Тань Цяньчэ был одет в белую рубашку и чёрные брюки от костюма. Его запонки были давно расстёгнуты, обнажая крепкие, мускулистые предплечья. Когда-то этими самыми руками он обнимал её за талию, но на этом всё и закончилось — они не целовались и тем более не ложились в постель; их связывала лишь смутная и чистая ранняя любовь.
— Вчерашние сны утекают, как вода, — негромко отозвался Тань Цяньчэ. — У меня тоже всё в порядке.
Он держал руки в карманах брюк, не собираясь уходить, и почти не смотрел на неё.
Линь Чжися тут же насторожилась. Ей было прекрасно известно о беспорядочном образе жизни Тань Цяньчэ. Он даже не мог запомнить имена тех девушек и, чтобы не путаться, всех без исключения называл «детками». Настоящее количество этих «деток» оставалось тайной.
Однако он ни словом не обмолвился о своей частной жизни и с улыбкой спросил:
— Твой нынешний парень — студент твоего научного руководителя?
— Вовсе нет, ты ошибся, у меня нет парня, — ответила Вэй Жосин.
Тань Цяньчэ на удивление быстро убрал улыбку с лица. Его тон стал ровным и серьёзным, словно он обсуждал рабочие вопросы:
— Гу Ликай возглавляет большую группу по квантовым вычислениям. Она разделена на несколько подгрупп, я нахожусь в группе квантовых битовых схем, занимался квантовыми алгоритмами. Будет возможность — напишем совместную статью.
Вэй Жосин искоса взглянула на Линь Чжися:
— Ты в группе квантовых битов?
Линь Чжися, слегка смутившись, ответила:
— Я курсирую между всеми группами квантовых вычислений, учусь всему понемногу.
Вэй Жосин лучезарно ей улыбнулась:
— Если представится случай, давай подготовим совместную статью.
— Конечно, старшая сокурсница! — с готовностью согласилась Линь Чжися.
Уголок рта Тань Цяньчэ дёрнулся. Он опустил взгляд на щели между плитками тротуара, и в этот момент Вэй Жосин вернула ему пиджак:
— Это не нужно, мне уже не холодно…
Внезапно он произнёс:
— Прости.
Запястье Вэй Жосин застыло в воздухе:
— Ты просишь у меня прощения?
— Когда я был молод, я был слишком высокомерен, — Тань Цяньчэ взял пиджак и перекинул его через левую руку. — Я возомнил себя гением, а всех вокруг считал тупицами и глупцами. Ты мне нравилась, но при этом я смотрел на тебя свысока. Я ведь разбил тебе сердце, верно?
Вэй Жосин прикусила губу. Она плотнее запахнула плащ и с решительным видом вложила все невысказанные слова в короткое:
— Забудь.
Она развернулась, собираясь уйти.
Тань Цяньчэ резко схватил её за рукав:
— Дай мне взглянуть на тебя ещё раз, расскажи, как ты живёшь… — Эти слова были искренними. Он слишком долго не говорил по душам, и теперь, когда чувства прорвались наружу, кончики его пальцев задрожали — задрожали так сильно, будто это была терминальная стадия болезни Паркинсона.
Вэй Жосин сбросила его руку. Не оборачиваясь, она произнесла:
— В сентябре этого года я получаю докторскую степень и сразу возвращаюсь на родину. Буду работать в Шанхае, уже нашла преподавательскую должность… В ваш университет я приехала, чтобы…
Она долго подбирала слова, но так и не решилась сказать, чего хотела.
Тань Цяньчэ стоял совсем рядом, ей достаточно было сделать шаг назад, чтобы коснуться его груди. Но она пошла вперёд, не оглядываясь:
— Сегодня утром я слышала, что девушки вокруг тебя не переводятся. Что ж, береги себя.
Линь Чжися поспешила за ней:
— Старшая сокурсница!
Но та лишь ответила:
— Прости, Линь Чжися, мне нехорошо, я вернусь в отель. В другой раз я обязательно посмотрю код, который ты написала.
— Старшая сокурсница, я провожу тебя до отеля. Хочешь чего-нибудь съесть? Я куплю, — предложила Линь Чжися.
Та махнула ей рукой:
— Я знаю дорогу, хочу побыть одна.
Линь Чжися осталась на месте, провожая её взглядом. Силуэт Вэй Жосин в свете уличных фонарей становился всё дальше, пока окончательно не растворился в безбрежной ночной тьме.
Ночь была прохладной, дул резкий ветер. Тань Цяньчэ, одетый в дорогие брюки, сидел на пыльном кирпичном выступе у края дороги. Сгорбившись и обхватив колени, он прятал лицо в тени. В его облике сквозила такая безнадёжность и упадок, что он казался брошенным псом.
Линь Чжися в несколько шагов подбежала к нему:
— Старший сокурсник.
Он не поднял головы.
Линь Чжися знала его больше года, но никогда не видела в таком состоянии. Он всегда вёл себя беспечно и самоуверенно, постоянно заигрывал с девушками или позволял им заигрывать с собой. Будучи ассистентом на физическом факультете, он, чтобы избежать проблем в отношениях между преподавателями и студентами, не отвечал взаимностью никому с родного факультета. Что же касалось красавиц с других направлений или из других вузов — он практически никому не отказывал.
Такое поведение казалось странным, напоминая роман «Любовь во время холеры».
В этой книге главный герой, не в силах добиться любви героини, предавался распутству, пытаясь развеять одиночество и тоску. В его списке имён значилось множество женщин, с каждой из которых у него была мимолётная интрижка.
Линь Чжися вспомнила отрывки из книги, вздохнула и спокойно сказала:
— Старший сокурсник, я позвонила Ян Шувэню, он приедет и заберёт тебя. Надень пиджак, не простудись. Завтра у нас академическая конференция, ты — основной докладчик по квантовым битовым схемам, тебе нельзя расклеиваться.
Тань Цяньчэ никак не отреагировал.
Она быстро припустила прочь:
— Я ухожу, пока.
Линь Чжися стремительно вернулась в общежитие и открыла ноутбук. Ей не терпелось поделиться своим замешательством, но Цзян Юйбай в QQ был не в сети.
Она открыла блокнот и торопливо напечатала длинный текст: «Раньше мы обсуждали любовь, а сегодня у меня появилось новое наблюдение. У одного моего старшего сокурсника очень много девушек… У его девушек тоже есть свои парни, они состоят в открытых отношениях. Российский учёный Юрий Щербатых в своих трудах анализировал “открытые отношения”. Он считает, что мужчины и женщины в первобытных племенах обладали большей свободой, поскольку там поддерживались истинные групповые открытые отношения… Тот старший сокурсник выбрал такой образ жизни, но почему же сегодня вечером, встретив свою первую любовь, он выглядел таким подавленным?»
На этом моменте сердце Линь Чжися ёкнуло.
Она фиксировала реакцию Тань Цяньчэ и вспоминала прочитанные книги, глядя на всё с точки зрения академического исследования. Она думала, что может легко видеть людей насквозь, но реальность доказала — она знает слишком мало и совсем не понимает человеческую душу.
Линь Чжися погрузилась в раздумья. Она скопировала текст из блокнота, вставила его в диалоговое окно QQ и одним нажатием отправила…
И именно в этот миг Линь Чжися с ужасом обнаружила, что открыла окно чата не с Цзян Юйбаем, а с Линь Цзэцю!
И у Линь Цзэцю, и у Цзян Юйбая на аватарах стояли системные изображения по умолчанию.
Самым страшным было то, что сразу после отправки сообщения Линь Цзэцю внезапно появился в сети, и на экране всплыла надпись: «Собеседник печатает…»
Линь Чжися в испуге выдернула шнур питания, захлопнула ноутбук и, завернувшись в мягкое одеяло, сжалась в комок на своей маленькой кровати.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
