Янь Шан слегка приподнял бровь, обдумывая, как лучше выразиться:
— С каждым новым Тянь-цзы приходят новые подданные1. Новый Тянь-цзы, разумеется, отличается от твоего Фухуана, и чиновникам нужно время, чтобы приспособиться. Этот процесс займет как минимум полгода. Пока еще рано судить, каков он.
Му Ваньяо усмехнулась с пониманием:
— Должно быть, ты просто не видишь в нем никаких талантов, потому тебе и нечего сказать? Я ведь говорила тебе, что мой пятый старший брат — никчемный человек, и вряд ли у него найдутся настоящие способности. Посмотри на себя: ты столько времени пытался оправдать его, но так и не смог ничего придумать.
Она задумчиво произнесла:
— Говорят, в ту ночь, когда ушел Фухуан, Цзинь-ван сразу прибыл во дворец. Наверняка это была затея Лю Вэньцзи… Лю Вэньцзи просто не мог дождаться, чтобы выразить свою преданность. Отныне мы больше не будем фаворитами императора.
Янь Шан прикрыл рот рукой, отвернулся и тихо кашлянул:
— Мы ими никогда и не были. Нам достаточно хорошо исполнять свой долг, а об остальном беспокоиться не стоит.
Услышав его кашель, Му Ваньяо тут же схватила его за руку. Почувствовав, какая она ледяная, Му Ваньяо мгновенно встревожилась:
— Почему руки снова такие холодные? Ты еще не полностью оправился, зачем же пошел на аудиенцию? Ты совсем не бережешь себя!
Янь Шан нежно попытался ее успокоить:
— Молодой император только приступил к делам, мне нужно было взглянуть на него. Разве ты сама этого не хотела? Хм… кха-кха.
Он старался сдержать кашель, щекотавший горло, но не смог. От этих нескольких звуков лицо Му Ваньяо переменилось.
Му Ваньяо ошеломленно посмотрела на него и вдруг сказала:
— Возьми отгул.
Янь Шан беспомощно вздохнул:
— Яо-Яо! Прежний император почил, новый только взошел на престол, и в Министерстве чинов сейчас самая горячая пора. Мы, подданные, обязаны помочь государю во всем разобраться. Как я могу просить об отдыхе из-за легкого недомогания?
Му Ваньяо холодно ответила:
— Ты сам попросишь об отдыхе или мне пойти во дворец и сделать это за тебя? В конце концов, я принцесса, держащая в руках бразды правления, и если я попрошу за тебя, наш новый император будет только рад услужить.
Янь Шан на мгновение лишился дара речи. Спустя некоторое время он произнес:
— Хорошо, я возьму два дня.
Му Ваньяо вскинула брови:
— Месяц.
Янь Шан:
— …
Янь Шан невольно улыбнулся. Он обнял Му Ваньяо и мягко объяснил ей:
— Яо-Яо, я не могу так долго отдыхать. Сейчас при дворе царит смута, драконы остались без главы, а у нового императора нет авторитета. В такие времена всегда объявляются призраки и оборотни.
— Я не могу покинуть службу сейчас.
Му Ваньяо пробормотала:
— Ты же не сянго, пусть хоть все передохнут.
Янь Шан все так же мягко ответил:
— Раз вкушаешь жалование государя, храни ему верность в делах.
Му Ваньяо злилась и тревожилась, но знала, что он не из тех, кто может праздно сидеть дома, читая книги, играя на пипе или навещая друзей, поэтому ей оставалось лишь смириться.
Впрочем, не только Янь Шан, но и сама Му Ваньяо не могла сидеть сложа руки. После поражения Цинь-вана она получила влияние в Военном министерстве и, пользуясь неразберихой, спешила расставить своих людей на ключевые посты.
Только обладая властью, она могла противостоять новому императору.
В момент смены порядков, когда никому не было дела до подобных вещей, Янь Сяочжоу отправился в темницу навестить Ян Сы.
Прежний тайцзы покончил с собой, и Лю Вэньцзи намеревался обвинить опального наследника в убийстве покойного императора. Он полагал, что никто в совете не посмеет возразить, но не ожидал, что Янь Шан первым подвергнет это сомнению.
В государстве Вэй должности первого и второго рангов были лишь почетными званиями, дававшими престиж, но не реальную власть. Чиновники третьего ранга принадлежали к кругу сянго, а те, кто имел четвертый и пятый ранги, уже могли ежедневно присутствовать на аудиенциях и занимать значимое положение.
Тем более что Янь Шан был не только чиновником в Министерстве чинов, но и главой выходцев из бедных семей.
Его сомнения, разумеется, имели немалый вес:
— Прежний тайцзы уже признал вину. Когда покойный император при жизни допрашивал его, тайцзы во всем сознался. Будучи заточенным в Дунгуне, как мог он найти воинов для нового мятежа и убийства императора?
— Бывшая тайцзыфэй, покинувшая Дунгун, поведала, что наследник лишил себя жизни, лишь бы вымолить прощение для нее, для третьего господина и других близких. Разве человек, стремящийся защитить родных и друзей, станет совершать бессмысленное предательство? Кто бы стал его слушать? Неужели он обладает столь безграничным могуществом, что руки и глаза его достигают небес?
Новый император, восседавший на троне, с тревогой слушал обличения Второго молодого господина Янь из Линнани. По его коже пробежал мороз, и он краем глаза взглянул на Лю Вэньцзи.
Лю Вэньцзи тоже присутствовал в зале. С натянутой улыбкой он посмотрел на Янь Шана:
— Если прежний тайцзы поднял мятеж однажды, он мог решиться и во второй раз. Почему господин чиновник Янь считает, что это невозможно? Или у вас с ним был тайный сговор? Откуда вам знать, что он не обладает безграничным могуществом, и руки и глаза его не достигают небес?
- С каждым новым Тянь-цзы приходят новые подданные (一朝天子一朝臣, yī zhāo tiān zǐ yī zhāo chén) — обр. значение: со сменой правителя полностью меняется и его окружение. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
