Вокруг Цзи Тунчжоу сверкнуло чёрное пламя, и световая сфера техники «Рёв злато-водного дракона» мгновенно обратилась в пепел. Он стоял посреди двора, переводя взгляд с Е Е на остальных.
Его друзья. Здесь не было подобострастной лести, не было унизительного желания угодить. Когда было весело, они смеялись вместе, а когда он ошибался, его беспощадно критиковали. Они были прекрасными красками его невежественной юности. Однако, когда мир оскалил клыки против него, вечной осталась лишь верховная власть.
Он уже погрузился в самую глубину моря огня, и теперь мог лишь защищать себя любыми средствами, оберегая то немногое, что ещё мог удержать в руках. Действовал ли Сюань Шаньцзы намеренно? Или это вышло случайно? Всё это уже не имело значения. Нельзя отпускать, нельзя отступать, иначе его пламя со временем угаснет, и, возможно, однажды даже ненависть бесследно исчезнет.
И вот тогда он действительно останется ни с чем.
Цзи Тунчжоу открыл рот и медленно, слово за словом, произнёс:
— Я скажу в последний раз: уходите немедленно. Всё в государстве Юэ не имеет к вам никакого отношения, я не хочу, чтобы вы были в это втянуты.
Е Е долго и пристально смотрел на него, после чего наконец развернулся и схватил Байли Чанъюэ за руку:
— Пойдёмте.
Чанъюэ вырвала руку. Эта всегда немногословная девушка редко проявляла свою резкую сторону, и теперь она холодно усмехнулась:
— Если мы уйдём, ты сможешь со спокойной душой продать Сяо Банчуй?
Байли Гэлинь встревоженно воскликнула:
— А-цзе! Не говори так! Как он мог!
Байли Чанъюэ равнодушно ответила:
— В тот день свидетелями случившегося были только мы шестеро, и поначалу я тоже не верила, что кто-то из нас мог разгласить тайну. Однако, когда мы проезжали через город Лугун, я случайно услышала слова нескольких учеников Лунминцзо — они жаловались на вмешательство Уюэтин. Тогда я не поняла их смысла, но, увидев изменившееся отношение ван-е, кое-что осознала. То, о чём только что сказала Гэлинь, ещё больше утвердило меня в этом выводе.
После этих слов во дворе воцарилась гробовая тишина. Байли Чанъюэ посмотрела прямо в глубокие глаза Цзи Тунчжоу и продолжила:
— Когда я упомянула Сяо Банчуй, биение твоего сердца стало очень громким. Это голос человека с нечистой совестью. Кто бы мог подумать, что именно ты выдал её. То письмо было адресовано сяньжэню из Уюэтин? Хотел использовать учителя Сяо Банчуй, чтобы выманить её? Ты непременно хочешь обречь её на смерть?
Двор по-прежнему безмолвствовал. Е Е больше не мог сдерживаться и яростно крикнул:
— Тун Чжоу! Говори же!
Цзи Тунчжоу безразлично бросил:
— Абсурд.
— Ладно, неважно, правда это или нет. — Е Е быстро шагнул вперёд, его ладони внезапно сомкнулись, и вокруг Цзи Тунчжоу бесшумно выросла ледяная клетка. — Сейчас ты пойдёшь с нами. Пока не скажешь правду, я тебя не выпущу.
Он уже собирался взлететь вместе с ледяной клеткой и Цзи Тунчжоу, как Байли Чанъюэ внезапно крикнула:
— Осторожно!
Густое чёрное пламя неистово вырвалось из ледяной клетки, обрушиваясь на всё вокруг. Друзья почувствовали, как жаркая волна едва не плавит кожу на лицах. Скрыться было негде, оставалось только взлететь высоко вверх, но там путь преградила сеть духовной энергии над ванфу. На мгновение все оказались в замешательстве и страхе.
В следующий миг Цзи Тунчжоу медленно втянул бушующее в небе чёрное пламя обратно в ладонь. Ледяная клетка давно исчезла. Он опустил голову, глядя на пляшущий на ладони огонёк, и долго молчал.
Е Е в гневе воскликнул:
— Цзи Тунчжоу, чем эти твои поступки отличаются от действий труса?! Разве ты сможешь жить в спокойствии, купленном ценой предательства друзей?!
Цзи Тунчжоу усмехнулся и произнёс:
— Если бы мы поменялись местами, и сегодня гибель грозила бы Гаолу, что бы ты сделал?
Е Е гордо ответил:
— Гаолу давно пал! Сейчас я стою здесь, и, по крайней мере, моё будущее честное и открытое! Не сравнивай меня с собой!
— Верно, тебе не стоит сравнивать себя со мной, мы изначально разные люди. У тебя есть твоё «честное и открытое», а у меня — моя защита ценой жизни.
— Смешно! — Е Е в ярости уставился на него. — Твоя защита ценой жизни — это предать Лифэй?
Цзи Тунчжоу спокойно ответил:
— Для меня это не является предательством. Я лишь выбираю наиболее эффективный путь, чтобы защитить свою страну. В данный момент всё, что здесь находится — мой главный приоритет, остальное неважно. Твои обвинения бессмысленны.
Е Е долго и молча смотрел на него, а затем тихо проговорил:
— Как друзья, мы могли сопровождать тебя лишь до этого момента. Оставайся здесь один, хорошенько стереги свои земли!
Все спустились во двор и, развернувшись, направились к выходу. Цзи Тунчжоу молча смотрел им в спины. Небо и земля, облака и солнце в один миг словно стали чёрно-белыми. Пёстрые краски, подобно приливу, стремительно уходили прочь, исчезая перед глазами.
Часть песка, что он сжимал в руке, снова покинула его. Ему оставалось лишь сжимать ладонь крепче, ещё крепче.
В мгновение ока произошла перемена. Цзи Тунчжоу внезапно почувствовал вспышку холодного света перед глазами, и снова оказался заперт в ледяной клетке. Е Е и остальные, едва переступившие порог ворот, неведомо когда вернулись. Е Е яростно крикнул:
— Чанъюэ! Замок, пленяющий дракона1!
Цзи Тунчжоу почувствовал вспышку белого света и тут же поспешно уклонился. Огонь Сюаньхуа свирепо вырвался наружу, в мгновение ока поглотив ледяную клетку. Все снова взлетели, спасаясь от моря огня. Во дворе бушевали волны чёрного пламени, и силуэта Цзи Тунчжоу больше не было видно. Е Е тихо спросил:
— Чанъюэ, слышишь, где он?
Байли Чанъюэ уже метнула Замок, пленяющий дракона, но тот, столкнувшись с морем огня, мгновенно утратил духовную энергию и развеялся. Ледяной голос Цзи Тунчжоу донёсся из чёрного пламени:
— Раз не хотите уходить, тогда оставайтесь все!
Друзья чувствовали, как огонь Сюаньхуа под их ногами поднимается всё выше, а сверху путь преграждала сеть духовной энергии. Бежать было некуда. Е Е тут же воздвиг ледяную стену, но перед глазами внезапно всё поплыло, и с глухим звуком ледяная стена разлетелась вдребезги от удара тени. Байли Чанъюэ уже услышала движение Цзи Тунчжоу и метнула ещё один Замок, пленяющий дракона. Бессмертная техника обрушилась на окутавшее Цзи Тунчжоу чёрное пламя и снова была рассеяна. Девушка вздрогнула от испуга: изогнутое лезвие чёрного пламени бесшумно метнулось к ней, игнорируя все защитные заклинания. Запястье сдавило — огненное лезвие обвилось вокруг её руки. Чёрный огонь обжигал кожу, и от этой резкой боли даже она не удержалась от крика, а в следующий миг мощная сила потянула её вниз.
Увидев падение Чанъюэ, все пришли в смятение. В одно мгновение в ход пошли разнообразные высшие бессмертные техники. Байли Гэлинь выбросила все имевшиеся у неё талисманы с прирученными демоническими зверями. Крик той демонической иволги едва не разнёс всё ванфу. Лу Ли метнул бледно-голубой талисман, который превратился в огромную морскую черепаху, извергавшую из пасти потоки воды, насыщенной духовной энергией. Однако вода, проливавшаяся на чёрный огонь, была совершенно бесполезна.
Он нахмурился и заколебался. Собираясь достать последний талисман, он вдруг почувствовал, как несколько снежинок коснулись его лица. Внезапно над ванфу сгустились тёмные тучи, завыл свирепый северный ветер, и повалили крупные хлопья снега, будто кто-то начал мять хлопок и рвать вату.
В считанные мгновения всё ванфу оказалось сковано толстым слоем льда. Даже бушующий огонь Сюаньхуа был заперт внутри льда. Силы льда и пламени то ослабевали, то нарастали, словно вступая в единоборство духовных энергий.
Цзи Тунчжоу медленно вышел из-за ледяной глыбы, внутри которой ярко плясал огонь Сюаньхуа. Он крепко держал Байли Чанъюэ за Маймэнь на шее, лишая её возможности шевельнуться. Она поспешно крикнула:
— Не обращайте на меня внимания! Используйте Замок, пленяющий дракона!
Если бы в этот момент её удерживал враг, каждый здесь, вероятно, не колеблясь, применил бы Замок, пленяющий дракона. Но этим человеком был Цзи Тунчжоу, их бывший близкий друг. Им было невыносимо осознавать, что для борьбы с ним придётся зайти так далеко, и они невольно замолчали, пребывая в нерешительности.
Цзи Тунчжоу поднял глаза на парящих в воздухе людей. Е Е, которого прикрывала Байли Гэлинь, стоял с закрытыми глазами, сосредоточенно сплетая пальцами печать. Очевидно, поддержание высшей техники стихии воды, Льда великой пустоши, давалось ему с огромным трудом. Его лоб был покрыт каплями пота, лицо постепенно бледнело, и он держался лишь на чистом упрямстве.
Он снова посмотрел на Байли Гэлинь, стоящую рядом Су Вань, Лу Ли и удерживаемую в руках Байли Чанъюэ. Каждый из них настороженно взирал на него, словно на врага. Глядя на них, он, напротив, рассмеялся; этот обрывистый, ломаный смех ещё некоторое время эхом отдавался в тишине. Затем он негромко произнёс:
— Внезапно напали? Почему?
— Неужели ты не знаешь причины? — сурово произнесла Байли Гэлинь. — Ты думал, мы позволим тебе и дальше вредить Лифэй?!
Цзи Тунчжоу медленно кивнул:
— Я понял. Больше не нужно ничего говорить.
Он легко отбросил Байли Чанъюэ, и в следующий миг она оказалась подвешена на Оковах Пленённого Дракона. Несколько цепей намертво сковали её, запечатывая всю духовную энергию. Он пристально уставился на бледное лицо Е Е, и на его губах заиграла насмешливая улыбка:
— И долго ты ещё продержишься?
Он цунь за цунем вытягивал из-за пояса драгоценный меч. Лезвие из чёрного пламени, мало-помалу вырастая и танцуя, поднималось от самой рукояти. При лёгком взмахе оно, подобно гибкой змее, удлинялось и извивалось.
Байли Гэлинь увидела, что он исчез из внутреннего двора, прежде чем затих его голос, и её сердце мгновенно похолодело. Едва она успела воздвигнуть для троих «Защиту Владыки земли», как почувствовала мелькнувшую сбоку тень. Девушка инстинктивно закрыла лицо, и в ту же секунду правую часть её тела пронзила острая боль — огонь Сюаньхуа лизнул край её одежд. Цзи Тунчжоу ударил её ногой в плечо, сбивая вниз. Лу Ли уже собирался броситься на помощь, но увидел, как чёрное пламя перед ним резко метнулось вперёд; он поспешно уклонился, однако чья-то рука, высунувшись из-за чёрноты огня, уже вцепилась в его ворот.
Чёрное пламя обжигало грудь, причиняя такую мучительную боль, что волосы вставали дыбом. «Защита Владыки земли» в мгновение ока обратилась в прах. Лу Ли вскрикнул от боли и тоже был с силой повален на землю рядом с Байли Гэлинь. Там, где они упали, из земли вырвалось чёрное пламя, заточив их обоих в огненную клетку.
В этот самый момент духовная энергия Е Е окончательно иссякла, и бесчисленные ледяные горы внутри ванфу обратились в ничто. Напротив, огонь Сюаньхуа, прежде скованный льдом, разгорелся ещё более неистово. Языки пламени лизали туман под ногами Е Е; тот тяжело дышал и, не говоря ни слова, лишь смотрел на Цзи Тунчжоу.
Чёрный огненный клинок обвился вокруг его талии и стащил с высоты облаков вниз. Ещё одна огненная клетка выросла посреди двора.
Меньше чем за одну кэ он одолел четверых из пяти человек. Су Вань, всё это время от тревоги пребывавшая в состоянии крайней степени изнурения, окончательно оцепенела. Она всё ещё находилась на стадии второго узкого места культивации и совершенно не могла вмешаться в эту магическую битву. Видя, что Цзи Тунчжоу направляется к Е Е, она немедленно потянулась рукой к груди, где у неё была припрятана бумага для писем.
Прикусив кончик пальца, она, пользуясь тем, что Цзи Тунчжоу не смотрит на неё, едва успела написать строчку учителю, как вдруг почувствовала, что её затылок крепко сжали. Цзи Тунчжоу неведомо когда оказался рядом и перехватил её маймэнь.
- Замок, пленяющий дракона (囚龙锁, qiúlóngsuǒ) — название техники, используемой для захвата и ограничения движений цели. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
