— Вполне, — ответил Лу Суй.
— Значит, я тебе и вправду очень нравлюсь, да? — допытывалась У Манман. — Когда ты это понял?..
Женщины порой бывают ужасно болтливы, и как хорошо, что мужчины додумались изобрести поцелуй.
С точки зрения Лу Суя, этот жест был придуман исключительно ради того, чтобы затыкать их прелестные ротики и не давать им портить момент.
У Манман совершенно не была к этому готова, и Лу Суй застал её врасплох. Она замерла с широко распахнутыми глазами, не понимая, стоит ли их закрывать.
Поцелуй Лу Суя был нежным: он едва касался её губ, лаская их кончиком языка.
Это ощущение нежности и заботы так её разморило, что веки У Манман отяжелели, а тело стало ватным.
Однако в следующий миг, стоило Лу Сую попытаться разомкнуть её зубы, У Манман резко оттолкнула его.
Судя по богатому опыту У Манман, целовался дядюшка Лу весьма недурно, вот только терпения ему явно не хватало — слишком уж торопился.
Это их первый поцелуй, а он уже лезет с языком — размечтался!
У Манман прижала ладонь к губам и поспешно выпрямилась, отодвигаясь от Лу Суя:
— Нет-нет, это слишком быстро.
В одних принципах можно пойти на уступки, но в других — ни за что.
Сегодня У Манман и так уже один раз уступила.
Исходя из её прежнего опыта свиданий вслепую, даже если люди понравились друг другу, должен быть период узнавания. Никогда ещё не случалось, чтобы они становились парой в тот же день.
И это уже можно было считать уступкой ради Лу Суя.
Поэтому другой свой принцип она нарушать не собиралась.
— Мы только начали встречаться, так нельзя. За руки можно будет взяться не раньше чем через неделю, через две недели ты сможешь поцеловать меня в лоб. О поцелуях в губы подумаем через месяц, а о чём-то более серьёзном в ближайшие три месяца даже не мечтай, — У Манман погрозила Лу Сую указательным пальцем.
— Таковы мои правила, — добавила она.
— Я уважаю твои правила, — кивнул Лу Суй. — Прошу прощения за то, что произошло сейчас.
Эм, его готовность так легко согласиться с её условиями оставила у У Манман какой-то неприятный осадок.
Она невольно начала сомневаться в собственной привлекательности и правильности своих решений.
В этот момент у Лу Суя зазвонил телефон.
Звонившей оказалась та самая женщина, о которой У Манман только что вспоминала — Лу Цзянань, тётя Лу Суя.
Конечно, У Манман не знала, кто эта важная персона, но Лу Суй, ответив на звонок, не ушёл, так что она с совершенно невозмутимым видом осталась сидеть рядом и слушать.
Всё же У Манман пересела на стоявшее в стороне кресло и принялась копаться в своём телефоне, демонстрируя тем самым, что она на самом деле очень уважает чужую личную жизнь.
— Слышала, ты сегодня ходил на свидание вслепую? И чего было раньше привередничать, раз в итоге всё равно докатился до таких встреч? — поддразнила Лу Суя Лу Цзянань. — Впрочем, ладно, ты наконец-то взялся за ум. Каким бы способным ты ни был, тебе всё равно нужна женщина, которая будет о тебе заботиться, верно?
— Что-то случилось? — спросил Лу Суй, пропустив длинную тираду Лу Цзянань мимо ушей.
— Ну что, вышло что-нибудь? Говорят, ты согласился сам, как только увидел фото, — выпытывала Лу Цзянань.
— Вышло, — ответил Лу Суй, взглянув на У Манман и не собираясь ничего скрывать.
У Манман слушала во все уши. Она едва различала мягкий женский голос на другом конце провода, но говорили слишком тихо, и разобрать слова не получалось.
Но что значило это его «вышло»? И почему он на неё посмотрел?
У Манман внезапно осенило: должно быть, это кто-то из родственников Лу Суя.
Лу Цзянань продолжила:
— Тогда как насчёт того, чтобы на рождественском балу в этом году открыть танцы вместе с ней?
Лу Цзянань задала этот вопрос неспроста: если Лу Суй согласится открыть бал со своей новой пассией, значит, у него на неё серьёзные виды.
В таком случае отношение семьи Лу к девушке станет совсем иным — к будущей первой леди финансовой империи Лу нельзя проявлять неуважение.
— Посмотрим, — коротко бросил Лу Суй.
Лу Цзянань разочарованно вздохнула; она-то решила, что на этот раз Лу Суй действительно встретил ту единственную.
— Ну, дело твоё, — сказала Лу Цзянань и, прежде чем повесить трубку, не удержалась: — Лу Суй, ты ведь единственный наследник в трёх поколениях, в трёх поколениях!
Лу Суй невозмутимо ответил:
— Я уже заморозил сперму, так что род семьи Лу не прервётся.
У Манман кивнула про себя. Технологии сейчас так развиты, было бы глупо не воспользоваться заморозкой, пока качество материала хорошее.
Даже У-лаобань, отец Манман, сделал то же самое, потому что в семье У из продолжателей рода был только один У Даньдань. Грубо говоря, случись какая беда или ухудшись с годами здоровье У-лаобаня так, что он не смог бы зачать второго ребёнка, семья У просто перестала бы существовать.
У Манман и сама давно всё предусмотрела: ещё в двадцать четыре года она заморозила свои яйцеклетки.
Мысли У Манман невольно переключились на то, как могли бы соединиться её замороженные яйцеклетки и его замороженная сперма.
Когда У Манман пришла в себя, Лу Суй уже закончил разговор.
— У тебя телефон звонит, — напомнил он ей.
«Госпожа Лю рассуждает предвзято, кто сказал, что женщины мужчинам уступят? Мужчины воюют на дальних границах, женщины ткут полотно в своих домах…» — У Манман услышала собственное фальшивое исполнение оперы Юй и поспешила ответить.
С тех пор как прошлый рингтон был рассекречен У Даньданем, У Манман записала для госпожи Лю новый отрывок.
У Манман не обладала такой же невозмутимостью, как Лу Суй, поэтому она взяла телефон и вышла, ответив лишь за углом:
— Госпожа Лю, так не терпится узнать, как всё прошло?
— Конечно, выкладывай скорее, — госпожа Лю была женщиной прямолинейной.
— Сложилось, — лаконично ответила У Манман.
— Что он за человек? Когда приведёшь его знакомиться? Я же совсем ничего не знаю о его семье, — с беспокойством спросила госпожа Лю.
— Кто же знакомит с родителями так рано? Не волнуйся, он богат, прокормить меня точно сможет, — сказала У Манман. — А если дело дойдёт до развода, он наверняка будет щедр и не поскупится на отступные.
Так, по крайней мере, говорил У Даньдань.
— Тьфу на тебя, что за приметы дурные! — госпожа Лю сменила тему: — Ты сегодня вернёшься? Ван Цзе сварила суп из свиных лёгких с лилией и миндалём.
— Не вернусь, я еду к нему ночевать, — небрежно бросила У Манман.
Госпожа Лю тут же закричала в трубку:
— У Манман, я чему тебя учила?!
«Разве ты меня чему-то учила?» — подумала про себя У Манман.
— Сейчас богатые мужчины — дефицитный товар, вот я и стараюсь прибрать его к рукам поскорее, — с самым серьёзным видом разыгрывала её У Манман. — Ладно, мне пора, он скоро выйдет из душа.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
