Шэнь Тин, глядя на У Манман, скользнул взглядом по её белым пальчикам ног и невольно сглотнул.
Когда его взгляд задержался на её белой шее, вытянувшейся оттого, что она опустила голову, он непроизвольно принялся рассматривать её изящные из-за худобы ключицы.
Шэнь Тин отвёл глаза, уставился прямо перед собой и снова сглотнул.
В этот момент Шэнь Тин был вынужден признать, что в словах Нин Чжэна была доля правды.
Такие девушки, как У Манман — молодые, красивые, умеющие и развлечься, и вовремя уйти — исчезают из жизни так же легко и чисто, без всяких драм. Единственная потеря в таких отношениях — лишь немного денег в кошельке.
А деньги сейчас были тем, чего у таких мужчин, как Шэнь Тин, было в избытке.
Его это совершенно не заботило.
Точно так же, как для девушек вроде У Манман молодость и красота были самым доступным ресурсом, который они тоже не ценили.
Почему бы просто не обменяться ими ради взаимного удовольствия?
Обычно Шэнь Тин очень не любил вступать в игры с теми, кого Нин Чжэн называл «лёгкими девочками», но сегодня в нём вдруг проснулся интерес.
В такие моменты любые оправдания бесполезны: когда видишь приглянувшийся «цвет», желание возникает само собой.
Что же касается У Манман, то для неё такие мужчины, как Шэнь Тин и Нин Чжэн, тоже определялись одним понятием — «снаряды в сахарной глазури».
И деньги были их сахарной глазурью.
Им нравится, когда ты угодливо вылизываешь эту глазурь, но всё, что они готовы отдать — это только деньги. А под ними скрывается смертоносный снаряд. Если твой желудок не отлит из космического сплава, лучше даже не пытаться это проглотить.
Впрочем, У Манман привлекали не их деньги. Ей просто нравился этот лоск, этот «запах богатства», который от них исходил.
Он был чем-то похож на запах её отца, У-лаобаня.
У Манман уже давно твёрдо решила избегать общения с Шэнь Тином и ему подобными, но сейчас она оказалась в его машине только потому, что у неё снова обострилась «воскресная скука».
Шэнь Тин был для неё словно дорогая мясная булочка, которую она не могла себе позволить, но ей очень хотелось оставить на ней следы своих пальцев нищенки, чтобы хоть как-то убить время, разгребая последующие неприятности.
В конце концов, эту проблему ей подкинула Лю-нюйши, так что при её решении жаловаться не стоило.
Когда машина остановилась, У Манман последовала за Шэнь Тином к частному причалу, где стояла яхта.
Судно оказалось неожиданно роскошным.
Хотя У Манман знала толк в брендовых сумках и дорогих украшениях, яхты стоимостью в сотни миллионов были далеко за пределами её финансовых возможностей, поэтому она в них совершенно не разбиралась.
Знала только одно: она огромная.
Места хватило бы даже для самого грандиозного приёма.
Увидев такую красавицу, У Манман первым же делом достала телефон, чтобы сделать красивые селфи.
Нужно было запечатлеть себя со всех ракурсов, чтобы не осталось ни одной слепой зоны. В её аккаунте в Weibo давно не было обновлений, и приток аудитории заметно упал — за последние дни подписалось едва ли больше десятка человек.
У Манман рассчитывала, что эта роскошная яхта добавит блеска её сказочной жизни «богатой красавицы» и заставит фанатов восторженно ахать.
Пока У Манман развлекалась, Шэнь Тин, не испытывая ни малейшей неловкости, ещё раз обсудил по телефону рабочие дела и лишь потом закончил разговор. Ведь в море придётся полагаться только на спутниковую связь, а это не очень удобно.
Когда Шэнь Тин убрал телефон, он никак не ожидал, что У Манман попросит его помочь с фотографиями.
Шэнь Тин хранил молчание, надеясь, что У Манман сама осознает неуместность своей просьбы, которая лишь вызывает у него раздражение.
Разве У Манман могла этого не понимать? Но сейчас палило солнце, вокруг не было ни души, а когда яхта отчалит, снять панораму уже не получится. Поэтому она просто прикинулась дурочкой:
— Это очень просто, я уже всё настроила в приложении. Тебе нужно просто нажать на эту кнопку, хорошо? И постарайся, чтобы нижний край фото был у самых моих стоп, так ноги будут казаться длиннее.
Менять спутницу было уже поздно. Шэнь Тин нахмурился, но всё же взял телефон.
— Почему вы, женщины, так любите селфи? — недоумённо спросил Шэнь Тин.
— По той же причине, по которой мужчины занимаются самоудовлетворением — потому что больше некому помочь, — ответила У Манман и сама рассмеялась первой.
Если бы Шэнь Тин спросил, почему женщины так любят фотографироваться, У Манман ответила бы ему, что это ровно то же самое, что и мужская привычка хвастаться богатством.
Когда они поднялись на борт, послышался голос:
— Шэнь-шао, ну наконец-то ты пришёл! Дождаться, пока ты выйдешь в море, так непросто — солнце уже почти зашло.
Едва Нин Чжэн договорил, он увидел рядом с Шэнь Тином У Манман.
С первого взгляда он был поражён: её фигура была настолько горячей, что хотелось присвистнуть. Однако, присмотревшись, он понял, что лицо кажется ему знакомым. Да это же та самая У Манман, которая ещё утром соблазняла его кодом «четыре-один-четыре»!
Случалось, что два брата делили одну женщину, но когда одна женщина крутит обоими братьями, а они об этом даже не подозревают — это уже совсем другое дело.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
