думают другие…
Цзян Юйбай немного придвинулся вперёд, ближе к камере. Он спросил:
— А тебе важно, что говорят окружающие?
Линь Чжися ничего не ответила. Она сосредоточенно задумалась и признала:
— Важно.
Затем она добавила ещё искреннее:
— У меня нет такой стойкой психики, как у Цзинь Байхуэй. Поэтому я до сих пор не дала ни одного интервью ни одному СМИ. Я не хочу быть на виду у широкой публики.
Цзян Юйбай обсудил с ней этот вопрос:
— Ты поступаешь правильно. Внимание и обсуждения — это палка о двух концах.
— Да, — тон Линь Чжися был очень спокойным, — у меня пока нет достойных упоминания результатов исследований, я только прощупываю свой путь в науке.
Цзян Юйбай подбодрил её:
— У тебя отличное начало.
Линь Чжися откинулась на спинку стула, крепче прижимая плюшевого пингвинёнка. Она открыла Цзян Юйбаю своё сердце:
— Цзян Юйбай, за эти два года… знаешь, я попала в национальную сборную, участвовала в международных соревнованиях. Я познакомилась с учениками из разных стран и регионов. У меня появились некоторые новые взгляды.
Цзян Юйбай сцепил пальцы рук, всем своим видом показывая готовность слушать:
— Какие взгляды?
Линь Чжися то и дело теребила крылышки пингвинёнка. Она произнесла:
— Хотя учителя и одноклассники часто хвалят меня, мне кажется, я просто сжала процесс обучения.
Цзян Юйбай привёл пример из реальности:
— Мой папа инвестировал в одну компанию электронной коммерции в Пекине, они в последнее время занимаются сжатием баз данных.
Линь Чжися, как и ожидалось, тут же оживилась:
— Сжатием баз данных?
— Технология сжатия баз данных, — описал Цзян Юйбай, — она позволяет экономить место для хранения.
Линь Чжися медленно выпрямилась на стуле:
— Но, насколько я помню, эффективность нынешних технологий сжатия баз данных кажется не слишком высокой.
Цзян Юйбай перешёл к сути:
— Если повысить эффективность сжатия хотя бы на один процент, результат будет весьма ощутимым.
Линь Чжися осенило:
— Я поняла. Ты что, хочешь похвалить меня? Сказать, что мой мозг похож на сжатую базу данных? И что он во много раз мощнее, чем у других?
Цзян Юйбай как раз обдумывал черновик своей речи. Он собирался помочь Линь Чжися обрести крепкую уверенность в себе, чтобы она ясно осознала, насколько велик её талант. В итоге он успел сказать всего пару фраз, а Линь Чжися уже разгадала его мысли.
Линь Чжися воскликнула:
— Цзян Юйбай, ты такой замечательный, так иносказательно меня хвалишь… Когда я болтаю с тобой, мне так спокойно, кажется, я могу рассказать тебе обо всём на свете.
Цзян Юйбай, опустив голову, тихо рассмеялся, и сам не зная, чему смеётся.
Линь Чжися положила пингвинёнка на колени. Повернувшись лицом к экрану компьютера, она торжественно пообещала:
— Каждый вечер в шесть часов, если ты будешь в сети, я буду выходить с тобой на видеосвязь. Всего на десять минут, хорошо?
Цзян Юйбай спросил её:
— Почему только десять минут?
Линь Чжися рассудительно ответила:
— Я не хочу мешать твоей учёбе. Я слышала, что в Кембриджский университет поступить довольно трудно. Если я буду занимать слишком много твоего времени и это замедлит твой учебный прогресс, из-за чего ты не поступишь в Кембридж, я буду чувствовать огромную вину.
Цзян Юйбай не ожидал от Линь Чжися подобных опасений.
Ничуть не смутившись, он совершенно спокойно произнёс:
— У меня в запасе два года на подготовку.
— Да, — Линь Чжися вместе с ним устремила взгляд в будущее, — осенью 2010 года ты подашь заявление, а затем получишь уведомление о зачислении.
Цзян Юйбай вдруг осознал: если его план будет успешно реализован, то он пойдёт в университет в шестнадцать лет. Конечно, Линь Чжися поступит ещё раньше — она станет почётной студенткой в четырнадцать лет.
Цзян Юйбай немного подумал и снова спросил её:
— Планируешь ли ты участвовать в олимпиадах в этом году?
Линь Чжися взвешенно ответила:
— Посмотрим по обстоятельствам, я ещё не решила.
Она улыбнулась в экран:
— Ты собираешься участвовать в Североамериканском экономическом челлендже, я могу потренироваться вместе с тобой. В своё время, чтобы проработать экономический фон для «Исследования Вселенной», я прочитала в библиотеке много книг.
Цзян Юйбай вспомнил тот период. Тогда он каждый день расспрашивал старших, а затем вплетал экономические теории в сюжет маньхуа.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
