Однако на губах Му Ваньяо играла легкая улыбка. Сев, она подперла щеку рукой и погрузилась в свои мысли, не обращая внимания на принцессу Юйян, которая от скуки то и дело украдкой поглядывала на нее.
Му Ваньяо потирала ладонь. При одном воспоминании о том, как она только что расчертила ладонь Янь Шана и как он опешил от испуга, ее разбирал неудержимый смех.
Так ему и надо!
Больше всего она терпеть не могла этот его вечно невозмутимый и миролюбивый вид, будто все на свете было у него под контролем и что бы она ни сказала или ни сделала, он заранее все предугадал.
Он — и предугадал ее?
Пусть и дальше тешит себя великими снами Весны и Осени1!
Разве Му Ваньяо из тех, кого он может подчинить своей воле!
Впрочем, когда она сжимала его ладонь, а его длинные пальцы слегка подогнулись, и ее рука покоилась в его руке, она и сама на мгновение впала в оцепенение… «Бам!» — в нее что-то прилетело.
Это что-то угодило прямо в лицо Му Ваньяо.
Му Ваньяо:
— Ой!
От удара лицо обожгло болью. Она опустила взгляд и увидела, что в нее бросили каштаном. С горящими от ярости глазами она вскинула голову и поверх дрожащей от страха принцессы Юйян увидела Яна Сы, он же третий господин Ян, который сидел через два стола, небрежно прислонившись спиной к колонне.
Ян Сы с едва заметной усмешкой посмотрел на нее:
— О чем это ты задумалась с таким томным взором? Уж не в Абрикосовый ли сад ты заглянула и присмотрела там себе кого-то?
Му Ваньяо раздраженно бросила:
— А тебе-то какое дело?
Ян Сы усмехнулся:
— Ты, повторяющая за мной каждое слово, еще спрашиваешь, какое мне дело?
Услышав обвинение в подражании, Му Ваньяо одновременно почувствовала укол совести и злость на его прямолинейность. Оглядевшись, она схватила целое блюдо каштанов, стоявшее перед ней, и швырнула их в сторону Яна Сы.
Но мастерство кунг-фу Яна Сы было велико: стоило Му Ваньяо бросить каштаны, как он ловким движением перехватил один из них, раскусил и, подняв на нее взгляд, улыбнулся:
— Довольно вкусно, благодарю.
Му Ваньяо:
— Тогда ешь их все!
Она принялась осыпать его градом каштанов, один за другим, словно под шквальным огнем.
Оказавшаяся меж двух огней принцесса Юйян лепетала:
— Ой-ой-ой, ну хватит уже ссориться…
Тайцзы, циньван Цинь и циньван Цзинь вошли в зал, оживленно переговариваясь и смеясь. Первым делом тайцзы увидел, как Ян Сы и Му Ваньяо обстреливают друг друга каштанами, а принцесса Юйян, подобно бедному кролику, забилась в угол. Остальные члены императорской семьи тоже поспешили разойтись, и только Ян Сы с Му Ваньяо устроили здесь настоящий кавардак.
Глядя на это, тайцзы почувствовал, как внутри него закипает ярость — он был разгневан до такой степени, что готов был плеваться кровью.
Тайцзы рявкнул:
— Ян Сань, что ты опять творишь?!
Он всего лишь хотел, чтобы Ян Сы и Му Ваньяо поладили. Стоило тайцзы на мгновение выпустить Яна Сы из виду, как тот снова сцепился с Му Ваньяо. Сражаются с таким жаром — разве это похоже на подготовку к свадьбе?
Судя по тому, как принцесса Даньян смотрела на Яна Сы, она, верно, готова была разорвать его на куски.
Третий господин Ян был с ног до головы осыпан скорлупой от каштанов, которые в него швыряла своенравная принцесса. Он беспечно поддразнивал Му Ваньяо, но от громового окрика тайцзы мгновенно замер и обернулся, встретившись с его яростным взглядом.
Ян Сы на мгновение замялся и произнес:
— А что такое? Я налаживаю отношения с шестой принцессой. Дянься сами ведь сказали, что мы с принцессой давно не виделись и нам стоит подольше посидеть вместе, чтобы сблизиться.
— …
Боюсь, чем больше они так «сближаются», тем скорее расстроится задуманный мною брак.
Третий принц, циньван Цинь, стоял рядом и, видя, как тайцзы буквально задыхается от злости на Яна Сы, едва сдерживал дикий хохот. Какое счастье, что подле него нет такого человека, который вечно тянет назад и на которого не действуют ни брань, ни побои. Тайцзы умен и расчетлив, во всем хорош, но что поделать, если за ним не стоит никакой силы и он не может просто отбросить Яна Сань?
Третий принц, будучи человеком военным, заметил:
— Будь у меня такой непокорный подчиненный, я бы давно велел забить его палками до смерти.
В глазах Яна Сы всё еще плясала тень беспечной улыбки, но, услышав это, он перевел взгляд на третьего принца, ничуть не скрывая сквозившего в нем холода и дерзкого неповиновения…
Тайцзы вздохнул:
— Цзычэн, сегодня большой банкет на реке Цюйцзян, скоро прибудет Фухуан. Пожалуйста, не доставляй мне неприятностей хотя бы сегодня.
Цзычэн было вторым именем Яна Сы.
Обычно тайцзы редко обращался к нему так, и если уж называл по имени, Ян Сы понимал, что перешел черту и терпение тайцзы на исходе. Он отвел от циньвана Цинь свой дерзкий взгляд, не давая пламени разгореться.
Тайцзы устало поманил Яна Сы рукой:
— Приведи себя в порядок и ступай со мной в Абрикосовый сад, нужно повидаться с новыми цзиньши этого года.
Ян Сы:
— Мне еще нужно укреплять узы с Яо-Яо…
— Не нужно ничего укреплять, живо иди за мной!
- Великие сны Весны и Осени (春秋大梦, chūnqiū dàmèng) — идиома, означающая несбыточные фантазии или пустые мечты. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
