— Те, кто говорят гадости за спиной, — плохие люди, — У Даньдань, очевидно, упустил суть.
— Я не об этом, я говорю о твоём поведении. Если ты хочешь игрушку, ты же можешь сказать а-де и а-нян, — сказала У Манман. — Почему ты предпочитаешь лгать, лишь бы выпросить её у незнакомца?
— А-нян мне не купит, — У Даньдань опустил голову. На самом деле он и сам знал, что поступает неправильно, поэтому его голос стал тише. — Но я так хочу.
— Если а-нян не покупает тебе её, значит, у неё есть на то причины. Эта модель машины слишком дорогая, а-нян боится, что ты не будешь её беречь, — сказала У Манман.
— Но я буду беречь! — У Даньдань изо всех сил прижал к себе модель машины.
У Манман окончательно потеряла терпение, главным образом потому, что чувствовала, что не может переубедить У Даньданя, поэтому ей оставалось лишь твёрдо заявить:
— В общем, ты поступаешь неправильно. Нельзя просто так просить вещи у чужих людей.
— Я знаю, но я всё равно хочу! — упрямился У Даньдань.
У Манман с головной болью потянула себя за хвост. В будущем она твёрдо решила стать чайлдфри.
— А откуда ты знал, что этот дядя Лу купит её тебе? — решила сменить угол зрения У Манман.
— Потому что у него в руках уже была одна, — ответил У Даньдань.
У Манман долго размышляла, прежде чем поняла, что У Даньдань имел в виду богатство Лу Суя: раз смог купить первую, значит, найдутся деньги и на вторую.
К тому же У Даньдань рос под присмотром Лю Лэвэй и давно научился встречачать людей по одёжке.
— Но даже если он очень богат, это не значит, что он обязан покупать её тебе. Он ведь тебе никто, — сказала У Манман.
— Я просто решил попробовать, — сказал У Даньдань. — У Мяо-Мяо модель машины появилась именно так. Какой-то дядя хотел ухаживать за её а-нян и подарил ей такую модель. Мяо-Мяо сама сказала мне, что они продаются только здесь. Это ограниченная серия, через несколько дней их точно не останется.
— Вообще-то сегодня мне тоже пришлось набраться смелости, — с несчастным видом добавил У Даньдань.
Тон У Даньданя чуть не заставил У Манман прыснуть от смеха.
— Тот дядя вовсе не собирается за мной ухаживать, — У Манман щёлкнула У Даньданя по лбу.
— Я видел, что у них обоих нет обручальных колец, так что всё возможно, — заявил У Даньдань.
У Манман окончательно капитулировала перед У Даньданем. Она обняла его и сказала:
— Дань-Дань, как бы то ни было, клянчить у чужих людей вещи — неправильно. Ты сегодня взял у дяди модель машины, а завтра а-нян и а-де придётся покупать что-то ещё более дорогое, чтобы вернуть этот долг вежливости, понимаешь? И потом, неужели ради какой-то машинки ты действительно готов продать свою цзецзе — то есть меня?
У Даньдань опустил голову и забормотал:
— Я понял, что был неправ.
У Манман погладила У Даньданя по макушке, понимая, что больше говорить не стоит. Дети на самом деле всё прекрасно понимают. Иногда, если их не ругать, они начинают корить себя ещё сильнее и глубже задумываются над своим поведением. Если же постоянно читать им нотации, это может лишь вызвать дух противоречия.
У Манман решила закрыть эту тему — пусть у Лю Лэвэй теперь об этом голова болит.
У Манман провела с У Даньданем всего одни выходные, но по ощущениям сбросила добрых пять цзиней.
Как только Лю Лэвэй вернулась, У Манман поспешила спихнуть ей этот не в меру горячий картофель. Разумеется, ей также нужно было обсудить с Лю Лэвэй воспитание У Даньданя.
— Лю Лэвэй, тебе не кажется, что У Даньдань слишком уж рано повзрослел в вопросах отношений между полами? Он ведь даже знает о том, что мужчинам нравится смотреть на женскую грудь, — пожаловалась У Манман. — К тому же родители детей из его группы совершенно безответственны: они читают подобные эротические журналы, ничуть не скрываясь от малышей, так те ещё и в детсад их приносят.
— Нашла из-за чего поднимать шум, — невозмутимо отозвалась Лю Лэвэй. — Дети всегда проявляют любопытство к противоположному полу. Если он в будущем спросит тебя об этом, просто спокойно расскажи ему всё как есть, не обманывай его. Это тоже часть познания.
— Да ладно? А если он спросит, как мужчины и женщины занимаются любовью, мне бы тоже пришлось вот так просто взять и рассказать ему? — съязвила У Манман.
— В этом нет нужды, — Лю Лэвэй закинула ногу на ногу. — Мы с твоим а-де уже объяснили ему всё научным языком.
Научным языком?
У Манман так и застыла от любопытства.
Как оказалось, однажды Лю Лэвэй и У-лаобань кувыркались в постели и забыли закрыть дверь, на чём их и застукал маленький У Даньдань.
Тогда родители решили просто провести для маленького У Даньданя урок анатомии: «Чтобы это не нанесло ему психологическую травму».
У Манман мысленно намотала это на ус:
— Получается, мне стоит говорить У Даньданю так: мужчинам нравится смотреть на женскую грудь потому, что у самок крупная грудь означает способность давать больше молока для выкармливания потомства. Самцы при поиске партнёрши для спаривания склонны выбирать именно таких самок, чтобы успешно передать свои гены и обеспечить более высокую выживаемость детёнышей?
Лю Лэвэй тут же выразила глубочайшее одобрение:
— Отлично, просто отлично, именно так и говори. Пожалуй, запишу. Как же хорошо быть начитанной! Если у Дань-Даня впредь возникнут подобные вопросы, я буду консультироваться с тобой.
У Манман преувеличенно задрожала всем телом.
Когда У Манман закончила жаловаться, пришёл черёд Лю Лэвэй задавать вопросы:
— Разве Лу Суй не судился с тобой за защиту чести и достоинства? С чего вдруг он дарит Дань-Даню такую дорогую модель машины?
Лю Лэвэй била не в бровь, а в глаз.
У Манман не особо задумывалась над этим.
— Мы потом ещё несколько раз виделись, и я даже ходила извиниться перед ним.
Лю Лэвэй пристально посмотрела на У Манман, не ожидая, что та сама пойдёт извиняться — ведь дочь ей об этом ни словом не обмолвилась.
— У вас теперь хорошие отношения? — В конце концов, У Манман была редкой красавицей, и Лю Лэвэй считала, что её дочь достойна любого мужчины в мире, так что если Лу Суй положил на неё глаз, в этом нет ничего удивительного.
— Э-э, ты не так поняла. Кажется, женщины его не особо интересуют, — ответила У Манман.
Лю Лэвэй кивнула: об этом она тоже слышала.
— Зачем тогда он подарил Дань-Даню подарок? — снова спросила Лю Лэвэй.
— Ой, для него эти деньги — сущие пустяки, всё равно что для У Даньданя порция мороженого. Ты просто не представляешь, как нелепо повёл себя У Даньдань! Он подбежал к нему и закричал: «А-де, я тоже хочу такую модель машины!» Лу Суй — человек солидный, разве он мог отказать? — У Манман рассказывала об этом, чувствуя одновременно и досаду, и смех.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
