Когда машина подъехала к перекрёстку, У Манман произнесла:
— Просто высади меня впереди.
Если на этом месте повернуть направо, дорога вела к озёрному району. У Манман вовсе не хотелось, чтобы Лу Суй снова отвёз её в резиденцию Лу. Совершить подобную ошибку один раз было достаточно, повторять её второй раз она не желала.
У Манман чётко осознавала: они с Лу Суем расстались не из-за того, что чувства остыли, а просто потому, что действительно не подходили друг другу. Даже если бы они заставили себя быть вместе, итогом всё равно стал бы разрыв.
— Ты возвращаешься на Хэбиньлу или в Баньшань? — спросил Лу Суй.
Хэбиньлу было тем самым местом, где раньше находился роскошный особняк У Манман.
— Я возвращаюсь в Баньшань, — ответила У Манман.
Лу Суй на перекрёстке поехал прямо, что заставило У Манман облегчённо вздохнуть.
Заметив её выражение лица, словно гора с плеч свалилась, Лу Суй опустил веки — неясно было, о чём он думает.
Машина ещё не доехала до поместья У в Баньшане, как У Манман попросила Лу Суя остановиться. Она боялась, что У-лаобань или госпожа Лю увидят, как Лу Суй подвозит её, и тогда замучаешься объясняться.
У Манман взглянула на Лу Суя. С его проницательностью он не мог не понять, что она имеет в виду, однако на его лице не отразилось ни тени недовольства. Он даже лично вышел из машины и открыл ей дверь.
— Спасибо, что подвёз, — сказала У Манман, принимая из его рук чемодан.
Лу Суй небрежно бросил:
— Угу.
У Манман никак не могла угадать его настрой. Что это значило — он оставляет за собой право как наступать, так и отступать?
Но У Манман была человеком нетерпеливым. Она спешила поставить точку и совсем не хотела играть с Лу Суем в недомолвки.
Поэтому, отойдя на пару шагов, она снова подкатила чемодан к Лу Сую.
— Лу Суй, я думаю, мы оба прекрасно понимаем, что не подходим друг другу. Я не хочу совершать одну и ту же ошибку дважды, тебе не стоит тратить на меня время.
Лу Суй промолчал, но его взгляд заметно помрачнел.
Чувствуя, что её слова могли прозвучать несколько невежливо, У Манман искренне добавила:
— Лу Суй, я ценю твои чувства. Для меня честь, что я тебе нравлюсь, но мы правда не подходим друг другу.
Брови Лу Суя слегка дрогнули. Как только У Манман заметила это мимолётное движение, в её голове тут же пронеслось стадо диких зверей — следом явно не прозвучит ничего хорошего.
У Манман поспешила нанести упреждающий удар:
— Я знаю, ты хочешь напомнить о том, что было прошлой ночью. Мы все взрослые люди, это был просто минутный порыв. К тому же я умею проигрывать. Раз уж я пошла на то мероприятие, то признаю поражение в пари.
— Раз уж признаёшь поражение, то почему вчера сопротивлялась? — ехидно спросил Лу Суй.
— Да когда это я сопротивлялась?! — на лице У Манман отразилась глубокая обида незаслуженно обвинённого человека.
— О-о, — услышав это, Лу Суй тут же рассмеялся, причём его улыбка становилась всё шире. У Манман редко видела на его лице такие яркие эмоции, что даже забыла, что хотела сказать.
Надо признать, хотя Лу-сяньшэн и в обычное время был весьма недурён собой, когда он улыбался, то казался ещё краше. Зубы его были белоснежными, а когда он смеялся во весь голос, то весь словно теплел, вызывая невольное желание, чтобы он навсегда остался в таком расположении духа.
Когда У Манман очнулась от чар его красоты, она осознала, какую глупость сморозила. С ним действительно невозможно было нормально общаться, и она, подхватив чемодан, развернулась и ушла.
— Кстати, — раздался голос Лу Суя у неё за спиной. — Не ходи за таблетками. У тебя ведь сейчас безопасные дни?
У Манман замерла. Она была так зла, что ещё не успела об этом подумать, хотя в машине как раз собиралась зайти в аптеку.
У Манман и вправду была в безопасном периоде, менструация только что закончилась.
Но то, что спустя столько времени Лу Суй всё ещё помнил её цикл, было просто невыносимо.
У Манман обернулась и одарила Лу Суя сердитым взглядом, а затем стремительно припустила прочь, волоча за собой чемодан.
Спустя два дня У Манман вернулась в университет А. Удивительно, но хоть она и прожила здесь всего полгода, У Манман почему-то почувствовала, что её комната в общежитии стала для неё настоящей гаванью.
Начало семестра, как обычно, выдалось хлопотным: эксперименты, поиск литературы, написание статей. От этого полугодия зависело, получит ли она стипендию в следующем семестре.
На первом курсе магистратуры успех в основном определялся средним баллом по всем предметам, но были и те, кто умудрялся опубликовать статью уже на первом году — такие точно могли рассчитывать на стипендию.
Хотя в карманах У Манман и не гулял ветер, девушка, познавшая нужду, уже научилась копить. Щедрая стипендия могла покрыть стоимость обучения на следующий год, так что стоило побороться.
Поэтому, как только У Манман вернулась в университет, она с головой ушла в дела, выбросив из головы всё, что случилось во время зимних каникул. Университет А стал для неё словно новой локацией на карте, символизируя своего рода перерождение.
Натиск Го Сюэфэна стал ещё яростнее, чем в прошлом семестре. Мало того что он каждое утро покупал ей завтрак, так ещё и приносил одну красную розу.
— Манман, четырнадцатого февраля я ездил в твой город.
— А я и не знала, — немного удивилась У Манман.
Го Сюэфэн улыбнулся:
— Я подумал, что твой отец ранен и тебе наверняка не до праздников, поэтому не стал звонить. Но в тот день мне просто хотелось дышать с тобой одним воздухом в одном городе.
У Манман была тронута. Такую искреннюю и пылкую привязанность, казалось, можно встретить только у молодёжи в студенческом городке.
У Манман обновила свой Вэйбо «Абрикосовая ветвь»: «Прилетел в мой город только ради того, чтобы дышать со мной одним воздухом. Тронута».
Раз уж она зашла в Вэйбо, У Манман не удержалась и просмотрела свои другие дополнительные аккаунты. На тринадцатой «Абрикосовой ветви» сиротливо висела одна запись: «Эта ветка абрикоса слегка порочна».
На данный момент подписчиков у неё ещё не было.
Мартовское солнце по выходным уже начало пригревать. У Манман сладко выспалась и ещё немного повалялась в постели, а когда встала и пошла чистить зубы, услышала стук в дверь.
Цзэн Жулин уже умылась и наносила тональный крем. Услышав стук, она встала и пошла открывать, и увидела на пороге невероятно красивого мужчину.
Глаза Цзэн Жулин чуть не ослепли от такого блеска, ей до смерти захотелось прикрыть лицо руками. Видит бог, она успела нанести тон только наполовину! Она-то думала, что это кто-то из соседок заглянул в гости, а между девушками можно не беспокоиться о внешнем виде.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
