— Вэнь-гэ, не вини ты Лю И, — сказал я, — нам стоит поблагодарить его за это дело: если бы он не играл в игры, я бы так и не узнал про Сунь Цяна и Го Пэнфэя. Лю Гуанвэнь больше ничего не ответил, лишь молча курил.
— Зачем это Хань Пиньму понадобилось искать тебя в такой час? Да ещё и звать к себе домой? — спросил меня Лю Гуанвэнь.
Я ответил, что всё время был с ним, так откуда мне знать?
Через двадцать минут машина въехала в жилой комплекс «Сылу» и остановилась у двенадцатого корпуса. Я поднял голову и глянул наверх: в спальне Хань Пиньму горел свет — должно быть, он был дома. Лю Гуанвэнь сказал: «Поднимайся, я подожду в машине». В душе я засомневался, но, поразмыслив, решил, что так даже лучше: в конце концов, Хань Пиньму связался со мной лично, а не обратился в полицию с официальным заявлением.
Подойдя к двери квартиры двести шесть, я уже собирался постучать, как вдруг заметил, что замок на металлической двери взломан. Я отступил на шаг и внимательно осмотрел его: сработано было профессионально, дверь не выламывали силой, но личинку замка испортили. В груди шевельнулось дурное предчувствие: неужели Хань Пиньму попал в беду?
Закрепив нагрудный регистратор на плече, я по привычке потянулся рукой к пояснице за пистолетом, но тут же вспомнил, что табельное оружие осталось в отделении, и сейчас я совершенно безоружен. Я поспешно огляделся по сторонам и в конце концов обнаружил в коридоре старую швабру. Ударом ноги я переломил деревянную рукоятку и взял её в руки.
Стоило поблагодарить за этот опыт Лао Суна.
Держа палку в одной руке, другой я потянул за ручку двери. Как и следовало ожидать, замок был сломан, и дверь держалась лишь для видимости — стоило слегка толкнуть, как она открылась.
— Хань Пиньму! — крикнул я, но никто не отозвался. Я перешагнул порог и вошёл в квартиру.
В комнатах свет не горел, было очень темно. По памяти, оставшейся с прошлого визита к Хань Пиньму, я стал шарить по стене в поисках выключателя. К счастью, память меня не подввела: я быстро нащупал его и нажал.
Однако люстра в гостиной Хань Пиньму была слишком старой — настолько, что не могла загореться мгновенно. Под треск электричества и мерцание ламп я увидел, как кто-то внезапно метнулся из-за дивана прямо к окну на балконе.
— Стой! Полиция!
Не успел я выкрикнуть слово «полиция», как силуэт уже выпрыгнул из окна второго этажа.
Только тогда люстра в гостиной, наконец, с трудом разгорелась, а я уже в три прыжка оказался у окна.
— Вэнь-гэ! Задержи его! — проорал я вниз, пытаясь позвать Лю Гуанвэня на помощь. Но он среагировал гораздо быстрее моего крика: должно быть, в тот момент, когда тень выпрыгнула из окна, Лю Гуанвэнь как раз стоял у машины и курил. Когда я его увидел, он уже вовсю гнался за тем человеком.
Глядя вслед убегающим, я на мгновение оцепенел: мне показалось, что тот человек кого-то напоминает.
Я стоял посреди гостиной Хань Пиньму в некоторой растерянности. Броситься ли мне вслед за Лю Гуанвэнем или сначала найти Хань Пиньму и выяснить, что произошло? Лю Гуанвэнь уже не молод, и я опасался оставлять его одного в погоне, но и Хань Пиньму, похоже, попал в беду, так что я не мог просто так уйти.
Странно то, что после того, как я вошёл, я шумел и кричал — Хань Пиньму определённо должен был меня слышать. Почему же он не выходит?
Я посмотрел налево: дверь в спальню, где жил Хань Пиньму, была приоткрыта, внутри горел свет. Чувство тревоги усилилось. Если он не вышел при таком шуме, значит, либо его нет дома, либо он не может выйти.
Я медленно направился к спальне.
— Хань Пиньму, это Ли Чэн. Ты в комнате?
Ответа не последовало. Я оглядел гостиную — она ничем не отличалась от того, какой я видел её в прошлый раз. Пол был чистым, на стене всё так же висел календарь за тысяча девятьсот девяносто седьмой год, на диване лежали плед и аккуратно сложенная пижама.
Подойдя к спальне, я осторожно толкнул приоткрытую дверь.
Хань Пиньму сидел за компьютерным столом. На шее у него была подушка для путешествий, а наушники прилегали к голой голове, которая косо на неё опиралась. Казалось, он спит.
— Хань Пиньму!
Я снова позвал его, но он по-прежнему не откликался. Только экран компьютера перед ним мерцал — там было открыто главное меню игры «CrossFire». Его руки лежали на клавиатуре, будто он только что закончил печатать. В игровом чате осталось неотправленное сообщение: «Ли Чэн, я и есть тот человек, которого ты ищешь».
Тот человек, которого я ищу?
Я подошёл и толкнул Хань Пиньму, сидевшего на стуле, но он не шевельнулся, будто спал очень крепко. Я приложил чуть больше силы, и он всем телом завалился набок и свалился со стула.
Я поспешно подхватил его.
Я не ошибся: пока я его ловил, я увидел, как из затылка сочится кровь, стекая на бронзовую губчатую подушку.
Когда машина скорой помощи и подкрепление прибыли к дому Хань Пиньму, Лю Гуанвэнь тоже вернулся, прихрамывая. Я встретил его у входа в подъезд и спросил, что у него с ногой. Он вздохнул и сказал, что старость первым делом бьёт по ногам, а он гнался за тем типом. По дороге не заметил канаву, наступил в неё и подвернул ногу. Я спросил про того человека, а он лишь зыркнул на меня и сказал: мол, что за вопросы, конечно, удрал, иначе с чего бы я вернулся один? Я спросил, разглядел ли он, кто это был. Он ответил, что ничего не увидел в такой темени.
Лю Гуанвэнь спросил меня о ситуации в доме, и я предложил ему самому зайти и посмотреть. Он похлопал себя по ноге и сказал, что не пойдёт наверх — больно. Я спросил: «Неужели не хочешь подняться и взглянуть, что там?» Лю Гуанвэнь посмотрел на стоявшую у дверей скорую и машину криминалистов; лицо его посуровело, и он ответил, что не пойдёт — и так всё понятно, даже смотреть не надо.
— Закурить есть? — спросил меня Лю Гуанвэнь. В пачке оставалось всего две сигареты: одну я протянул ему, другую взял в зубы, а пустую пачку скомкал в шарик и сунул в карман. Не успел я чиркнуть зажигалкой, как с балкона второго этажа меня кто-то окликнул.
— Ли Чэн, поднимись на минуту!
Это был коллега из технического отдела, проводивший осмотр места происшествия. Внутри курить нельзя, поэтому мне пришлось вынуть сигарету изо рта. Только я собрался положить её в карман, как Лю Гуанвэнь выхватил её у меня.
— В кармане не заметишь, как сломаешь, так что иди, я присмотрю за ней, — сказал он с ухмылкой.
Поднявшись наверх, я прошёл в комнату Хань Пиньму, куда меня позвал коллега.
— Ты видел его именно так, сидящим на стуле, когда вошёл? — спросил сослуживец.
Я подтвердил: если бы я его не толкнул, то и не заметил бы, что он ранен в голову.
— То есть, получив ранение, он сам сел обратно на стул? — уточнил коллега.
Я хотел было возразить: «Да как такое возможно? Он ведь получил тяжелейшую травму!» — но тут же снова взглянул на офисное кресло: подголовник был очень высоким. Если бы преступник напал на Хань Пиньму, пока тот сидел, он не смог бы ударить его в затылок.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
