Шестеро учеников четвёртого (1) класса не участвовали в осенней экскурсии в океанариум.
Лю Синцзянь был одним из тех шестерых.
Как все знали, Лю Синцзянь сломал ногу во время летних каникул. Он преждевременно вкусил все тяготы жизни старика, ведь куда бы он ни шёл, ему приходилось опираться на костыли.
В один из дней начала ноября Лю Синцзянь отправился в больницу, чтобы снять гипс, и наконец-то отбросил костыли. Врач сказал ему, что нога почти зажила. Он был ещё совсем мал, и его способность к восстановлению оказалась превосходной. Если он будет строго следовать предписаниям врача, уделять внимание уходу и реабилитации, то никаких последствий не останется.
Лю Синцзянь пребывал в прекрасном расположении духа. Эпоха его славы вот-вот должна была вернуться.
Спустя несколько месяцев Лю Синцзянь перестал нуждаться в посторонней помощи. Опираясь на собственные ноги, он шаг за шагом поднялся по лестнице и вошёл в кабинет четвёртого (1) класса. Под пристальными взглядами множества одноклассников Лю Синцзянь объявил:
— Моя нога поправилась.
Это было дождливое утро, в классе зажгли все лампы. Яркий свет казался безмолвным гимном, и староста Дун Суньци первым начал аплодировать Лю Синцзяню:
— Поздравляю, поздравляю! Мои поздравления Лю Синцзяню! Он встал на ноги! Он встал на ноги!
Раздались редкие хлопки, то затихая, то возобновляясь.
Повесив сумку на плечо, Лю Синцзянь направился к своему месту.
Чёрный рюкзак Adidas за спиной придавал ему взрослый и стильный вид; он выглядел даже более солидно, чем старшеклассники из шестого класса. Сев за парту, он поставил на стол стальную бутылку для воды, а затем медленно повернул голову и многозначительно взглянул на Цзян Юйбая.
Цзян Юйбай всё ещё был поглощён рисованием серии комиксов «Исследование Вселенной».
Чтобы лучше и детальнее изобразить экономический рынок созвездия Орион, Цзян Юйбай в последнее время самостоятельно изучал теорию экономики. Его родители только и ждали, когда он проявит интерес к финансам и менеджменту, поэтому поспешили нанять ему нового репетитора. Даже дедушка Цзян Юйбая, который уже почти отошёл от дел, лично взялся наставлять внука и передавать ему свои знания.
База знаний Цзян Юйбая включала в себя крайне ценный практический опыт. О таких вещах Линь Чжися никогда раньше не слышала и даже не помышляла.
Цзян Юйбай и Линь Чжися с увлечением строили математическую экономическую модель рынка Ориона; это занятие доставляло им обоим огромное удовольствие. Благодаря усилиям Цзян Юйбая валовой внутренний продукт Легиона Земли неуклонно рос.
— Так не пойдёт, — сказала Линь Чжися. — Мы же Легион Земли. У нас всё идёт слишком гладко, совсем без трудностей, читателям это не понравится.
Цзян Юйбай, не поднимая головы, продолжал рисовать:
— Я и есть читатель. И мне нравится.
Линь Чжися прилегла на парту, наблюдая за быстро мелькающим кончиком его пера:
— У главного злодея Дун Суньци больше нет роли, и у штурмана Линь Чжися тоже нет роли.
— У тебя много ролей, — Цзян Юйбай перестал писать и перелистнул две страницы назад. — Ты появляешься каждый день. Вчера ты вела Легион Земли и взорвала межконтинентальную ракету в молекулярном облаке…
Не успел Цзян Юйбай договорить, как чей-то палец ткнул в его парту.
Он поднял глаза и увидел перед собой Лю Синцзяня.
Любой человек, у которого были глаза, мог понять, что Лю Синцзянь пришёл с недобрыми намерениями.
Лю Синцзянь засунул левую руку в карман, а правой опёрся о стол Цзян Юйбая. Таким образом он не только уменьшил нагрузку на ногу, но и создал ощущение давления на собеседника.
Лицо Лю Синцзяня было бесстрастным, точь-в-точь как у Уцина из сериала «Четверо великих сыщиков». Его кожа была слишком бледной, поэтому одноклассники за глаза называли его «красавчиком-белоручкой», но никто не осмеливался сказать ему это в лицо.
Никто не понимал, зачем он ищет ссоры с Цзян Юйбаем.
Цзян Юйбай вспомнил, что незадолго до этого, когда Лю Синцзянь ещё ходил с костылями, он каким-то необъяснимым образом умудрился его разозлить.
Тогда Лю Синцзянь велел Цзян Юйбаю ждать и пообещал, что обязательно покажет ему, где раки зимуют.
Какого «цвету» будет эта наука?
Цзян Юйбай с нетерпением ждал развязки.
Цзян Юйбай закрыл блокнот и передал драгоценную серию комиксов «Исследование Вселенной» в руки Линь Чжися. Его движения были решительными, но исполненными достоинства, словно Лю Бэй поручал своего наследника заботам верного подданного в крепости Байди.
— Что-то случилось? — первым спросил Цзян Юйбай.
— Ха-ха, — из уст Лю Синцзяня вырвался холодный смешок.
Цзян Юйбай был признанным красавцем начальной школы «Шиянь». Лю Синцзянь тоже обладал весьма недурной внешностью. Их странное противостояние заставило одноклассников — особенно девочек — то и дело бросать на них косые взгляды.
Было восемь утра, в это время Цянь-лаоши должна была провести первый урок математики. Сейчас на часах было семь пятьдесят пять. Всего через пять минут Цянь-лаоши войдёт в класс.
Цянь-лаоши не терпела ни малейшего беспорядка. Больше всего на свете она ненавидела, когда ученики в классе ругались, дрались или затевали споры. Если бы она это обнаружила, то ни одному зачинщику не удалось бы избежать наказания — их выставили бы стоять в коридоре.
Поскольку дело шло о жизни и смерти, Лю Синцзянь не стал тратить слова попусту. Он сразу перешёл к делу:
— Цзян Юйбай, ты рисуешь «Исследование Вселенной»?
Цзян Юйбай думал, что Лю Синцзянь полезет в драку, и уже приготовился защищаться. Он не ожидал, что тот упомянет серию комиксов «Исследование Вселенной».
На самом деле Лю Синцзянь поначалу и правда хотел подраться.
Но он слышал, что Цзян Юйбай живёт в поместье, рано ложится и рано встаёт, постоянно тренируется, и у него даже есть личный наставник по боевым искусствам. А нога Лю Синцзяня только-только зажила. В такой момент лезть в драку с Цзян Юйбаем было бы крайне неразумно.
Как гласит пословица: хитрость — лучший план.
Лю Синцзянь кое-что придумал.
В последнее время весь класс был одержим «Исследованием Вселенной», которое по главам выпускали Цзян Юйбай и Линь Чжися. Все ученики разделились на два лагеря: один — Легион Земли во главе с Цзян Юйбаем, другой — повстанческая организация Ориона под руководством Дун Суньци. Ребята из «Ориона» жаловались, что Легион Земли слишком силён. У землян была не только система военной обороны, но и мощная экономическая сырьевая база… У Ориона не оставалось ни малейшего шанса на победу.
И вот теперь Лю Синцзянь сказал Цзян Юйбаю:
— Я тоже буду рисовать твой комикс.
Цзян Юйбай спокойно ответил:
— Зачем?
Лю Синцзянь смерил его презрительным взглядом:
— Я буду представлять Орион и сотру тебя в порошок. Я заставлю землян убираться восвояси!
Как только Лю Синцзянь произнёс эти дерзкие слова про «сотру в порошок», Цянь-лаоши как раз вошла в главную дверь класса. Некоторые ученики со стороны Ориона так разволновались, что у них свело животы от дурноты.
Ситуация стала крайне щекотливой.
Лицо Цянь-лаоши потемнело от гнева.
Лю Синцзянь стоял спиной к двери и совершенно не заметил изменившейся атмосферы в классе, а тем более того, что Цянь-лаоши уже пришла. Звонок на урок ещё не прозвенел, и Лю Синцзянь думал, что у него есть время.
Он решил подойти к Цзян Юйбаю именно перед уроком математики, будучи уверенным, что тот не посмеет поднять на него руку. Он становился всё наглее в своих высказываниях:
— Все земляне — никчёмные слабаки!
— Лю Синцзянь!
Рёв Цянь-лаоши, казалось, сотряс небеса.
Цзян Юйбай злорадно прошептал:
— Пожалуйста, обернись. За твоей спиной — землянин.
Лю Синцзянь резко обернулся. Цянь-лаоши шаг за шагом приближалась к нему. В руке она сжимала указку, выражение её лица было ужасающим, а вся она источала такую пугающую ауру, что в тот миг окружающим ученикам показалось: конец света не мог выглядеть хуже.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
