Его преисполненные уверенности тон и вид подействовали на остальных учеников, и к ним вновь вернулась надежда.
— Хорошо, мы ни за что не сдадимся, — твердо произнесла Чжоу Сяоюнь. — Что нам теперь делать? Мы слушаем тебя.
— Конечно же… хорошенько выспаться, — ответил Мэн Хэцзэ. — Ясная луна и свежий ветер — не стоит ими пренебрегать.
Ясная луна и свежий ветер, но кому-то было суждено провести эту ночь без сна.
Чжао Тайцзи сидел в главном зале пика Чишуй с мрачным выражением лица.
— Откуда ни возьмись появилась женщина-культиватор с огромным ножом? — холодно спросил он. — Повторите еще раз.
Отвечавшего прошиб холодный пот:
— Это действительно была женщина-культиватор, ее духовным оружием был большой нож с золотыми кольцами. Стиль ее боя был невероятно мощным и властным, свирепым и беспощадным. Ее уровень совершенствования как минимум на стадии Золотого Ядра1 или выше!
Десять с лишним человек, находившихся в зале, не были учениками его пика Чишуй; это были охранники, присланные из главной ветви клана Чжао.
Воспользовавшись случаем, представившимся на собрании Дэнвэнь, они прибыли в секту Хуавэй и ждали распоряжений Чжао Тайцзи.
Чжао Юйпин, стоявший подле него, набрался смелости и спросил:
— Неужели «тот человек» прислал кого-то, чтобы тайно охранять Сун Цяньцзи?
Человек Сянь Цзяньчэня?
Чжао Тайцзи и сам думал об этом, но быстро отверг подобную догадку.
После ухода из секты Хуавэй у Сянь Цзяньчэня не осталось ни последователей, ни друзей.
Никто не хранил ему верность, да и сам он не нуждался в чьей-либо преданности. Кого он мог отправить на защиту Сун Цяньцзи?
У Святого Книжника была академия Цинъя, у Ци Гуя — обитель Цзыюнь, у Бессмертного Циня — секта Сяньинь.
У Бога Меча же был только меч.
Он приходил и уходил в одиночестве, его следы были призрачны и неуловимы, и даже его меч уже давно никто не видел.
Если бы он действительно считал Сун Цяньцзи своим учеником, то держал бы его при себе, что было бы куда надежнее, чем посылать кого-то для охраны.
Если это не Сянь Цзяньчэнь, то кто же?
Чжао Тайцзи тщательно прокручивал в уме все возможности, но так и не находил зацепки.
Среди известных в мире совершенствования мастеров Золотого Ядра с властным стилем владения ножом не было ни одной женщины.
Неспособность разузнать о противнике, помимо гнева, вызывала у него давно забытое чувство страха.
Он даже поймал себя на мысли, что если бы время можно было повернуть вспять, ему не следовало обнажать меч в зале Цянькунь.
По крайней мере, тот смертельный удар не должен был быть направлен в Сун Цяньцзи.
Чжао Тайцзи прикрыл глаза:
— Если мы не сможем решить этот вопрос сами, я доложу главе семьи. А до тех пор выясните: действительно ли рядом с ним только один мастер Золотого Ядра, или есть и другие грозные противники?
Чжао Юйпин мысленно простонал: одного мастера Золотого Ядра уже было более чем достаточно, куда же еще?
«Сун Цяньцзи, если у тебя такая серьезная поддержка, почему ты три года прозябал в секте Хуавэй в качестве внешнего ученика?»
«В те годы тебя попирали, и ты не мог дать сдачи, а теперь перестал притворяться?»
****
Ветер гулял по бамбуковому морю, и листья тихо шелестели.
Со всех сторон бамбукового терема свисала белая кисея. Лунный свет пробивался сквозь колышущийся тюль, падая на Мяо Янь и отбрасывая ее длинную косую тень.
Внутри благоухало множество цветов, ничуть не уступая дневному празднику любования цветами.
Горшок с серебряным лотосом, стоявший перед ней, был даже лучше того, что она приносила на собрание.
- Золотое Ядро (金丹, jīndān) — в китайском фэнтези (сянься) одна из высших стадий совершенствования, символизирующая формирование сгустка духовной энергии внутри тела практика. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
