Она нажала на выключатель фонарика и перелистнула страницы альбома.
Цзян Юйбай увидел легендарную «анимацию в блокноте». В ней было всего два персонажа — очевидно, Цзян Юйбай и Линь Чжися.
Линь Чжися начала рисовать с того самого года, когда они встретились. Оба человечка постепенно росли, и расстояние между ними становилось всё меньше. В самом конце они успешно взялись за руки, а фон сменился с кампуса на спальню.
— Это тебе, — торжественно протянула альбом Линь Чжися. — С девятнадцатилетием.
Цзян Юйбай принял этот ценный подарок. Коснувшись пальцами обложки, он спросил:
— Как долго ты его рисовала?
Линь Чжися честно ответила:
— Больше двух лет. Я была слишком занята, поэтому рисовала очень медленно. — Она зевнула и похлопала ладонями по подушке. — Спи сегодня со мной.
Цзян Юйбай не ответил.
Линь Чжися принялась уговаривать:
— Ну поспи со мной.
Цзян Юйбай молча лёг на её кровать. Он обнял её, а она завозилась в его объятиях, подыскивая самое удобное положение. Решив пойти ещё дальше, она добавила:
— С сегодняшнего дня ты должен спать со мной каждую ночь.
Цзян Юйбай прекрасно понимал, что она говорит спьяну, но её голос звучал так искренне, что он, не слишком упорствуя, уступил:
— В принципе, это возможно.
— Так возможно или нет? — грозно переспросила Линь Чжися.
— Да, — лаконично ответил Цзян Юйбай.
Линь Чжися наконец-то осталась довольна.
Она перевернулась на другой бок, спиной к нему, взяла его руку и прижала к своей талии. За окном бесконечно шумел дождь с ветром, и голос Цзян Юйбая донёсся до её ушей:
— Завтра утром ты будешь помнить свои слова?
— Конечно, — клятвенно заверила Линь Чжися. — Каждое своё слово я помню предельно отчётливо.
Цзян Юйбай понизил голос:
— Вот и хорошо.
Линь Чжися плотно прижалась спиной к груди Цзян Юйбая. Сон настолько одолел её, что она не могла открыть глаз, и перед самым засыпанием пробормотала:
— Какой ты горячий, прямо как печка… — Сквозь полусон она услышала ответ Цзян Юйбая. Она подумала, что сегодня ночью он ей снова приснится.
На следующее утро, проснувшись, Линь Чжися на мгновение оцепенела.
Цзян Юйбай лежал рядом, кажется, ещё не проснувшись. Его лицо было всё таким же красивым, а на шее виднелись подозрительные красные отметины — похоже, следы от поцелуев Линь Чжися.
Линь Чжися в тревоге начала восстанавливать события в памяти.
Она в деталях воспроизвела всё, что произошло прошлой ночью. К счастью, ничего серьёзного между ней и Цзян Юйбаем не случилось. Вот только Цзян Юйбай уже пообещал ей спать с ней каждую ночь.
В душе Линь Чжися возникло чувство стыда.
Она с головой зарылась под одеяло.
Цзян Юйбай протянул руку и положил её ей на талию. Она сказала:
— Перестань притворяться, я знаю, что ты давно проснулся.
— Ты только что проснулась? — отозвался Цзян Юйбай.
Линь Чжися уклонилась от вопроса:
— Давай вставать.
Цзян Юйбай посмотрел на её покрасневшие кончики ушей и, не раздумывая, произнёс:
— Давай и сегодня поспим вместе.
Линь Чжися сбежала с кровати и босиком бросилась в ванную. Она быстро привела мысли в порядок и тем же утром, как ни в чём не бывало, отправилась с рюкзаком в лабораторию.
В лаборатории всё шло своим чередом.
Вэнь Ци пришёл раньше Линь Чжися.
В последующие несколько дней Вэнь Ци вёл себя как обычно: появлялся в восемь утра и уходил в пять вечера, не выказывая никаких признаков неладного.
Однако спустя всего неделю Линь Чжися заметила странности в поведении Вэнь Ци.
Линь Чжися и Вэнь Ци вместе работали над статьёй. Вэнь Ци всегда проводил эксперименты быстро, а его работа по сбору и обработке данных отличалась профессионализмом и мастерством. Однако за последнюю неделю Вэнь Ци не выдал никаких результатов и не прислал Линь Чжися результаты экспериментов в срок.
На утреннем совещании в понедельник, по традиции, каждый студент должен был рассказать о прогрессе своих исследований за неделю. Когда подошла очередь Вэнь Ци, он упомянул лишь несколько статей — тех самых, которые он читал и раньше. Другие студенты могли этого не заметить, но Линь Чжися прекрасно знала все тонкости.
Вэнь Ци не только временно забросил учёбу, но и перестал участвовать в их разработке квантового языка программирования PTSIC.
На данный момент PTSIC существовал лишь в виде простейшего прототипа, и многое ещё предстояло доработать. Это было похоже на коллективный пошив одежды: как только выкройка была готова, Вэнь Ци, один из ключевых дизайнеров, покинул команду.
Линь Чжися написала Вэнь Ци длинное электронное письмо, взывая к его чувствам и разуму. Она терпеливо утешала его, но, даже прочитав, он не отвечал. Она стучала в дверь его кабинета, но он, сидя внутри, не отзывался.
Линь Чжися подумала, что Вэнь Ци нужно личное пространство.
Поэтому она прождала его ещё целых две недели.
Прогресс по их совместной статье оставался нулевым.
Линь Чжися могла бы стать единственным автором, но она не хотела удалять вклад Вэнь Ци.
Дни шли один за другим, а сообщения, которые Линь Чжися отправляла Вэнь Ци, словно канули в воду — ответа не было.
Она перестала пытаться связаться с ним через электронные средства связи.
В один из сентябрьских дней Вэнь Ци открыл дверь своего кабинета и едва успел войти, как следом за ним ворвалась Линь Чжися.
Это было погожее утро. В руках Вэнь Ци сжимал журнал «Гошихуэй» — развлекательное чтиво, которое он специально купил на рынке подержанных вещей. Он спрятал журнал за спину, а Линь Чжися с размаху положила стопку статей на его стол.
— Вэнь Ци, — официально обратилась она к нему, — не веди себя так.
Вэнь Ци спросил:
— Как «так»?
Линь Чжися принялась хвалить его:
— Ты очень умный, у тебя прекрасная память, ты быстро схватываешь суть, и у тебя потрясающая база.
Вэнь Ци сел в кресло:
— Я собираюсь… взять отпуск на месяц.
— Ты обещал мне, — попыталась подбодрить его Линь Чжися, — что эта статья о моделях квантовой рекурсии будет закончена до октября. Кроме того, в проекте квантового языка программирования PTSIC ты исследовал семантические модели квантовых программ, используя квантовые цепи Маркова. Моя однокурсница Фэн Юань специализируется на цепях Маркова, и я уже договорилась с ней: мы могли бы выбрать время и обсудить новые проблемы теории графов в гильбертовых пространствах. Если у нас всё получится, это будет великое дело! Соберись, твоё время драгоценно.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
