Это была еще одна ожесточенная битва. Когда окончательно стемнело, им, наконец, удалось вновь отбить натиск армии Силина, но даже Мужун Шэнь получил легкие ранения. Двое мужчин стояли на городской стене, глядя на постепенно отступающую армию Силина, и на их лицах, наконец, проступила усталая, но радостная улыбка.
Прежде чем улыбка успела исчезнуть, Нань-хоу невольно нахмурился и произнес низким голосом.
— Мужун-цзянцзюнь, сегодня ночью вам следует хорошенько отдохнуть. Я возьму все заботы на себя.
Мужун Шэнь изнурил себя за последние дни, к тому же был ранен. Если бы он не отдохнул сейчас, то наверняка лишился бы последних сил. Мужун Шэнь нахмурился, бросил взгляд на далекий лагерь Силина и сказал.
— Я опасаюсь, что армия Силин может предпринять ночную атаку.
За эти два дня атаки армии Силина стали заметно яростнее и порывистее. Защитники Вэйчэна после многодневных тяжелых боев уже находились на пределе своих возможностей. Если армия Силина предпримет еще несколько мощных штурмов, Вэйчэн может не выстоять.
Нань-хоу спокойно улыбнулся.
— Будьте спокойны. Разве этот хоу не остается на страже? Цзянцзюнь Мужун, идите отдыхать со спокойной душой.
Мужун Шэнь понял добрые намерения Нань-хоу и кивнул.
— В таком случае, полагаюсь на вас, Хоу-е.
Нань-хоу кивнул и с легкой улыбкой промолчал.
В главном шатре армии Силина Лэй Тэнфэн осматривал рану на своей руке и хмурился.
— Не ожидал, что Нань-хоу и Мужун Шэнь окажутся столь искусны в бою.
В сегодняшнем сражении пострадал не только Мужун Шэнь, даже Лэй Тэнфэн в пылу сражения получил легкое ранение. Впрочем, оно не представляло серьезной угрозы.
Лэй Чжэньтин, ничуть не удивленный, спокойно произнес.
— Нань-хоу в свое время был одним из прославленных генералов Великого Чу, получившим титул хоу за военные заслуги. Мужун Шэнь в юности и вовсе был выдающимся военачальником под началом Мо Люфана, одним из лучших. С твоими способностями захватить Вэйчэн за короткое время, когда они вдвоем действуют сообща, — задача не из легких.
От слов Лэй Чжэньтина на лице Лэй Тэнфэна отразилось замешательство, и он проговорил.
— Прошу фу-вана дать мне наставление.
Глядя на Лэй Тэнфэна, Лэй Чжэньтин беспомощно вздохнул. Хотя Лэй Тэнфэн был его единственным сыном, по сравнению с Мо Люфаном он, очевидно, не слишком преуспел в воспитании наследника. Нельзя сказать, что Лэй Тэнфэн был лишен талантов, просто по сравнению с Мо Сюяо он был недостаточно хорош. Именно это заставляло сердца людей наполняться еще большим непринятием и унынием. Лэй Тэнфэну тоже приходилось несладко, он был ровесником Мо Сюяо, но в Поднебесной почти никто не сравнивал его с Дин-ваном. Лишь потому, что… у него еще не было на это права.
Лэй Чжэньтин продолжил.
— Нань-хоу и Мужун Шэнь сейчас подобны стреле на излете1. Если ты усилишь натиск, то непременно захватишь Вэйчэн до того, как Мо Сюяо успеет вернуться. В этом тебе не стоит торопиться. Однако… неужели ты хочешь склонить Нань-хоу и Мужун Шэня на свою сторону?
Сердце Лэй Тэнфэна екнуло, он опустил голову и ответил.
— Сын… сын просто считает, что оба они редкостные таланты…
Лэй Чжэньтин беспомощно и горько усмехнулся, махнув рукой.
— Твой фу-ван вовсе не против того, чтобы ты привлекал способных людей себе на службу. Но… нужно смотреть, что это за люди. Нань-хоу и Мужун Шэнь, тебе их не подчинить.
Лэй Тэнфэн вскинул брови, и на его лице проступило несогласие. Лэй Чжэньтин бесстрастно пояснил.
— Эти двое по праву зовутся прославленными генералами сотни сражений. Мужун Шэнь по натуре высокомерен, и чтобы подчинить его, нужно обладать способностями, определенно превосходящими его собственные. К тому же он, старый подчиненный Мо Люфана и по своей природе питает к армии Мо гораздо больше симпатии. Теперь, когда он вновь вернулся в армию Мо-цзяцзюнь, он будет лишь преданнее. Более того, единственная дочь Мужун Шэня вышла замуж за второго сына Лэн Хуая, Лэн Хаоюя. А Лэн Хаоюй доверенное лицо Мо Сюяо, уступающее лишь Фэн Чжияо. В такой ситуации ты действительно веришь, что Мужун Шэнь станет служить тебе? Что касается Нань-хоу, с ним сладить еще труднее, чем с Мужун Шэнем. Пусть в последние годы он ушел в тень и его слава померкла, но гордость его юности ничуть не уступает гордости Мужун Шэня. Так что предательство и переход на сторону врага в разгар битвы, это то, чего с ними никогда не случится.
Здоровая рука Лэй Тэнфэна крепко сжалась в кулак. На самом деле, он прекрасно понимал все то, о чем говорил отец. Но в его ушах это прозвучало иначе, у него недостаточно способностей, поэтому он не может подчинить Мужун Шэня и Нань-хоу. Слышать подобное от отца для Лэй Тэнфэна было все равно что получить прямое обвинение в бездарности.
— Сын бесталантен, прошу фу-вана простить меня, — произнес Лэй Тэнфэн низким голосом, опустив взор.
Глядя на него, Лэй Чжэньтин мог лишь вздохнуть. Помолчав, он добавил.
— В этом нет твоей вины, не думай о лишнем. Сейчас самое важное взять Вэйчэн.
Лэй Тэнфэн придал лицу серьезное выражение и кивнул.
— Фу-ван, будьте спокойны, сын знает, что нужно делать.
Глубокой ночью Вэйчэн, стоявший среди пустынных равнин, выглядел одиноким. Под покровом темноты воины армии Мо замерли на городских стенах, стойко охраняя этот маленький город. Внезапно из мрака к городским стенам бесшумно приблизился отряд. Люди в черном начали осторожно карабкаться на стену.
Из темноты вылетела стрела. Одетый в черное человек, уже поднявшийся на стену, глухо вскрикнул и замертво рухнул вниз. На городской стене вспыхнул свет, и изначально тихий городок мгновенно ожил. В одно мгновение звуки сражения и запах крови наполнили всю равнину.
Эта ночная атака продолжалась до самого рассвета. Солдаты армии Мо-цзяцзюнь, сражавшиеся без отдыха несколько дней, наконец начали сдавать позиции. Тяжелый таран вышиб ворота Вэйчэна. После яростной схватки обе стороны понесли тяжелые потери. На рассвете Нань-хоу, наконец отдал приказ воинам армии семьи Мо отступать из Вэйчэна.
Лэй Тэнфэн, ворвавшийся в город во главе войск, провожал взглядом удаляющуюся армию Мо-цзяцзюнь. В его глазах мелькнул холодный блеск, и он сурово распорядился.
— Преследовать их! За головы Нань-хоу и Мужун Шэня назначена награда в десять тысяч лянов золота!
— Шицзы, Ванъе велел… — военачальник, следовавший за Лэй Тэнфэном, замялся и не удержался от попытки дать совет.
Взгляд Лэй Тэнфэна был острым, как нож. Он холодно бросил.
— Сейчас войсками командую я! Позже я сам объяснюсь с фу-ваном. Армия Мо в панике бежит, и наши войска должны воспользоваться моментом, пока боевой дух на высоте, и продолжить наступление.
— Но…
Лэй Тэнфэн прикрикнул.
— Замолчи! Это мой приказ!
Не видя иного выхода, военачальник был вынужден подчиниться.
— Слушаюсь!
Лэй Тэнфэн, вырвавшись вперед, повел армию Силина через Вэйчэн, продолжая преследование отступающей армии Мо. Вскоре Лэй Чжэньтин, следовавший позади, прибыл в Вэйчэн. Не обнаружив Лэй Тэнфэна, он помрачнел и спросил.
— Где Шицзы?
Командиры переглянулись, после чего один из них вышел вперед и доложил.
— Докладываю Ванъе, Шицзы повел войска в погоню за Нань-хоу и Мужун Шэнем.
Услышав это, Лэй Чжэньтин изменился в лице. Он тяжело ударил ладонью по столу и в гневе воскликнул.
— Наглец! Я же приказывал ему не действовать опрометчиво!
Военачальник смущенно ответил.
— Но Шицзы…
Лэй Чжэньтин окинул взглядом стоявших перед ним командиров, чьи лица выражали беспомощность, и сам тяжело вздохнул. Лэй Тэнфэн был шицзы Чжэньнань-вана и единственным наследником дома Чжэньнань-вана. Разумеется, эти люди не смели ослушаться его приказов, если он на чем-то настаивал, они не могли его удержать. Будучи выдающимся человеком, Лэй Чжэньтин мгновенно понял причину внезапного порыва сына, всему виной были его недавние наставления. Должно быть, Лэй Тэнфэн вовсе не внял советам, а наоборот, решил, что родной отец ни во что не ставит его способности.
— Ванъе, как нам теперь поступить? — тихо спросил один из командиров.
Лэй Чжэньтин немного подумал и сказал.
— Правый цзянцзюнь, возьми пятьдесят тысяч воинов и отправляйся на подмогу Шицзы.
Поразмыслив еще немного, Лэй Чжэньтин добавил.
— Если Шицзы одержит победу, можешь не вмешиваться. Но, если Шицзы попадет в ловушку, ты должен его спасти.
Правый цзянцзюнь вышел из строя и твердо ответил.
— Слушаюсь!
В это время Лэй Тэнфэн и впрямь угодил в ловушку. На узкой горной тропе, ведущей к заставе Фэйхун, несколько десятков тысяч воинов под началом Лэй Тэнфэна оказались зажаты в тиски, не в силах ни продвинуться вперед, ни отступить. Мужун Шэнь и Нань-хоу стояли плечом к плечу на склоне горы неподалеку, Мужун Шэнь с холодной усмешкой смотрел вниз на Лэй Тэнфэна, который был вне себя от ярости. Мужун Шэнь взял лук и стрелу из рук стоящего рядом солдата и нацелился на Лэй Тэнфэна, с улыбкой проговорив.
— Потеряли Вэйчэн, зато убили Шицзы Чжэньнань-вана Силина, это тоже можно считать достижением?
У Чжэньнань-вана Лэй Чжэньтина был лишь один сын, Лэй Тэнфэн, а дети самого Лэй Тэнфэна были почти все перебиты Дин-ваном больше года назад. Если Лэй Тэнфэн погибнет, то для Лэй Чжэньтина это непременно станет сокрушительным ударом.
Нань-хоу протянул руку, останавливая его, и покачал головой.
— Нельзя. Если сейчас убить Лэй Тэнфэна, то Лэй Чжэньтин определенно лишится рассудка.
— И, что с того? — вскинул брови Мужун Шэнь.
Нань-хоу беспомощно и горько усмехнулся.
— Не забывай, что в Вэйчэне остались сотни тысяч мирных жителей. Лэй Чжэньтин и впрямь не склонен к кровавым расправам над простым людом, в отличие от воинов Бэйжуна, но это не значит, что он на это не способен. Горе от потери сына заставит Лэй Чжэньтина пойти на любое безумство. Более того, если сейчас убить Лэй Тэнфэна, то нам, боюсь, придется столкнуться с Лэй Чжэньтином лицом к лицу. Тогда мы проиграем еще быстрее.
— Что имеет в виду Нань-хоу? — Мужун Шэнь прошел немало сражений и, разумеется, полагался не только на грубую силу, поэтому быстро понял замысел собеседника.
Он улыбнулся.
— Эту горную тропу легко оборонять, но трудно атаковать. Мы запрем Лэй Тэнфэна внутри, заставив Лэй Чжэньтина бить по крысе, опасаясь повредить сосуд2, и так сможем выиграть еще несколько дней.
Нань-хоу погладил свою красивую бороду и, кивнув, улыбнулся.
— Именно так.
— Нань-хоу, Мужун Шэнь! Выходите и говорите со мной! — прокричал Лэй Тэнфэн, оказавшийся в ловушке.
Он и впрямь не ожидал, что у Нань-хоу и Мужун Шэня останутся силы после отступления из Вэйчэна. Он опрометчиво бросился в погоню, имея менее ста тысяч воинов, и угодил в их подлую западню. На самом деле, соваться на такую узкую горную тропу уже было ошибкой. Успокоившись, Лэй Тэнфэн втайне горько сожалел о своем минутном порыве.
Мужун Шэнь громко рассмеялся.
— Шицзы Чжэньнань-вана, не думал я, что мы встретимся снова так скоро.
Лэй Тэнфэн посмотрел снизу-вверх на стоявших выше Мужун Шэня и Нань-хоу и глухо произнес.
— Пытайте или убивайте, как вам будет угодно!
Мужун Шэнь презрительно фыркнул и с сияющей улыбкой посмотрел на Лэй Тэнфэна.
— А, это любопытно. Чжэньнань-ван всегда был расчетлив и хладнокровен, не ожидал я, что у него такой горячий сын. Разве вчера Шицзы Чжэньнань-вана не требовал от меня и Нань-хоу покориться Силину? Что ж, теперь… не желает ли Шицзы Чжэньнань-вана подумать о том, чтобы покориться нашему дому Дин-вана?
Лицо Лэй Тэнфэна то бледнело, то багровело. Спустя долгое время он процедил сквозь зубы.
— Мужун Шэнь, ты смеешь оскорблять Бэньвана!
Нань-хоу добродушно и спокойно улыбнулся.
— Шицзы Лэй, ваши вчерашние слова для меня и Цзянцзюня Мужуна были ничуть не меньше похожи на оскорбление. Раз уж все понимают, что это невозможно, то к чему сотрясать воздух?
Лэй Тэнфэн промолчал. Мужун Шэнь усмехнулся.
— А не потому ли это, что Шицзы Чжэньнань-вана был преисполнен уверенности в нашей неминуемой гибели? Кто бы мог подумать, что ветер и вода движутся по кругу3, и теперь он сам оказался в окружении. Жаль… Чжэньнань-ван Силина всю жизнь был героем, но породил такое ничтожество.
______________________________________________________________
- Стрела на излете (强弩之末, qiáng nǔ zhī mò) — идиома, означающая силу, которая уже почти полностью исчерпана и не способна нанести удар. ↩︎
- бить по крысе, опасаясь повредить сосуд (投鼠忌器, tóu shǔ jì qì) — проявлять осторожность в действиях, чтобы, наказывая виновного, не пострадали невинные или ценные вещи. ↩︎
- ветер и вода движутся по кругу (风水轮流转, fēng shuǐ lún liú zhuàn) — удача переменчива и рано или поздно переходит от одного к другому. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
