Людей, последовавших в Наньчжао в этот раз, было немного, однако Е Ли, чтобы проникнуть в Ванский дворец Наньчжао, было достаточно Фэн Чжияо, Цинь Фэна, Чжо Цзина, Линь Ханя и двух Цилиней. Группа обогнула шумную площадь перед дворцом и, ни капли не потревожив дворцовую стражу, проникла внутрь. Ранее Фэн Чжияо уже разведал, что гунчжу Чанлэ доставили прямиком в опочивальню Наньчжао-вана. Поэтому, едва оказавшись во дворце, они направились прямо туда. Но стоило им подойти к дверям, как изнутри донесся шум.
— Убийцы!
Фэн Чжияо вздрогнул.
— Нас обнаружили?
Цинь Фэн покачал головой и придержал руку Фэн Чжияо, собиравшегося обнажить меч.
— Оборона Ванского дворца Наньчжао не так уж сильна.
Все они, за исключением Фэн Чжияо, были первоклассными мастерами скрытности. При должной осторожности с навыками стражи Ванского дворца Наньчжао обнаружить их было невозможно.
И действительно, сбежавшиеся на зов шивэй даже не взглянули в их сторону, а гурьбой бросились в опочивальню, откуда тотчас донесся лязг оружия. Е Ли сделала знак рукой тем, кто следовал за ней. Двое Цилиней, а также Чжо Цзин и Линь Хань разделились на две группы и стали обходить дворец справа и слева. Вскоре на крыше опочивальни появились четыре тени. Один из них подал знак. Прежде чем Фэн Чжияо успел среагировать, Цинь Фэн схватил его и перелетел на крышу здания напротив.
С трудом удержав равновесие, Фэн Чжияо увидел, что те четверо уже исчезли. Он беспомощно произнес.
— Брат Цинь, мое мастерство цингун весьма недурно. И все же, что значили те жесты?
Фэн Чжияо уже доводилось сталкиваться с Цилинями, но он все еще не до конца понимал их методы. Цинь Фэн бесстрастно ответил.
— Язык жестов. Ванфэй приказала им разделиться на две группы и проверить обстановку впереди. Они сообщили, что здесь безопасно.
Фэн Чжияо фыркнул.
— К чему такие сложности? Настоящие мастера прорываются напролом. Если вот так спасать людей, то останутся одни холодные цветы лилейника1.
Цинь Фэн равнодушно взглянул на него.
— Потому мастера и умирают быстро. Ванфэй говорит, что хоть жертвы часто неизбежны, жизнь обычного воина, это тоже жизнь, и даже если потерь не избежать, их следует минимизировать.
Фэн Чжияо опешил и молча потер нос.
Вскоре под карнизом снова мелькнула тень, подав краткий сигнал. Цинь Фэн поднялся.
— Поспешим. Внутри не убийцы, скорее всего, это тоже люди, пришедшие спасти Гунчжу Чанлэ.
Когда они добрались до внутренних покоев опочивальни, перед входом уже кипела схватка. Фэн Чжияо огляделся, но так и не смог увидеть, где прячутся те четверо. Е Ли, невесть когда появившаяся рядом с ними, спросила.
— Внизу люди из семьи Хуа?
Взгляд Фэн Чжияо дрогнул, он пристально посмотрел на сражающихся.
— Должно быть. Кроме семьи Хуа, я не могу представить никого, кто пришел бы за Гунчжу Чанлэ. Но… почему они решили действовать только сейчас?
На дороге ведь было бы куда удобнее спасать ее, чем в Ванском дворце Наньчжао.
— Очевидно, есть причина, по которой они могут спасти ее только в стенах этого дворца, — сказала Е Ли. — Идем посмотрим на Гунчжу Чанлэ. Цинь Фэн, следи за обстановкой.
Цинь Фэн кивнул.
— Ванфэй, можете быть спокойны.
Проникнуть в опочивальню на глазах у стольких шивэй было непросто, поэтому Е Ли не стала входить открыто. Вместе с Фэн Чжияо она перемещалась по крыше, пока не выбрала подходящее место. Указав вниз, она прошептала.
— Здесь покои Наньчжао-вана.
Фэн Чжияо увидел, как Е Ли стремительно и бесшумно сняла глазурованную черепицу. Вскоре все, что происходило в зале, предстало перед их глазами. Е Ли выбрала идеальную позицию, сверху была видна большая часть комнаты. А те, кто находился внутри, из-за потолочных балок вряд ли могли заметить дыру в крыше, если только не встали бы прямо под ней. Фэн Чжияо наблюдал, как Е Ли спустилась через проем и бесшумно встала на балку. Люди внизу ничего не заподозрили.
Наньчжао-ван мрачно взирал на гунчжу Чанлэ, сидевшую неподалеку на кушетке. В его глазах похоть мешалась с яростью. Это была законная Да-гунчжу Великого Чу. Пусть еще юная, она уже была маленькой красавицей. Пройдет года два, и она наверняка превзойдет его дочь, гунчжу Цися, которую когда-то называли первой красавицей Наньчжао. При других обстоятельствах, он вряд ли мог бы заполучить такую принцессу, в Великом Чу испокон веков редко отдавали гунчжу для хэцинь, а законных старших принцесс и подавно. Он не знал, почему император Великого Чу решил так благосклонно отдать ему свою самую благородную дочь, но подарком был крайне доволен.
Гунчжу Чанлэ сидела на кушетке, напряженно глядя на плотно закрытые двери и крепко сжимая руки, спрятанные в рукавах. Наньчжао-ван не сводил с нее глаз, совершенно не заботясь об убийцах снаружи. Глядя на ее прелестное лицо, он с вожделением произнес.
— Какая красавица… Принцессы Великого Чу и впрямь особенные. Не беспокойся об убийцах снаружи. Даже если их будет в десять раз больше, никто не выйдет из Ванского дворца Наньчжао живым.
Гунчжу Чанлэ вздрогнула и в ужасе посмотрела на дверь, на ее лице отразилось отчаяние. Заметив ее страх, Наньчжао-ван возликовал еще больше.
— Ха-ха… моя маленькая красавица, лучше покорись Бэньвану добром. Если будешь послушной, Бэньван позволит тем людям снаружи умереть быстро.
Гунчжу Чанлэ стиснула зубы и внезапно бросилась к выходу. Разве мог Наньчжао-ван позволить ей сбежать? Он протянул руку и крепко схватил ее.
— Маленькая красавица, к чему спешить… Ха-ха…
Гунчжу Чанлэ отчаянно сопротивлялась, но разве могла слабая девушка совладать с Наньчжао-ваном? Ее рука была зажата мертвой хваткой, лицо исказилось от боли. Она перестала рваться к двери и закричала.
— Кто бы ни был снаружи, мне не нужно ваше спасение! Уходите!
Сражавшиеся снаружи услышали ее голос. Тотчас кто-то крикнул.
— Гунчжу, мы обязательно спасем вас!
— Все уходите! Бэньгун не нуждается в вашем спасении! — закричала гунчжу Чанлэ со слезами на глазах.
Глядя на торжествующую оскаленную улыбку Наньчжао-вана и его лицо, приближающееся к ней, гунчжу Чанлэ решилась. Она внезапно вскинула свободную правую руку, и из ее рукава сверкнуло лезвие. В ее руке оказался сияющий кинжал, которым она без колебаний ударила по руке Наньчжао-вана. Тот не собирался подставляться под удар и мгновенно отпустил ее.
Не ожидавший от хрупкой девы такой смелости, Наньчжао-ван пришел в ярость и наотмашь ударил гунчжу Чанлэ по лицу. Она упала, на губах выступила кровь. Сидя на полу, она подняла голову и холодно посмотрела на Наньчжао-вана. В ее взгляде не было страха, лишь гордость благородной принцессы и презрение.
— Ты недостоин даже того, чтобы оскорблять Бэньгун!
С этими словами гунчжу Чанлэ, не колеблясь, занесла кинжал над своей грудью.
Раздался свист! С балки промелькнула зеленая вспышка и ударила точно по кинжалу. Сила удара была так велика, что оружие отлетело в сторону. Одновременно с этим в колонну рядом с гунчжу Чанлэ вонзилась нефритовая шпилька.
Потрясенный случившимся, Наньчжао-ван вскинул голову и увидел Е Ли. Облаченная в лазурное платье, она небрежно сидела на балке и с улыбкой кивнула ему. Наньчжао-ван опешил и хотел было позвать стражу, но перед глазами мелькнула бирюзовая тень. Е Ли уже стояла перед ним, приставив кинжал к его горлу.
Е Ли со вздохом обратилась к гунчжу Чанлэ.
— Какая же ты решительная, девчонка. После такого удара ты бы и охнуть не успела, как отправилась бы на встречу с Яньваном2.
— Ван… ванфэй… — пробормотала гунчжу Чанлэ, не понимая, как та здесь оказалась.
Наньчжао-ван глухо спросил.
— Дин-ванфэй, что это значит?
Е Ли беспомощно произнесла.
— В порыве спешки у меня действительно не оставалось иного выбора, Наньчжао-ван, прошу меня простить.
Е Ли и в самом деле чувствовала досаду, раз ей нельзя было убивать Наньчжао-вана, она изначально не планировала появляться перед ним. Потому она как раз обдумывала, как бы незаметно лишить Наньчжао-вана чувств и увести гунчжу Чанлэ, но кто же знал, что не успеет она вмешаться, как внизу разыграется эта сцена. Ради спасения жизни гунчжу Чанлэ, Е Ли пришлось нанести удар и отбить кинжал в её руке, тем самым обнаружив себя перед всеми.
________________________________
- Останутся одни холодные цветы лилейника (黄花菜都凉了, huánghuācài dōu liáng le) — китайская идиома, означающая, что время безвозвратно упущено и стало слишком поздно. ↩︎
- Яньван (阎王, Yánwáng) — в китайской мифологии божество, правитель подземного мира и судия душ умерших. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
