На величественной заставе Хангу Мо Цзинли смотрел сверху вниз на расположенный неподалеку, охваченный жаждой крови лагерь армии Мо. Черные знамена армии Мо яростно развевались на ветру, издалека казалось, что весь лагерь с его мощью и силой подобен черной волне, готовой в любой миг захлестнуть все вокруг.
— Император, что-то здесь не так, — Лао-Муян-хоу и Лэй Тэнфэн стояли по обе стороны от Мо Цзинли.
Лао-муян-хоу слегка нахмурился. Мо Цзинли вскинул брови.
— Не так? Что ты имеешь в виду?
Лао-Муян-хоу произнес глухим голосом.
— Армия Мо выглядит угрожающе, однако последние два дня они лишь выказывают пустое бахвальство силой, не предпринимая никаких решительных действий. Это не соответствует их обычному стилю ведения войны.
Армия Мо славилась во всей Поднебесной благодаря своей свирепой боевой мощи и бесстрашию воинов, готовых пойти на смерть. Поэтому они ни за что не стали бы просто стоять перед этой древней заставой, единственным объяснением могло быть наличие какого-то тайного умысла.
Мо Цзинли изогнул бровь и равнодушно ответил.
— В руках Е Ли менее ста тысяч воинов. Сможет ли она взять заставу Хангу, даже если пойдет на штурм? Боюсь, она просто ждет Люй Цзинсяня. Но пока Му Ян удерживает Люй Цзинсяня, те, кто перед нами… рано или поздно станут моими узниками у подножия ступеней.
Лэй Тэнфэн задумчиво вглядывался вдаль и спустя долгое время негромко произнес.
— Кажется, в эти дни никто не видел Дин-ванфэй.
Услышав это, Лао-Муян-хоу переменился в лице и мрачно сказал.
— Император… Дин-ванфэй всегда была коварна и изобретательна, боюсь…
Дин-ванфэй не только отличалась хитроумием, но и благодаря помощи Цилинь ее можно было назвать появляющейся подобно божеству и исчезающей подобно духу1. Всякий раз там, где появлялась Дин-ванфэй, кого-то ждали беды. Брови Мо Цзинли сошлись на переносице. Он понимал опасения Лао-Муян-хоу, однако считал, что в этот раз его план был подобен небесному платью без швов2. Даже если Е Ли умна, она не должна была найти лазейку. К сожалению, хотя списки, данные ему Дунфан Юй, и помогли решить срочную, как при горящих бровях3, проблему с тем, что в доме Дин-вана невозможно было внедрить людей, эти люди не могли сблизиться с Е Ли, не вызвав подозрений. Иначе ему не пришлось бы сейчас гадать о ее перемещениях.
Поразмыслив, Мо Цзинли ради безопасности приказал.
— Отправьте людей на разведку. Нужно точно выяснить, находится ли Е Ли в лагере за заставой.
Лао-Муян-хоу поспешно кивнул и уже собирался уйти, чтобы раздать поручения.
— Докладываю Императору, срочное донесение! — прежде чем хоу успел уйти, наверх торопливо вбежал солдат.
У Лао-Муян-хоу дернулось веко, в сердце зародилось дурное предчувствие. Солдат-посыльный заговорил.
— Срочные новости с передовой! Стотысячная армия под командованием Муян-хоу попала в засаду войск Люй Цзинсяня и была почти полностью уничтожена. Люй Цзинсянь уже миновал расставленные нами засады и движется к заставе Хангу.
— Как такое возможно? — Лао-Муян-хоу невольно вскрикнул, его тело покачнулось, он едва не рухнул на землю и поспешно спросил. — Что с Муян-хоу?
Солдат взглянул на стоявшего позади Мо Цзинли, затем на Лао-Муян-хоу и ответил.
— Муян-хоу с остатками войска, менее десяти тысяч человек, уже направляется к заставе Хангу.
Услышав, что Му Ян цел, Лао-Муян-хоу с облегчением вздохнул. Однако, обернувшись и увидев выражение лица Мо Цзинли, он втайне посетовал на горькую судьбу. Он беспокоился то об одном, то о другом, а в итоге беда пришла со стороны его собственного сына. Зная характер Мо Цзинли, невозможно было представить, что тот не впадет в ярость.
И верно, Мо Цзинли мрачно взглянул на старика и холодно спросил.
— Лао хоу-е, что ты на это скажешь?
Лао-Муян-хоу с горькой миной ответил.
— Мой недостойный сын потерпел неудачу в бою, прошу Императора наказать его по закону.
Стоявший рядом Лэй Тэнфэн прищурился и, сделав шаг вперед, тихо произнес.
— Император Чу, Муян-хоу еще молод, разве может он тягаться с таким ветераном, как Люй Цзинсянь, который провел в сражениях полжизни? К тому же сейчас нам нужны люди.
Мо Цзинли хмыкнул и сказал Лао-Муян-хоу.
— Ради Шицзы Чжэньнань-вана я дам ему возможность искупить вину заслугами.
Лао-Муян-хоу обрадовался и поспешно поблагодарил.
— Премного благодарен Императору за милость!
Он даже посмотрел на Лэй Тэнфэна с долей дружелюбия и признательности.
— Благодарю вас, Шицзы Чжэньнань-вана!
Лэй Тэнфэн улыбнулся.
— Лао хоу-е, не стоит церемоний. Бэньшицзы сделал это ради союза между нашими государствами.
Его слова подразумевали, что дом Муян-хоу не обязан ему услугой. Услышав это, Лао-Муян-хоу стал еще приветливее, ведь долг перед шицзы Чжэньнань-вана Силина было бы не так-то просто вернуть.
Лэй Тэнфэн обратился к Мо Цзинли.
— Император Чу, теперь нам следует поскорее отозвать Муян-хоу и выяснить подробности произошедшего. Мне кажется… во всем этом деле есть некая странность.
Лэй Тэнфэн знал о планах Мо Цзинли и Лао-Муян-хоу, их можно было назвать безупречными, словно небесное платье без швов. По крайней мере, сам Лэй Тэнфэн не видел ни единой бреши. Хотя он не имел великих достижений на военном поприще, его обучал лично Лэй Чжэньтин, так что его кругозор и способности были выдающимися. Раз даже он не заметил изъянов, значит, план Лао-Муян-хоу и Мо Цзинли действительно был хорош. Даже если бы Му Ян не одержал полную победу, он не должен был потерпеть столь сокрушительное поражение. Однако, всего за несколько дней войско Му Яна было почти полностью уничтожено. Если верить, что в этом нет подвоха, то это было бы еще невероятнее, чем весть о том, что Мо Сюяо уничтожил всю армию Бэйжуна.
После его слов лица Мо Цзинли и Лао-Муян-хоу стали серьезными. Хотя Лао-Муян-хоу нечасто сталкивался с Люй Цзинсянем, он сам был выдающимся полководцем своего времени и в какой-то мере знал характер генералов армии Мо. Потому он не мог поверить, что Люй Цзинсянь с такой легкостью разрушил расставленную им ловушку.
Му Ян вернулся быстро. Но если уходил он полный решимости и воодушевления, то вернулся весь в ранах. От его стотысячного отборного войска осталось менее шести тысяч человек.
— Ваш виновный слуга Му Ян просит Императора о наказании.
Му Ян прекрасно понимал, это первое столкновение армии Чу и армии Мо закончилось сокрушительным поражением для Чу. Боялся он, что в глубине души Мо Цзинли мечтает разорвать его на части пятью лошадьми4. А главное, этим поражением он свел на нет большую часть преимуществ, которые давала армии Чу местность.
В главном шатре воцарилась тишина. Цзянцзюни армии Чу не смели и слова замолвить за Му Яна. Мо Цзинли холодным взглядом изучал Му Яна. На прежде красивом лице воина виднелся кровавый след, плечо было перевязано, а левая рука казалась неподвижной, очевидно, рана была тяжелой. В чертах его лица читалась крайняя усталость, глаза покраснели от бессонных ночей, было ясно, что последние дни дались Му Яну нелегко.
— Встань, — спустя долгое время произнес Мо Цзинли.
Дело было не в том, что Мо Цзинли не хотел наказать Му Яна, а в том, что он понимал, в армии Чу осталось не так много способных полководцев. Если он сейчас расправится с Му Яном, нельзя гарантировать, что у Лао-Муян-хоу не возникнет дурных мыслей. Поэтому он последовал совету Лэй Тэнфэна и освободил Му Яна от кары.
— Люй Цзинсянь, прославленный Цзянцзюнь армии Мо, так что на этот раз я тебя прощаю. В будущем ты должен искупить свою вину заслугами. Если же снова проявишь небрежность, не вини меня за то, что я переверну лицо и не буду иметь чувств5.
Му Ян оторопел, явно не ожидая от Мо Цзинли такого великодушия. Стоявший рядом Лао-Муян-хоу поспешил напомнить.
— Скорее благодари Императора за его милость!
Только тогда Му Ян поблагодарил Мо Цзинли за оказанную милость и поднялся на ноги.
— Что же на самом деле произошло? Рассказывай подробно, — мрачным голосом спросил Мо Цзинли.
Му Ян поспешно поведал о поражении. На самом деле, не считая прочих, даже сам Му Ян считал этот проигрыш необъяснимым. Он прибыл с подкреплением в сто тысяч воинов, и, хотя по численности Люй Цзинсянь все еще превосходил его, благодаря преимуществу местности армия Чу была почти уверена в победе. Но никто и представить не мог, что на вторую ночь после прибытия Му Яна Люй Цзинсянь внезапно появится в тылу армии Чу всего с пятью тысячами воинов. Глубокой ночью солдаты Чу совершенно не понимали, сколько именно человек напало на них, и в суматохе встречного боя Люй Цзинсянь водил их за нос6. В конце концов Люй Цзинсянь даже поджег тунговое масло, изначально приготовленное для армии Мо, из-за чего стотысячное войско оказалось наполовину уничтожено в собственной западне. К тому времени как Му Ян вывел оставшихся людей из моря огня, он вновь столкнулся с основными силами Люй Цзинсяня, и в итоге назад вернулось лишь несколько тысяч воинов.
Выслушав рассказ Му Яна, Мо Цзинли пришел в ярость, и лицо его исказилось в неописуемой гримасе.
— Стало быть… мою стотысячную армию Люй Цзинсянь уничтожил так, что не осталось даже кусочка брони7? Всего лишь пятью тысячами воинов? Хорошо! Просто замечательно!
Остальные хранили молчание. Битва пяти тысяч против ста тысяч, несомненно, стала вершиной полководческой славы Люй Цзинсяня. Однако было трудно поверить, что этот исход зависел лишь от его способностей. Возникал один-единственный вопрос, как именно Люй Цзинсянь узнал о месте стоянки армии Чу и о подготовленных ими западнях? Следовало понимать, одно неосторожное движение, и пламя могло охватить несколько соседних гор. В таком случае, даже если бы Люй Цзинсянь одержал победу, лесной пожар преградил бы путь через горы, и он все равно не смог бы там пройти.
Лао-Муян-хоу произнес глухим голосом.
— Император, в нашей армии есть шпионы дома Дин-вана. И… это крайне важные люди, имеющие доступ к военным тайнам.
Место стоянки армии Чу, можно сказать, выследили воины Цилинь, но, чтобы обнаружить все расставленные ловушки, даже им потребовалось бы не меньше десяти дней или полумесяца. Лао-Муян-хоу не видел иного объяснения, кроме наличия предателей в рядах армии Чу, работающих на дом Дин-вана.
Мо Цзинли сердито закатил глаза, глядя на Лао-Муян-хоу. Аньвэй дома Дин-вана проникали повсюду, и даже сам Мо Цзинли сейчас не мог с уверенностью сказать, что в его собственном особняке нет людей из армии Мо. Эти слова были пустой тратой времени.
Стоявший рядом Лэй Тэнфэн произнес.
— Лао-Муян-хоу совершенно прав. Боюсь… этот человек входит в круг ваших самых близких людей. Император Чу следует быть предельно осторожным. Кроме того, войско Люй Цзинсяня уже на подходе, прошу вас, Император Чу, подготовиться как можно скорее.
Потери в сражении Люй Цзинсяня с Му Яном были ничтожно малы. Когда две колонны армии Мо зажмут заставу Хангу в тиски, нынешнее, так называемое географическое преимущество армии Чу не только будет полностью утрачено, но и, вероятнее всего, превратит их положение в безвыходное.
Мо Цзинли тяжело проговорил.
— Передайте мой указ, направить двести тысяч воинов Западной армии, чтобы всеми силами остановить армию Люй Цзинсяня. Му Ян, я даю тебе последний шанс. Если Люй Цзинсянь доберется до заставы Хангу, ты сам лишишь себя жизни.
Он бросил на Му Яна ледяной взгляд, и тот мгновенно ощутил, как в этом хладнокровном взоре Мо Цзинли промелькнуло почти осязаемое намерение убить.
Му Ян вздрогнул и поспешно ответил.
— Подчиненный повинуется! Позвольте мне удалиться!
________________________________________________________________
- Появляться подобно божеству и исчезать подобно духу (神出鬼没, shénchū-guǐmò) — действовать крайне таинственно и непредсказуемо. ↩︎
- Небесное платье без швов (天衣无缝, tiānyī-wúfèng) — безупречный, не имеющий изъянов план или работа. ↩︎
- Срочность, как при горящих бровях (燃眉之急, ránméi-zhījí) — крайне тяжелое, критическое положение, требующее немедленных действий. ↩︎
- Разорвать пятью лошадьми на части (五马分尸, wǔmǎ-fēnshī) — жестокая казнь через четвертование. ↩︎
- Переверну лицо и не буду иметь чувств (翻脸无情, fānliǎn-wúqíng) — внезапно переменить отношение на враждебное, забыв о прежней дружбе или связях. ↩︎
- Вести за нос (牵着鼻子走, qiān zhe bí zi zǒu) — полностью подчинить кого-либо своей воле, заставляя следовать за собой. ↩︎
- Не оставить даже кусочка брони (片甲不留, piàn jiǎ bù liú) — полностью уничтожить армию противника, не оставив никого в живых ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
