Снаружи зала Цянькунь море облаков бурлило, подобно снежным волнам.
Пятицветных карпов только что накормили; сбиваясь в стайки, они резвились, проплывая под похожим на радугу мостом Шишуй.
Снаружи главный зал выглядел величественно и торжественно, но внутри стоял такой шум, будто на овощном рынке затеяли ссору.
— Бессмертными чиновниками на подвластных землях становятся лишь те практикующие, кто внес значительный вклад в процветание ордена. В храмах этих земель простые люди подносят дары золотым статуям нашего ордена и этого сяньгуань. Сун Цяньцзи — всего лишь безродный ученик, а открыл рот и требует целый уезд1. Не боится, что от таких слов у него язык отсохнет? — холодно усмехнулся Чжао Тайцзи, глава пика Чишуй. — Если люди станут молиться на него и совершать обряды, разве он сдюжит?
— Мы пока не знаем, просит ли он феод ради того, чтобы наслаждаться фимиамом подношений и укреплять свою удачу. Однако я считаю, что целый уезд — справедливая цена за то, чтобы вернуть порядок во внешние врата, — низким голосом произнесла Чэнь Хунчжу.
— Нам вовсе не нужно было платить такую цену! Неужели ему мало целого города? — нахмурился глава пика Минся.
— А по мне, так и вовсе ничего давать не стоит. Нужно силой выдворить его и ту толпу учеников внешних врат, а потом набрать новых, послушных — вот что сейчас важнее всего.
Чэнь Хунчжу обвела взглядом разгневанных людей в зале и, сдерживая нетерпение, принялась объяснять:
— Этот Сун Цяньцзи вовсе не так прост, как вы думаете. Судя по тому, что я о нем знаю, раз он потребовал уезд, значит, ему нужен именно уезд. Ни меньше, ни больше. Если он произнес это вслух, значит, у него припрятан козырь.
— Почему ты вечно за него заступаешься? — вкрадчиво спросил один из старейшин. — Какая тебе выгода от того, что он получит земли?
Чэнь Хунчжу вздрогнула и резко выкрикнула:
— Я спасаю всех вас! Я пекусь о будущем ордена Хуавэй!
Кто-то в зале усмехнулся. На нее посыпались недоверчивые взгляды — в том числе от ее отца, даосского мастера Сююня, и старшего соученика Юань Цинши.
Чэнь Хунчжу внезапно почувствовала смертельную усталость. Если бы она знала, что всё придет к этому, ей не следовало оставлять Сун Цяньцзи до собрания Дэнвэнь. Ей хотелось сорвать с пояса кнут, одним ударом опрокинуть яшмовый стол перед собой, а затем разнести зал Цянькунь в щепки, чтобы привести в чувство этих людей, слишком долго живших в тепле и уюте, цепляясь за свое гнилое величие.
В удушливой тишине даосский мастер Сююнь наконец заговорил, и голос его звучал сурово:
— В первый раз ты умоляла меня оставить его. Во второй раз выпросила истинный приказ Хуавэй, чтобы следить за ним. А в третий раз явилась просить для него феод. Я с самого детства потакал тебе во всем, но всему есть предел. В этот раз я не могу позволить тебе…
— Отец, — голос Чэнь Хунчжу дрожал и звучал хрипло. — В моем предложении нет никаких личных чувств или корыстных помыслов. В нынешней ситуации право выбора уже не за нами. Прошлой ночью сотни и тысячи учеников внешних врат собрались в одном месте, они были на грани мятежа. Если бы Сун Цяньцзи отдал приказ, последствия были бы невообразимы!
Чжао Тайцзи произнес:
— Орден даровал им путь к бессмертию, а они не ведают благодарности. Мы проявили к ним излишнее милосердие и слишком многое позволяли. Когда придут новые ученики внешних врат, за ними нужно будет установить строжайший надзор!
Остальные принялись согласно кивать, полностью разделяя это мнение.
— Всего лишь никчемный ученик «того человека», а смеет вести себя столь дерзко, — даосский мастер Сююнь повернулся к стоявшему рядом юному слуге и холодно приказал: — Ступай и приведи этого Сун Цяньцзи.
- Уезд (郡, jùn) — административно-территориальная единица в древнем Китае, сопоставимая с областью или округом. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
