Сильный ливень постепенно утих, превратившись в монотонно барабанящий по карнизам дождик. В комнате воцарилась тишина. Очевидно, новости, принесённые Байли Гэлинь, не внушали радости.
Этому простому уговору о встрече спустя шесть лет до сих пор не суждено было исполниться до конца: череда непрекращающихся потрясений изматывала душу. Морское падение, море небесного грома и огня, заморские чужаки — всё это прежде казалось древними легендами, бесконечно далёкими от каждого из них, но незаметно их шаги подобрались к самому уху.
Е Е вздохнул:
— Надо же, я думал, пройдёт ещё несколько лет, не ожидал, что всё случится так быстро. Впрочем, так даже лучше. Если Гэлинь отправится в Срединные земли, по мне, так это даже успокаивает. По крайней мере, не будет так, что от неё снова ни слуху ни духу год или два.
Байли Гэлинь лишь горько усмехнулась. Е Е щёлкнул её по лбу и добавил:
— Тебе стоит отступить вместе с учениками Морской фракции. Мы будем ждать тебя и Лу Ли в городе Лугун.
В её улыбке появилась ещё большая горечь. Она только собиралась ответить, как сидевший рядом Цзи Тунчжоу внезапно встал и распахнул окно. Самая далёкая полоска небосвода уже окрашивалась в почти прозрачную лазурь; внезапный дождь, судя по всему, вот-вот должен был прекратиться, уступая место обычному солнечному летнему дню.
Он некоторое время оцепенело смотрел вдаль, а затем негромко произнёс:
— Мне пора. Берегите себя.
Е Е невольно оторопел:
— Уходишь? Куда это? Наша шестилетняя встреча ещё не закончилась, мы ведь так и не увидели твой обещанный бой с Лэй Сююанем!
Цзи Тунчжоу обернулся и, коротко улыбнувшись, равнодушно ответил:
— Достаточно и того, что я повидал вас. Тот бой изначально был лишь шуткой, в будущем ещё представится случай встретиться, к чему спешить.
Он бросил последний взгляд на дверь в глубине двора, которая как закрылась, так до сих пор и не открывалась. В этот миг он чувствовал то опустошение, то досаду, то полное безразличие, то мучительную привязанность.
В конце концов, он не мог уйти со спокойным сердцем, но разве стоило оставаться и дальше, выставляя напоказ своё жалкое положение проигравшего? Или смотреть на их близость, позволяя пламени в груди выжигать всё внутри? Гордость больше не позволяла ему здесь задерживаться.
Цзи Тунчжоу поднялся в воздух на мече и в мгновение ока исчез из виду. Е Е поспешно бросился к окну и долго смотрел в небо с ошеломлённым видом:
— Он и вправду ушёл!
Байли Гэлинь со смешком вздохнула:
— Ты что, действительно ничего не заметил?
— Что именно? — Е Е обернулся и, увидев, что все три девушки смотрят на него как на дурака, опешил ещё сильнее.
Су Вань поднялась и сладко потянулась:
— Смертельно устала, всю ночь не спала, пойду прилягу. Гэлинь, не забудь потом познакомить меня с мужчинами из Восточного моря! Я поняла, что здешние мужчины, как раз в моём вкусе!
На пороге Морское падение, а эта девица всё ещё печётся о мужчинах Восточного моря. Трудно было сказать, то ли у неё сердце было слишком широким, не то она была совсем несмышлёной. Байли Гэлинь, не зная, смеяться ей или плакать, дала обещание, и вскоре Е Е, приобняв Байли Чанъюэ, тоже отправился отдыхать. Гэлинь какое-то время бесцельно копалась в комнате, собирая необходимые вещи в узел. Открыв ящик в изголовье кровати, она вдруг увидела лежащее внутри сломанное нефритовое украшение на лоб. Девушка замерла на долгое время, прежде чем взять его и внимательно рассмотреть на ладони.
На краях разлома виднелись чёрные следы гари от заклинаний стихии огня. Байли Гэлинь некоторое время поглаживала их кончиками пальцев, сама не понимая, что чувствует.
Неизвестно, сколько прошло времени, когда в дверь внезапно постучали. Байли Гэлинь вздрогнула и поспешно сунула украшение обратно в ящик. Она подбежала к двери и распахнула её, увидев на пороге Байли Чанъюэ.
— Сестра? Разве ты не пошла спать? Я тут как раз вещи собираю!
Байли Чанъюэ мягко подтолкнула её внутрь и, закрыв за собой дверь, спокойно спросила:
— Как Лу Ли к тебе относится?
От этого вопроса Байли Гэлинь едва не подпрыгнула на месте:
— О чём ты говоришь, сестра! Неужели вы и впрямь думаете, что мы с ним сошлись?
Взгляд Байли Чанъюэ скользнул по её животу. Хотя подвеска в виде девятиглавой птицы была спрятана под воротником, серебристый блеск цепочки всё равно был заметен. Она улыбнулась:
— Взять чужую подвеску — это по-твоему ещё не значит «сойтись»?
На лице Байли Гэлинь промелькнула тень гнева:
— Это не я… ладно, не смогу объяснить! Сестра, не упоминай при мне об этом человеке, хорошо? Я его просто терпеть не могу!
Чанъюэ усадила её на кровать и со вздохом покачала головой:
— Ты с самого детства любишь всё тянуть на себе в одиночку. Гэлинь, если бы ты умела притворяться так, чтобы никто не замечал твоей фальшивой улыбки — это одно, но раз уж люди всё видят, а ты даже не даёшь спросить… за кого ты меня принимаешь?
В горле внезапно возникла горечь. Гэлинь попыталась подавить её, но глаза постепенно увлажнились. Она тихо произнесла:
— Сестра, как же хорошо вам с Е Е. Он любит тебя, и ты у него единственная. Ты любишь его, и он у тебя единственный. Такие чувства — это прекрасно, но в мире куда больше мужчин и женщин, что, разделяя одну постель, видят разные сны. Иногда никто не верит партнёру, а если и поверит, то в итоге оказывается жестоко обманутым.
Когда после испытания в Восточном море она вернулась в Союз Ваньсяньхуэй, первый месяц она чувствовала себя превосходно. Многолетний узел в душе наконец развязался, и благодаря этому её совершенствование даже заметно продвинулось. Лу Ли, как и прежде, не обращал на неё внимания, и всё было так, как она и хотела — они стали просто прохожими друг для друга. Если бы такая жизнь продолжалась и дальше, возможно, сегодня ей не пришлось бы пережить те горестные события с Чжэнь Юньцзы и Цинь Янлинь.
— Е Е ведь наверняка не рассказывал тебе, как во время того испытания в Восточном море его ранили ученики Морской фракции, и он едва не погиб? — Байли Гэлинь обернулась к Чанъюэ и улыбнулась. — Думаю, он промолчал, он ведь из тех, кто до последнего будет держать лицо перед тобой.
Чанъюэ удивилась:
— Было и такое?
Гэлинь продолжала улыбаться:
— Было. Те люди были учениками Гуаншэнхуэй, а возглавлял их некто по имени Ши Чэнтянь. Тогда я дала клятву жизни, что верну тому человеку всю боль, которую вынес Е Е.
Даже помирившись с Чанъюэ, она не забыла об этой клятве. Е Е был её семьёй, и раз его тяжело ранили без всякой причины, она обязана была отомстить. Она лишь не ожидала, что возможность представится так скоро.
Это было совместное испытание Союза Ваньсяньхуэй и двух школ — Гуаншэнхуэй и Вэньцзи. Испытания учеников Морской фракции чаще всего сводились к магическим дуэлям, истребление демонов обычно было вторичным. Схватки из-за любого брошенного слова случались сплошь и рядом. Гэлинь, будучи одна, не успела найти себе группу, как столкнулась с отрядом Ши Чэнтяня.
Ученица Гуаншэнхуэй, стоявшая подле Ши Чэнтяня, явно затаила на неё обиду. Завидев Гэлинь, она немедленно выпустила тигра-оборотня для атаки и злорадно выкрикнула:
— В этот раз ты тоже собираешься прятаться за мужскими спинами?! А ну выходи, если посмеешь, сразимся честно!
Байли Гэлинь намеренно разозлила её:
— Не имею желания состязаться с уродинами.
Лицо ученицы позеленело от ярости. Стоявший рядом Ши Чэнтянь, глядя на Байли Гэлинь, чья речь была полна мягкости, а на щеках при улыбке проступали ямочки, расплылся в улыбке:
— Полно тебе, Гэлинь-гунян здесь одна, как же мы можем, используя численное превосходство, обижать немногих. Гэлинь-гунян, почему вы в одиночестве? Не хотите ли присоединиться к нам? Я готов защищать вас всеми силами, пусть это послужит моим извинением, как вам такое?
Байли Гэлинь смерила его взглядом с ног до головы и холодно усмехнулась:
— А хватит ли у тебя смелости сразиться со мной в искусстве магии?
Она с глубокой печалью посмотрела на Шэнь-сяньшэна. Теперь, когда началось Морское падение, он, как глава союза, неизбежно станет главной силой в противостоянии катастрофе. Это означало девять смертей и одну жизнь, и она действительно не знала, сможет ли он выжить. Она, как дочь, была слишком своенравной и все эти годы не оставалась подле него, чтобы преданно служить. В те немногие дни, что им остались, ей хотелось лишь проводить каждую минуту с отцом.
Чем больше Байли Гэлинь думала об этом, тем сильнее становилась её тревога. Прошлой ночью сестра упоминала, что в окрестностях Восточного моря собирается всё больше последователей разных бессмертных школ. Она и представить не могла, что аномалия проявится так быстро, а уровень моря начнёт падать так рано. Неужели учеников первой, второй и третьей ступеней узкого места собрали именно ради отступления?
Вскоре Шэнь-сяньшэн, чьё лицо было серым, как пепел, медленно обернулся. Занимая пост главы Союза Ваньсяньхуэй, он обладал огромным весом во всей Морской фракции. Этот бессмертный, чьё лицо обычно не менялось, даже если бы его поразил небесный гром, сейчас выглядел глубоко скорбящим.
Он обвёл взглядом присутствующих в зале, и растерянный гул голосов учеников постепенно затих. Зал Лусиньдянь погрузился в мертвую тишину.
Он внезапно заговорил:
— Сегодня в Час Мао воды Восточного моря опустились на один цунь. В пяти тысячах ли к востоку от морской глади сгустились грозовые тучи. В течение нескольких месяцев обрушится бедствие Небесного грома, Морское падение скоро наступит.
Сказав это, он сделал паузу и продолжил:
— Наш Союз Ваньсяньхуэй проявлял всяческую бдительность, но всё равно не смог уберечь всех. Прошлой ночью печати в пяти местах испытаний были разрушены, и обитавшие внутри полчища демонов и свирепых зверей прорвали барьеры, вырвавшись наружу в полном составе. Отныне ни одному ученику не дозволено приближаться к границам Восточного моря ближе чем на сто ли! Для нарушителей тела перед храмом станут наглядным последствием.
Когда слова отзвучали, в зале Лусинь по-прежнему царила мертвая тишина; ученики, очевидно, на мгновение не могли прийти в себя.
Шэнь-сяньшэн громко произнёс:
— Вместо того чтобы стоять столбом, лучше идите собирать вещи! Старейшины Горной фракции уже начали спешить к Восточному морю. Все здешние ордены должны начать эвакуацию учеников вглубь Срединных земель. Первыми мы заберём тех из вас, чей уровень культивации самый низкий. Отступление учеников — это не шутки! Разлука продлится несколько лет, так что хорошенько подумайте, что взять с собой! Не забудьте ничего, ведь того, что есть у нашей Морской фракции, в Срединных землях у Горной фракции нет!
Эти слова, подобные грому на ровной земле, мгновенно пробудили пребывавших в растерянности учеников. Мысли об этом внезапном расставании с родными колодцами и деревнями и о том, что, возможно, им больше никогда не суждено увидеть доброго учителя и Чжанмэня, вызвали в зале Лусинь взрыв скорбных возгласов. Кто-то убивался от горя, кто-то застыл в изумлении, а кто-то впал в отчаяние и ужас.
В обычное время слухи о Морском падении — это совсем не то же самое, что личный опыт. Нарастающие в эти дни аномалии на Восточном море уже заставили бесчисленное множество людей почувствовать гнёт, и хотя они ещё не столкнулись с настоящей опасностью, эвакуация учеников вновь заставила их ощутить незримый ужас перед этим стихийным бедствием.
Шэнь-сяньшэн нахмурился и сурово прикрикнул:
— Чего рыдаете?! Чего боитесь?! Разве пятьсот лет назад мы не пережили то самое мучительное Морское падение?! Тогда я и эти старейшины были точно такими же…
Не успела она запрыгнуть наверх, как почувствовала, что в её руку вцепились зубы. Укус был такой силы, что едва не раздробил кость. Она вздрогнула от нестерпимой боли, в следующий миг ощутила навалившуюся тяжесть и резкий запах крови. Несколько демонических тварей повалили её на землю. У неё не оставалось времени воззвать к защите, и ей оставалось лишь закрыть глаза в ожидании смерти.
Внезапно на неё хлынули потоки зловонной густой демонической крови. Ученики из Гуаншэнхуэй вскрикнули от неожиданности. Байли Гэлинь поспешно открыла глаза и увидела, что демонические твари, только что набросившиеся на неё, уже оказались с телом и головой в разных местах. Перед ней стоял силуэт, а вокруг его тела, кружась в танце, мелькало несколько серебряных лучей, подобных молодым месяцам. Это был Лу Ли.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
