Дедушка откинулся на спинку дивана и неспешно произнёс:
— Сяо Цзян, вы с Сяо Линь уже помолвлены, разве в нашей семье остались темы, которые нельзя обсудить?
Цзян Юйбай сел на диван напротив. Он ответил невпопад:
— В прошлом месяце я хотел привести Линь Чжися на семейную встречу…
Прежде чем Цзян Юйбай успел договорить, мама прервала его:
— В то время я не разрешила тебе приводить Линь Чжися, потому что мы с твоим отцом ещё не общались с ней и не имели о ней полного представления.
Цзян Юйбай спросил:
— А если бы я не обручился с ней, захотели бы вы с ней познакомиться?
Дядя поддакнул Цзян Юйбаю:
— Верно, если бы Сяо Цзян не обручился, то отец с матерью, вероятно, всё ещё отдыхали бы на Мальдивах.
Дедушка повернул голову и встретился взглядом с дядей.
На этот раз дядя ничуть не стушевался и даже усмехнулся:
— Отец, честно говоря, мне это давно уже режет глаз. Пока Сяо Цзян встречался с Сяо Линь, вы всё думали, что их отношения долго не продлятся, что у них разные взгляды и они рано или поздно расстанутся. Вы и не думали о том, как принять Сяо Линь. Одна подруга жены старшего брата постоянно пыталась представить свою дочь Сяо Цзяну, создавала условия, чтобы они остались наедине… Я не говорю, что чужие дочери плохи, но такое поведение крайне неуместно, и я его не поддерживаю.
Когда дядя закончил, тётя посмотрела на него.
Дядя тихо спросил её:
— Я прав?
Тётя прошептала:
— Да, совершенно прав.
Дядя улыбнулся ещё шире:
— Главное, что жена меня понимает.
Тётя крепко сжала его руку.
Выражение лица отца ничуть не изменилось — Цзян Юйбай ещё не до конца перенял его умение не выдавать своих чувств. С самого детства отец был для Цзян Юйбая примером для подражания, и Цзян Юйбай глубоко его уважал.
Однако сегодня отец произнёс:
— Брак — это важнейшее событие в жизни. Тебе едва за двадцать, и твоё решение выглядит несколько поспешным.
Цзян Юйбай спокойно ответил:
— Я знаю Линь Чжися двенадцать лет, четыре года мы встречаемся. Этого времени вполне достаточно, чтобы принять решение.
В зале воцарилась тишина.
Дядя продолжил выступать единым фронтом с Цзян Юйбаем:
— Старший брат, много лет назад, когда вы с женой только познакомились, прошло всего четыре месяца…
Отец взял стакан воды, и стоило ему сделать глоток, как дядя умолк.
Спустя мгновение дядя всё же договорил фразу:
— Не прошло и четырёх месяцев с вашего знакомства, как вы создали семью… Не было ли это несколько поспешным?
Отец поставил стеклянный стакан на стол с тихим стуком. Он заговорил:
— Срок отношений — не главное. Я уже говорил вам: в кругу семьи всё можно обсудить.
Дядя затаил дыхание:
— Ты также говорил, что если договориться не получится, то остаётся лишь выгнать из дома.
Не успели затихнуть его слова, как дядя медленно взял тётю под руку.
Тётя с улыбкой сказала:
— За два дня до нашей помолвки с Цзян Шаоци мама спросила меня: «Не кажется ли тебе, что всё происходит слишком быстро?» Я ответила, что нет, ведь я люблю Цзян Шаоци больше десяти лет, чувства проверены временем, так что всё остальное — закономерное развитие событий.
Дядя тут же подхватил:
— Жена права. Мы все слышали тогда в кабинете: чувства Сяо Цзяна и Сяо Линь тоже строятся на фундаменте десятилетней дружбы.
— Я не против них, — внезапно подала голос мама. — Но разве это правильно, что Цзян Юйбай совершил такой важный шаг, как помолвка, втайне от всех?
Дяде нечего было возразить.
Мама продолжила:
— Несколько дней назад секретарь подготовил для меня отчёт о проверке биографии семьи Линь Чжися. — Она достала документ и положила его перед всеми. — Вот отчёт, здесь сведения о её родителях, брате, семьях дяди по отцу и дяди по матери.
Цзян Юйбай слегка нахмурился:
— Её родители и брат — очень добрые люди…
— Даже хорошие люди могут стать источником риска, — наставительно произнесла мама. — Когда ты нанимаешь новых сотрудников, ты проверяешь их кредитную историю и прошлые места работы. Разве можно проявлять меньше осмотрительности при вступлении в брак?
Бабушка вставила слово:
— Характер у Линь Чжися и впрямь неплохой. Видно, что она девочка живая, оптимистичная и очень умная. А ценнее всего то, что в ней нет заносчивости, с ней легко и просто…
На лице дяди промелькнула вежливая, но слегка неловкая улыбка — он знал, что в прошлом Линь Чжися оставила в душе Цзян Юйбая глубокий след, и лишь благодаря тому, что Цзян Юйбай вовремя со всем справился, это не привело к дурным последствиям.
Тем временем бабушка открыла отчёт:
— Твой отец только что сказал: в кругу семьи всё можно обсудить. Ты же не посоветовался с нами и, едва достигнув двадцати двух лет, поспешил сделать этот шаг. Даже если Линь Чжися — хорошая девочка, её выдающиеся качества — это её личная заслуга. К тому же гении есть в любой сфере, они не такая уж редкость, а индекс цитируемости её работ ещё не превысил двух тысяч…
Остальное бабушка предпочла не озвучивать. Она лишь намекнула на главное.
Цзян Юйбай поднялся со своего места, его длинная тень легла на чистый ковёр. Он вышел в самый центр залы для совещаний, оказавшись прямо перед глазами присутствующих. Затем он искренне произнёс:
— Вы — моя семья, вы очень важны для меня, но Линь Чжися важна так же. Вы проверяли её биографию и, вероятно, знаете, что сейчас она выплачивает ипотеку…
Бабушка немного удивилась:
— И какую же квартиру она купила?
Цзян Юйбай честно ответил:
— Более двухсот квадратных метров, рядом с университетским городком, чтобы было удобно добираться на работу.
Бабушка замолчала. Спустя долгое время она снова спросила:
— И ты не давал ей на это денег?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
