Линь Чжися кратко резюмировала:
— В этой статье используется наиболее общая форма центральной предельной теоремы. Предположим, у тебя есть распределение, содержащее независимые случайные величины, их количество конечно, среднее значение равно М, а дисперсия — D. Ты берёшь из этого распределения несколько выборок, для каждой находишь среднее значение а, и после стандартизации а1, а2… аn будут сходиться к нормальному распределению.
Она посмотрела на него искоса:
— Центральная предельная теорема — одна из важнейших в теории вероятностей, мы можем развить её дальше. Ты обнаружишь, что выборки из распределения Коши не подпадают под действие этой теоремы. Как ты думаешь, почему?
Цзян Юйбай слегка постучал указательным пальцем правой руки по столу:
— Линь-лаоши.
— Что такое? — Линь Чжися моргнула.
Голос Цзян Юйбая звучал необычайно приятно:
— Не могла бы ты…
— М?
— Сесть ко мне на колени.
Услышав его просьбу, Линь Чжися на секунду замерла.
Цзян Юйбай привёл свои аргументы. Он сказал, что так Линь Чжися будет к нему ближе и он будет лучше её слышать. К тому же он пишет в блокноте, а она сможет дополнять записи прямо на ходу, так их работа над пробелами в знаниях станет гораздо эффективнее.
Линь Чжися вспомнила, как когда-то дразнила пёрышком котёнка в доме Цзян Юйбая. В этот миг все слова Цзян Юйбая превратились в пёрышко, опустившееся ей прямо на сердце.
Опираясь на его плечи, она встала и села к нему на колени.
Линь Чжися ещё не успела толком устроиться, как Цзян Юйбай обхватил её за талию левой рукой, по-прежнему сжимая в правой руке ручку. Он вежливо напомнил ей:
— Мы как раз остановились на распределении Коши, Линь-лаоши.
Дыхание Линь-лаоши сбилось:
— Да, я помню. — И добавила: — Я задам тебе задачу, если ответишь правильно…
— Будет награда? — спросил Цзян Юйбай ей на ухо.
— Я тебя поцелую, — объявила Линь Чжися.
*
Прошлой ночью Цзян Юйбаю приснился сон.
Ему приснилась не только та сцена в музыкальном классе с пианино, но и то, как Линь Чжися сидит у него на коленях. К этому моменту его сон уже стал явью: Линь Чжися не только не выказала ни малейшего неприятия, но и согласилась поиграть с ним в игру «ответишь правильно — я тебя поцелую».
Цзян Юйбай расправил лист черновика и очень вежливо попросил Линь-лаоши составить задачу.
На письменном столе была только одна ручка, и её держал Цзян Юйбай. Линь Чжися коснулась его указательного пальца, слегка пощекотав его, и он тут же уступил ей ручку. Если не брать в расчёт его левую руку, обнимающую её за талию, он выглядел как примерный и воспитанный ученик.
Линь Чжися записала на бумаге функцию плотности вероятности распределения Коши. Она ещё не закончила писать, когда Цзян Юйбай спросил:
— Ты всё ещё объясняешь мне центральную предельную теорему?
— Да, — Линь Чжися выпустила ручку из рук.
Она впервые вела урок, сидя на коленях у Цзян Юйбая; мысли путались, воображение разыгралось — как тут сосредоточиться на задаче?
Она задала очень простой вопрос:
— Ты заметишь, что выборки из распределения Коши не подпадают под действие этой теоремы. Почему?
Если Цзян Юйбай ответит правильно, Линь Чжися его поцелует. Она не установила чётких правил и не упомянула предел вознаграждений, а это значило, что Цзян Юйбай мог бесконечно выпрашивать у неё поцелуи — и что тогда произойдёт? Он боялся, что не сможет совладать с чувствами.
Цзян Юйбай немного подумал и задушил все неподобающие мысли в зародыше. Внезапно он ответил:
— Простите, Линь-лаоши, я не изучал распределение Коши.
Он произнёс это на редкость искренне.
Линь Чжися приняла это за чистую монету.
Она и не думала, что математическая база Цзян Юйбая настолько слабая.
Она со всей тщательностью объяснила распределение Коши и упомянула, что одним из условий центральной предельной теоремы является существование и конечность среднего значения и дисперсии функции плотности вероятности, поэтому распределение Коши к этой теореме неприменимо.
Линь Чжися добавила:
— Результат нормировки среднего значения выборок, взятых из распределения Коши…
Цзян Юйбай подхватил:
— Будет не гауссовским распределением, а распределением Коши.
— Верно! — Линь Чжися была в восторге.
Линь Чжися решила, что её преподавание увенчалось успехом.
Как репетитор Цзян Юйбая, Линь Чжися любила свою работу, добросовестно исполняла обязанности и держала слово. Она тихонько повернула голову и поцеловала его в щёку.
Цзян Юйбай молчал, чуть приподняв подбородок и устремив взгляд на книжный шкаф вдалеке. Он крепче сжал руку на её талии, но перестал называть её «Линь-лаоши». Линь Чжися же находила его поведение забавным: он стал для неё загадкой, его реакции было трудно предугадать.
Линь Чжися сидела у него на коленях боком, обхватив руками его шею, и пристально разглядывала его кадык.
Линь Чжися обладала неуёмным и сильным любопытством. У Цзян Юйбая был кадык, а у неё — нет, и ей очень хотелось узнать, каково это — иметь такую штуку. Она приблизилась к его шее, её тёплое и прерывистое дыхание коснулось его кожи. Он не проронил ни слова и не стал её останавливать.
Когда они только начинали эту игру в репетитора, у Цзян Юйбая было много сценариев и вариантов диалогов. А теперь он превратился в безропотную статую, тихую и холодную, словно выставленную в величественном и священном храме.
Линь Чжися находила это всё более захватывающим и невыразимо прекрасным.
Она нежно поцеловала его в выступающую часть кадыка, словно нажав на какую-то невидимую кнопку. Цзян Юйбай крепко вцепился руками в подлокотники кресла и снова позвал её:
— Линь-лаоши.
Как же весело.
Их ролевая игра продолжалась.
Линь Чжися, тщательно подбирая слова, проговорила:
— Я… я не сдавала Гаокао, поэтому плохо знаю биологию…
Она только собиралась сказать «научи меня биологии», как Цзян Юйбай перебил её:
— Как же ты можешь быть репетитором, если не сдавала Гаокао?
Этот вопрос поставил Линь Чжися в тупик.
Линь Чжися с полной уверенностью ответила:
— У меня много однокурсников поступили по рекомендации, и я в их числе.
Цзян Юйбай, наконец, перевёл тему в нормальное русло. Его натянутые нервы немного расслабились, и он не потерял лица перед Линь Чжися. Ему очень хотелось более близкого контакта, но, к счастью, он сдержался. Он спокойно произнёс:
— Линь-лаоши, давай продолжим занятия.
Ход мыслей Линь Чжися совершенно отличался от его собственного. Она спросила его прямо:
— Что ты чувствуешь, когда я тебя целую? Расскажи мне, я хочу знать. Я запишу твои слова в дневник.
Цзян Юйбай раскрыл сборник научных статей. Переводя с английского на китайский, он негромко прочёл одну фразу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
