Задний склон горы Хуа Вэй не был вымощен каменными ступенями; там петляли лишь несколько извилистых тропинок, а из-за того, что здесь редко ступала нога человека, трава стояла высокой, а деревья росли густо.
Хотя солнце в это предполуденное время светило ярче всего, едва человек вступал в лес на заднем склоне, его плотно укрывали кроны исполинских древних деревьев, словно он шел по дну беспросветной бездны.
Даосский мастер Сююнь и настоятель обители Цзыюнь даосский мастер Цин Вэй шли плечом к плечу по этой не видевшей дневного света дороге.
В тот миг они совсем не выглядели как главы сект или великие мастера своего края; за ними следовали лишь двое молодых заклинателей.
Осанка обоих была преисполнена достоинства, шаги — тверды, однако в глазах таилось ожидание, и они так и сияли блеском.
Один был облачен в темно-синее магическое одеяние с изысканными и сложными узорами — явно тщательно наряжался. Другой носил даосскую робу цвета горной лобелии, простую и изящную, и во всем его облике сквозила не по годам серьезная рассудительность.
Если бы кто-то видел учеников, спешащих на главный в их жизни экзамен, то он бы понял сложное выражение на их лицах.
В конце горной тропы, в тени густых изумрудных кипарисов, притаился небольшой терем с облупившимся алым лаком.
Все четверо одновременно остановились.
Цин Вэй повернулся к идущим следом молодым заклинателям и беспристрастно произнес:
— Улыбнется ли вам удача, предчертано судьбой, не пытайтесь получить желаемое силой.
Даосский мастер Сююнь добавил чуть более сурово:
— Если все получится, это будет к всеобщей радости. Если же нет, ни в коем случае не позволяйте себе предаваться ложным надеждам или впадать в обиду и досаждать просьбами. Вы двое запомнили это?
Те опустили взоры и почтительно отозвались.
Цин Вэй посмотрел на терем и глубоко вздохнул:
— Хорошо, я первым пойду засвидетельствовать почтение…
— Настоятель-шисюн! — звонкий, словно трель иволги в долине, женский голос прервал его, прозвучав неожиданно и не слишком учтиво.
Из терема, весело улыбаясь, вприпрыжку выбежала девушка в светло-желтых одеждах:
— Вы ведь пришли повидаться с учителем?
У девушки было круглое лицо, круглые глаза и изогнутые дугой брови; ее черты нельзя было назвать безупречно красивыми, но в ней чувствовалось какое-то особенное одухотворение.
Каждый ее взгляд напоминал птенца, с любопытством выглядывающего из гнезда. Тихий и величественный терем в лесной глуши в один миг наполнился светом.
Двое молодых заклинателей поначалу невольно нахмурились, подумав, как это при Ци Гуе может служить столь невоспитанная сяогунян — кричит и шумит, ну что за манеры.
Но когда девушка подбежала ближе и они встретились с ней взглядами, у них не возникло и тени неприязни; напротив, они невольно улыбнулись, подумав, что если в будущем такая живая, простодушная и милая шимей будет подавать им чай и подносить камни для го, то тернистый путь бессмертия и искусство игры станут куда легче и радостнее.
Даосский мастер Цин Вэй с улыбкой сказал:
— Ли-шимей, мы с главой школы Сююнем беспокоились о шибо и пришли навестить его. Но мы, старики, косноязычны и скучны, боимся, что шибо не будет нам рад…
Девушка выслушала его и, словно только сейчас заметив Сююня и молодых людей, поприветствовала их по всем правилам.
Цин Вэй продолжил:
— Эти двое юношей сведущи в построении чжэньфа и немного разбираются в искусстве игры в го. Пусть войдут и сыграют с шибо пару партий, чтобы разогнать его скуку. Я посмотрел на них, используя искусство созерцания ци1, — им обоим уготована счастливая судьба. Чжао Линь, Яо Ань, поприветствуйте вашу Ли-шицзе.
- Искусство созерцания ци (望气术, wàngqìshù) — даосская практика предсказания судьбы и определения скрытого потенциала человека по анализу его энергетических эманаций. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
