Цзян Юйбай получил множество похвал и добрых пожеланий.
Его дядя был особенно взволнован и без конца повторял:
— Сяо Цзян, как ты можешь быть таким выдающимся? Ты поистине дитя нашей семьи, тебе всего пятнадцать, а ты уже поступил в такой престижный университет…
Внезапно дядя о чём-то вспомнил и невольно вздохнул:
— Сяо Цзян, когда ты вырастешь, мы сможем со спокойной душой передать все семейные дела в твои руки.
Цзян Юйбай с готовностью согласился.
У отца Цзян Юйбая была инвестиционная компания в Пекине, и Цзян Юйбай каждую неделю выкраивал время, чтобы съездить туда и поприсутствовать на утренних совещаниях.
После окончания собраний Цзян Юйбай оставался в компании на занятия. Его отец и мать сформировали несколько групп специалистов, которые специально для него разъясняли реальные бизнес-модели, механизмы управления внутри семьи, конкретную деятельность семейной группы компаний и многое другое.
Цзян Юйбай обнаружил, что в наследовании семейного дела есть две основные трудности. Во-первых, административные и деловые ресурсы в руках старшего поколения не могут быть полностью переданы Цзян Юйбаю. Он должен сам расширять круг общения и прокладывать собственные линии связей. Во-вторых, он слишком молод и неопытен; чтобы занять место в руководстве, ему необходима поддержка старших, которая обеспечит его непрерывный рост.
Таким образом, место учёбы Цзян Юйбая переместилось из кабинета в компанию. Он больше не сидел целыми днями дома, как раньше. Он сопровождал членов семьи на различных светских мероприятиях, его манера речи и поведение стали более зрелыми, и он освоил всевозможные приёмы ведения переговоров.
Все в семье Цзян Юйбая чувствовали его стремительный рост.
Дедушка Цзян Юйбая, видя успехи внука, сначала похвалил его, а затем предостерёг:
— Сяо Цзян, отправившись на учёбу в Кембридж, ты сможешь многому научиться. Бакалавриат по экономике в Кембридже длится три года. Ты поступишь в шестнадцать, а к моменту окончания тебе будет всего девятнадцать. Когда тебе исполнится двадцать, твой отец заставит тебя открыть собственную компанию, чтобы ты набил руку. Увидев такого молодого человека, как ты, ветераны делового мира не обязательно в первую очередь подумают о сотрудничестве. Тебе нужно не только налаживать связи, но и знать, как видеть людей насквозь и как правильно их использовать.
Дедушка произнёс это сегодня за ужином.
В этот момент отец, мать, дядя, тётя, дедушка и бабушка Цзян Юйбая — всего семь человек — сидели за длинным столом.
Стол ломился от изысканных яств, атмосфера семейного собрания была тёплой и гармоничной, а дядя даже попытался вступиться за Цзян Юйбая:
— Отец, нашему Сяо Цзяну сейчас пятнадцать, а ты уже учишь его этим штукам вроде «умения разбираться в людях и управлять ими», не рановато ли? Сяо Цзян всё ещё в подростковом возрасте, он не совершеннолетний. Отец, посмотри на меня: в пятнадцать я играл на скрипке, но ещё не добился больших успехов и не стал первым скрипачом…
Дедушка отложил палочки:
— Цзян Шаоци, ты хоть раз сталкивался с коммерцией?
Дядя тут же умолк.
Дедушка продолжил допрос:
— Ты хоть раз помогал старшему брату в делах?
Отец выступил на защиту брата:
— Шаоци помогает мне управлять некоторыми инвестиционными проектами.
От супа с морепродуктами шёл пар; дядя поднял пиалу и добавил:
— Бренды, которые я рекламирую: молоко «Пиньцзя», зубная паста «Фэйди», торговая площадка «Кэань»… За ними стоит несколько компаний, связанных друг с другом, и всеми ими владеет старший брат. Отец, ваше мудрое око всё видит: я же работаю на брата.
Джессика вмешалась в разговор:
— Дорогой, сколько брендов ты рекламируешь?
Дядя загнул пальцы, подсчитывая:
— Семь или восемь, из них четыре принадлежат нашей семье.
Джессика извлекла мясо из крабовой клешни, положила его в серебряную ложку, а затем в тарелку Цзян Шаоци. Она мягко произнесла:
— Ты так много трудишься.
Дядя придвинулся к ней:
— Это ты, жена, трудишься. Неужели это ты приготовила крабов? Весь день занята, а вечером ещё и у плиты…
Джессика с улыбкой ответила:
— Я не устала, я приготовила только крабов на пару.
У Джессики была собственная музыкальная студия. Чтобы быть рядом с Цзян Шаоци, она перенесла штаб-квартиру студии из Сингапура в Пекин. С этого года её родители начали помогать ей налаживать контакты, она получила несколько крупных заказов и становилась всё более занятой, часто пропадая из виду.
Жена полностью посвятила себя карьере, и Цзян Шаоци гордился ей.
Цзян Шаоци и Джессика сидели с левой стороны длинного стола, остальные — с правой. Они не видели мелких движений Цзян Шаоци, и, пользуясь этим, он обнял Джессику за тонкую талию.
На Джессике было длинное шёлковое платье, приталенное и подчёркивающее её изящную фигуру. Цзян Шаоци ущипнул пальцами кусочек шёлковой ткани, и его кончики пальцев скользнули по её талии, от чего у неё внутри всё затрепетало.
Когда Цзян Шаоци был с ней, он никогда не надевал перчатки. Она опустила взгляд, разглядывая его пальцы, тут же повернулась и принялась шептаться с ним. Между ними царила такая нежность и страсть, что даже медовый торт не сравнился бы с этой сладостью.
Цзян Шаоци перестал есть, будучи полностью поглощён разговором с женой.
«Нельзя позволять любви вскружить себе голову», — подумал Цзян Юйбай.
Цзян Юйбай отвёл взгляд и заговорил с дедушкой.
Дедушка слегка кашлянул.
Цзян Шаоци пришлось выпрямиться на стуле.
Цзян Юйбай продолжил слушать наставления дедушки. Он также обсудил с ним будущие направления инвестиций, сказав:
— В долгосрочной перспективе я верю в электронную коммерцию, складскую логистику и мобильные платежи. Интернет относительно прозрачен, а логистика охватывает более широкий спектр сфер.
— Ты и об этом знаешь? — вставил слово Цзян Шаоци.
Цзян Юйбай ответил:
— У меня лишь поверхностное представление.
Цзян Шаоци спросил старшего брата:
— Брат, на каком уровне сейчас наш Сяо Цзян?
Его брат улыбнулся:
— Неплохо, но нужно ещё несколько лет практики.
Услышав это, Цзян Юйбай ещё больше укрепился в мысли, что настанет день, когда он сможет самостоятельно справляться с делами, добьётся успехов в карьере и станет надёжной опорой для своей семьи.
*
В марте пришла весна, и температура начала расти.
Линь Чжися, прижимая к себе две книги, в одиночестве гуляла по кампусу.
Было около семи часов утра, небо светлело, занималась заря, а чистые воды озера Вэймин отражали башню Боя, возвышающуюся на восточной стороне. Берега озера поросли густым лесом, и каждый уголок был подобен картине. Линь Чжися некоторое время любовалась пейзажем, пока не услышала, как кто-то окликнул её:
— Ся-Ся?
Она обернулась и увидела Ло Ин цзецзе.
Она тут же подбежала к ней и с воодушевлением крикнула:
— Цзецзе!
В сентябре прошлого года Линь Чжися подала на факультет заявление на досрочный выпуск. После проверки факультет одобрил её просьбу: если Линь Чжися сможет завершить соответствующие курсы, она официально выпустится в июне следующего года.
В настоящее время Линь Чжися была студенткой второго курса. В этом семестре Линь Чжися и Ло Ин выбрали два одинаковых предмета, и она часто ходила на занятия вместе с Ло Ин. Всем было видно, что Ло Ин очень заботится о Линь Чжися — это была настоящая сестринская любовь.
В детстве Линь Чжися часто ссорилась с братом. Однажды после ссоры брат сказал, что было бы лучше, если бы у него не было мэймэй, на что Линь Чжися тут же парировала: «А мне было бы лучше, если бы у меня была цзецзе!»
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
