Цзяфу подперла лоб одной рукой, а другой стала собирать украшения, которые недавно разбросала по столу. Одно за другим она складывала их обратно в шкатулку.
Затем взяла гребень и медленно расчесала спутанные волосы.
Так она молча просидела некоторое время, после чего наконец встала и позвала Таньсян. Девушка умылась, уложила волосы в простую прическу, аккуратно собрала их и переоделась в домашнюю одежду.
Мамушка Лю обернулась:
— Вы еще не ужинали. Я схожу на маленькую кухню и принесу несколько простых блюд.
— Я сама схожу, — ответила Цзяфу.
Из-под двери кабинета пробивался свет. Цзяфу принесла туда короб с едой, постучала в неплотно закрытую дверь и осторожно толкнула ее.
Пэй Юань сидел за письменным столом и писал, держа кисть в руке. Услышав звук, он поднял глаза. Кровь на лбу уже остановилась.
Цзяфу медленно вошла и остановилась перед столом.
— Что такое?
Она тихо сказала:
— Вы еще не ужинали? Наверное, я так вас разозлила, что вы уже насытились одним раздражением. Я сходила на маленькую кухню и выбрала несколько простых блюд с рисом. Всё разогрела.
— Там были заранее замоченные белые древесные грибы, поэтому я приготовила еще и молочный крем с белыми грибами и бататом. Помню, вы когда-то сказали, что в него можно добавить ложку меда, поэтому я положила две…
Пэй Юань перестал писать.
Цзяфу опустила ресницы.
— Я была неправа. Я неправильно поняла вас и несправедливо подумала о даоске Чи. Вы имели право меня отругать, но не сердитесь до такой степени, чтобы остаться голодным.
Она поставила короб с едой на край стола и, опустив голову, повернулась к двери.
— Ты уже поела?
Цзяфу дошла до двери, когда за спиной неожиданно раздался его голос.
Она остановилась, медленно обернулась и увидела, что Пэй Юань смотрит на нее.
Цзяфу прикусила губу и покачала головой.
— Тогда поешь со мной. Я всё равно один не осилю.
Цзяфу замерла, а затем ее глаза сразу засияли. Она кивнула:
— Хорошо.
Девушка быстро вернулась, открыла короб с едой и достала тушеного гуся с побегами бамбука, речные побеги бамбука по-цзяннаньски, морскую капусту, миску супа с куриным фаршем и большую чашу риса.
Затем так же быстро вышла к двери и попросила Таньсян принести еще один комплект столовых приборов.
Вскоре принесли миску и палочки.
Пэй Юань, вероятно, действительно был голоден. Он больше ничего не сказал и сел есть вместе с Цзяфу.
Когда он быстро закончил ужин, Цзяфу сказала:
— Я наелась. Если вы всё еще голодны, попросите принести еще риса.
— Разве не осталось молочного крема с белыми грибами и бататом? Если я съем его, мне хватит.
Цзяфу улыбнулась, достала чашу с кремом и сняла крышку. Оттуда поднимался легкий пар — блюдо как раз было подходящей температуры.
Она придвинула чашу к Пэй Юаню.
Тот сказал:
— Я не съем столько. Сначала поешь немного сама, а остальное я доем.
Он произнес это совершенно естественно, но у Цзяфу от его слов неожиданно запылали щеки.
Она тихо сказала:
— Тогда я схожу за маленькой чашкой и разделю…
— Не нужно. Ешь первой, ничего страшного.
На душе у Цзяфу постепенно становилось всё слаще. Она тихо промычала в ответ, взяла ложку и начала есть крем маленькими порциями.
При свете лампы, словно цветущая бегония за дымчатой завесой, девушка выглядела особенно прекрасной. Умытое, без слоя косметики, ее лицо напоминало свежий цветок лотоса. Днем она была хороша по-своему, но сейчас обладала совершенно иным очарованием.
Пэй Юань не собирался специально на нее смотреть, но его взгляд невольно остановился на ее губах, раскрывавшихся над чашей с молочным кремом.
Алые губы блестели влажным соблазнительным блеском, словно наполовину распустившийся бутон, наполненный цветочным нектаром. Казалось, так и хочется попробовать его вкус.
Цзяфу съела ложку крема, и на ее губах остался прозрачный белый след. Из глубины рта показался кончик розового языка, лизнул губу — и тут же исчез.
Во рту у Пэй Юаня внезапно пересохло. Внизу живота он ощутил смутную реакцию и немедленно отвел взгляд.
Цзяфу ничего не заметила. Сосчитав, сколько ложек съела, она придвинула чашу к нему:
— Старший брат, я наелась. Остальное съешьте вы.
Пэй Юань больше не смотрел на нее. Он взял чашу и за несколько глотков опустошил ее.
Поставив чашу, он сказал:
— Я тоже наелся. У меня еще есть дела, поэтому вернусь позже. Ты ложись спать и не жди меня.
Сказав это, Пэй Юань снова повернулся к столу и сел за него. Цзяфу не осмелилась задерживаться, чтобы не вызвать его раздражения.
Она тихо ответила:
— Хорошо.
Затем собрала миски и палочки, сложила их в короб и вышла.
У двери Цзяфу обернулась:
— Старший брат, не засиживайтесь допоздна. Возвращайтесь в комнату и ложитесь пораньше.
Пэй Юань поднял на нее глаза, кивнул и слегка улыбнулся.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
