— Ванъе?
Мо Сюяо махнул рукой, стирая с губ кровь.
— Ничего. Лин Техань не зря славится своим мастерством.
Хотя внешне он взял верх, Мо Сюяо прекрасно видел, что Лин Техань намеренно уступал. К тому же, хоть тот и был тяжело ранен, его собственные внутренние повреждения были нешуточными. Как и сказал Лин Техань, если бы они оба выложились до конца, исход был бы один, кто умрёт более мучительно. Мо Сюяо вовсе не собирался погибать вместе с ним.
— Ванъе, может быть… — тихо спросил стоящий рядом телохранитель.
Павильон Яньван почти уничтожен, а Лин Техань тяжело ранен. Им достаточно было послать погоню, и они могли бы покончить с ними разом.
Мо Сюяо покачал головой.
— Нет, позже, — он верил словам Лэн Лююэ о том, что Лин Техань пощадил А Ли.
Для мастера их уровня напасть на кого-либо исподтишка, если только это не равный по силе противник, не составляло труда. Разумеется, Мо Сюяо и сам знал, что Лин Техань не стал бы ссориться с домом Дин-вана ради Лэй Чжэньтина. Однако, он не ожидал, что тот всё же пойдёт на это. Даже если А Ли не пострадала, он не мог сделать вид, что ничего не случилось.
— Лин Техань ещё может пригодиться. Передай ему потом моё письмо, — сказал Мо Сюяо.
— Слушаюсь.
— Ванъе, секретное донесение от Тунлина Мо, — бесшумно возник ещё один страж и протянул запечатанный свиток.
Мо Сюяо приподнял бровь, взял, развернул, и в тот же миг его лицо переменилось.
— Мо Цзинли… Я сделаю так, что ты будешь молить о смерти!
Двое стражей незаметно отступили, мысленно молясь за того, кто так разгневал ванъе.
Мо Сюяо впился взглядом в письмо. Хочешь сделать А Ли императрицей? Что ж, я сделаю так, что ты не сможешь быть императором, тогда чем ты её наградишь?
— Слушать мой приказ, — наконец проговорил он и сжал письмо в кулаке, обратив его в пыль.
— Ванъе, приказывайте.
— Пусть Мо Хуа с моей печатью отправится в Нанкин и скажет Тайхоу, императора в Чу можно сменить. Я обещаю, что Мо Цзинли не причинит ей вреда, — холодно приказал Мо Сюяо.
— Слушаюсь.
Страж, мельком взглянув на сумрачное лицо ванъе, мигом принял приказ и исчез. Когда Дин-ван в таком настроении, лучше держаться подальше.
На третий день после отъезда Лэй Чжэньтина из заставы Фэйхун, затихшая было война вспыхнула с новой силой. Возможно, убедившись в смерти Мо Сюяо, армия Силина перестала осторожничать и более не выжидала, а двинулась всей мощью прямо на Фэйхун. А с другой стороны, Мо Цзинли, чьи войска должны были оборонять Хангу, обошёл перевал, взял направление на запад, через заставу Юймин, и занял город Лиян в Юнчжоу, перекрыв единственную дорогу из Чуцзина и Хангу к Фэйхуну.
Лиян был главным путём из столицы Чу к Фэйхун, а заодно родовым гнездом клана Сюй из Юнчжоу. Десять лет назад Сюи перебрались на Северо-запад, и теперь первым родом в Лияне был клан Чу, связанный с Сюй брачными узами. Однако, хоть Мо Цзинли и был императором Чу, народ Лияна и округ Юнчжоу встретил его безрадостно. Даже местная знать попряталась за крепкими воротами и не желала иметь с ним дела. Мо Цзинли, преисполненный гордости, получил по носу. Если бы не остатки благоразумия, он бы перебил эти кланы всех до одного.
С другой стороны, и Лэй Чжэньтину с его силинцами не везло. Армия Мо под началом Мужун Шэня и других прославленных полководцев, разделившись на мелкие отряды, всюду вставляла палки в колёса. Разумеется, в открытом бою Мужун Шэнь и Нань-хоу уступали Лэй Чжэньтину, но, если речь шла лишь о том, чтобы мешать, задерживать, с этим трудностей не было. Особенно после того, как, покидая Фэйхун, они получили от Ванфэй наставление из шестнадцати иероглифов «Когда враг наступает — отступаем, когда он отступает — преследуем, когда он стоит — тревожим, когда он устал — бьём». Эти закалённые ветераны быстро усвоили суть и довели Лэй Чжэньтина до такого раздражения, будто он проглотил муху.
В силинском лагере Лэй Чжэньтин с мрачным видом разглядывал карту. Весть о гибели Мо Сюяо и перспектива скорой победы над армией Мо больше не радовали его. Взглянув на вошедшего в доспехах, усталого Лэй Тэнфэна, он хмуро спросил.
— Сколько ещё дней до Фэйхуна?
Лэй Тэнфэн ответил.
— До этого мы могли бы дойти за три дня. Но, теперь… понадобится не меньше половины месяца. Отец, теперь, когда Мо Сюяо мёртв, спешить некуда. Может, сначала разобраться с этими «сорняками»?
Он не понимал, зачем отцу торопиться, оставляя за спиной такие угрозы, как Мужун Шэнь и Нань-хоу.
Лэй Чжэньтин покачал головой.
— У нас нет времени.
— Отец? — удивился Лэй Тэнфэн.
Лэй Чжэньтин горько улыбнулся.
— Смерть Мо Сюяо, благо для Силина. Но для нашего дома сейчас это может оказаться невыгодным.
— Я не понимаю, — Лэй Тэнфэн опустил голову.
— Тэнфэн, наш дом не является прямой ветвью императорского дома Силина. В Аньчэне сидит ещё один государь, Хуанди Силина хоть и не блестящий правитель, был далеко не глуп. Все эти годы он лишь притворялся.
Лэй Тэнфэн нахмурился.
— Хуанди? Что он может сделать? Силин под нашим контролем.
Лэй Чжэньтин покачал головой.
— Помнишь, как могущественен был дом Дин-вана? И, как его чуть не уничтожил Мо Цзинли, которого ты даже за противника не считаешь? Это ли не урок?
— Отец имеет в виду? — поражённо воскликнул Лэй Тэнфэн.
Лэй Чжэньтин горько усмехнулся. Пока существовала внешняя угроза в лице Мо Сюяо, силинский хуанди держался в тени. Но, кто сказал, что он совсем бездарен? Все эти годы Лэй Чжэньтин надрывался на службе, а законным властителем Силина оставался хуанди. Теперь Мо Сюяо мёртв, а сам Лэй Чжэньтин в походе, лучший момент для хканди, чтобы вернуть себе власть.
Лэй Тэнфэн нахмурился. Он всегда с пренебрежением относился к своему дяде-императору, но понимал, то, что тот так долго и спокойно сидит на троне, уже говорит о его способностях. Ведь дом Чжэньнань-вана, не дом Дин-вана, она не была верна трону до конца. Однако, малейшая оплошность, и судьба бывшего дома Дин-вана повторится.
— Я был недальновиден, простите, отец, — склонил голову Лэй Тэнфэн.
Лэй Чжэньтин махнул рукой.
— Ты просто измучен этой тактикой Мужун Шэня. Но ты прав, так продолжаться не может. Я оставлю тебе двести тысяч воинов, сможешь прикрыть наш тыл?
Лэй Тэнфэн воспрянул духом.
— Я не подведу вас, отец.
— Я верю в тебя. Но будь осторожен. Достаточно будет сдерживать их, не гонись за уничтожением. В том, что армия Мо так резко сменила тактику, чувствуется рука мастера.
— Мастера? В армии Мо, кроме Мо Сюяо, есть кто-то, кто может дать им такой совет?
Лэй Чжэньтин вздохнул, с горечью и сложным чувством.
— Если я не ошибаюсь, это Е Ли. Во всей армии Мо одни боевые цзянцзюни, они не стали бы придумывать столь нестандартные ходы.
Он всегда недоумевал, как оценить Е Ли. По его мнению, она не была выдающимся полководцем. И всё же, эта женщина постоянно демонстрировала потрясающие результаты. Разбирая её тактику, Лэй Чжэньтин приходил к выводу, её можно описать лишь одним словом «неожиданность». Неожиданность, которую нельзя повторить. Для такой тактики нужны нестандартное мышление и отвага. Разумеется, Лэй Чжэньтину не могло прийти в голову, что источник её успеха не врождённая гениальность, а знания и опыт, накопленные за тысячу лет. Истинный гений всегда создаёт свою собственную школу, а Е Ли до этого было далеко.
Лэй Тэнфэн серьёзно кивнул.
— Отец, не беспокойтесь. Я не буду действовать опрометчиво.
Он давно перестал быть горячим юнцом и понимал, что такое важность задачи. Он не поставит под угрозу весь план отца ради сиюминутной победы.
Лэй Чжэньтин кивнул.
— Я и не сомневался. Ступай готовься. Сегодня ночью я выступаю с войском.
— Да, отец. Берегите себя. Тэнфэн откланивается.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
