Бездна — Глава 83

— Ли Чэн, о чём ты задумался? — спросил Ван Чжэнцао, заметив, что я замолчал. Я изложил мысли, которые только что крутились у меня в голове.

— Возможно, есть такая вероятность: Сун Лайфу не вполне доверял Ху Сяофэю, но при этом у них были определённые договорённости, — сказал Ван Чжэнцао.

Я кивнул, такая вероятность существовала. К тому же, судя по тому, что перед смертью восьмого июня Ху Сяофэй отправил компьютер сыну Чэнь Чуньли, Го Пэнфэю, они были очень близки. Это косвенно подтверждается и тем, что в игре они часто использовали один аккаунт на двоих. Если Ху Сяофэй хорошо знал Го Пэнфэя, то он наверняка был знаком и с его матерью, Чэнь Чуньли. Возможно, именно благодаря этой связи Ху Сяофэй и вышел на Сун Лайфу.

— Но тут возникает другой вопрос: Ху Сяофэй был сообщником Би Дэхуа, вместе они совершили серию изнасилований и убийств в тысяча девятьсот девяносто девятом году, а Чэнь Чуньли была жертвой в том деле. Даже если у них была возможность установить контакт, стали бы они это делать? Пока мы не знали, что «Чэнь Пин» — это сын Чэнь Чуньли, Го Пэнфэй, подобное предположение ещё имело право на жизнь. Но теперь, когда личности обеих сторон установлены, не кажется ли тебе всё это странным, если взглянуть на ситуацию заново? — спросил меня Фань Цзе.

И впрямь странно. Хань Пиньму, Ху Сяофэй, Сун Лайфу, Чэнь Чуньли — все люди и обстоятельства, связанные с этим делом, казались подозрительными.

— Даже если Чэнь Чуньли и Го Пэнфэй не знали, что Ху Сяофэй и есть тот самый убийца, сам-то Ху Сяофэй должен был это понимать. По логике вещей, ему следовало держаться от Чэнь Чуньли и её сына как можно дальше, но на деле он поддерживал с ними тесную связь. Неужели он не боялся, что однажды Чэнь Чуньли его узнает? — продолжил Фань Цзе.

На эти вопросы я пока ответить не мог.

— Мы отвлеклись, давайте сначала обсудим дела Ху Сяофэя, — Ван Чжэнцао заметил, что обсуждение уходит слишком далеко в сторону, и вернул разговор в нужное русло.

— Вопрос, который только что поднял Ли Чэн, очень важен. Нужно выяснить, кто звонил Сун Лайфу и велел ему найти Ху Сяофэя. Потому что в день происшествия начальник отряда Чжао тоже получил подобный звонок, — сказал Ван Чжэнцао.

— Ли Чэн, твои мысли? — на этот раз он первым обратился ко мне.

— Если рассматривать этот звонок в целом, то человек, который смог направить Сун Лайфу к Ху Сяофэю, явно в курсе дел между Сун Лайфу, Чэнь Чуньли и Синь Цзижанем, а также знает о существовании Ху Сяофэя. Более того, он осведомлён о договорённости между Ху Сяофэем и Сун Лайфу, и это по-настоящему пугает, — сказал я.

Пугало то, что этот некто видел всё насквозь, словно обладал божественным всезнанием, и Сун Лайфу доверял ему больше, чем Ху Сяофэю.

— Во-вторых, этот звонок заставил начальника отряда Чжао среди ночи поехать в это захолустье в зоне развития города А, где даже птицы не гадят. Тут только два варианта: либо звонивший пользовался огромным доверием начальника отряда Чжао, и тот был уверен, что ему ничего не грозит; либо этот человек предоставил в разговоре настолько важные сведения, что начальник отряда счёл риск оправданным. Я склоняюсь ко второму варианту.

— Почему? — спросил меня Ван Чжэнцао.

— Потому что я вспомнил: изначально начальник отряда Чжао решил взять меня с собой, причём с видеорегистратором и спецсредствами. Значит, он понимал, что встреча сопряжена с определённым риском или что личность собеседника вызывает сомнения, — ответил я.

— Верно. Но почему же тогда потом он передумал и поехал один, не взяв тебя? — продолжил Ван Чжэнцао.

— Я тоже всё это время размышлял об этом. Начальник отряда Чжао, будучи главой уголовного розыска, мог взять любого другого подчинённого, даже если не меня. То, что он в итоге отправился один, зная об опасности, объясняется, скорее всего, двумя причинами: либо звонивший на этом настоял, либо информация касалась кого-то из наших, а возможно, и то и другое вместе, — сказал я.

Ван Чжэнцао задумался и, видимо, посчитав мои доводы резонными, кивнул.

— А ты не думал, какого рода сведения этот человек собирался передать начальнику отряда Чжао? — спросил он дальше.

— Предположу, что это как-то связано с тем самым спецрасследованием «два-пятнадцать», — ответил я.

— Почему?

— Потому что сейчас дело Сун Лайфу и Ху Сяофэя находится у Фань Со. Фань Со — заместитель начальника по уголовному розыску в полицейском участке Хэси и командир опергруппы в своём районе. Над ним стоят начальник отдела уголовного розыска управления и замначальника управления, курирующий следствие, и только выше идёт уровень отряда. По идее, дела Сун Лайфу и Ху Сяофэя не требуют прямого доклада начальнику отряда Чжао, так что маловероятно, чтобы его выманили в другой город ради улик по этому делу. А вот спецрасследование «два-пятнадцать» всегда было непосредственно в ведении начальника отряда Чжао, и куда вероятнее, что он сорвался с места ради зацепки именно по нему, — сказал я. — Скорее всего, тот человек назначил встречу под предлогом передачи сведений по давней серии изнасилований и убийств. Если так, то он ещё опаснее, ведь он знает и детали старого дела, и секреты сотрудников полиции… Тот человек…

На этом я замолк.