Три силы объединились, не считаясь с ценой. Сяо Чанин вел за собой немало людей, но все они полегли в окрестностях реки Цяньшуй, и ему самому пришлось бежать, уводя за собой человека, изображавшего Бу Шулинь, лишь бы выиграть побольше времени для настоящей Бу Шулинь, чтобы та успела проникнуть в Тубо.
В последний раз он подвергался такому неустанному преследованию четыре года назад, когда только познакомился с Шэнь Сихэ. Тогда он был изнурен, покрыт ранами и держался лишь на остатках воли; если бы Шэнь Сихэ не появилась в тот день, он, скорее всего, не дождался бы людей, присланных А-Сюном.
Притаившись в густых зарослях и укрывшись ночной тьмой и лесами Императорской долины Циншань, Сяо Чанин достал ароматический мешочек — один из тех, что Бу Шулинь сунула ему перед расставанием.
Хотя мешочек дала ему Бу Шулинь, Сяо Чанин понимал, что, скорее всего, это Шэнь Сихэ приготовила его для нее как спасительное средство. Сжимая ароматический мешочек, Сяо Чанин невольно улыбнулся, и даже пятна крови на его лице словно стали менее заметны.
Он восхищался Шэнь Сихэ. Неизвестно, как именно был составлен аромат в этом мешочке, но он не только заставлял змей, насекомых и крупных хищников обходить его стороной, но и скрывал запах крови. Более того, сам аромат был настолько чистым и естественным, что казалось, будто он сливается с запахами диких цветов и леса.
— Ван-е, они выследили нас.
Человек, выдававший себя за Бу Шулинь, на самом деле был из тех, кого прислал Иншань по просьбе Бу Шыцзы. Сейчас в живых остались только он и Сяо Чанин, даже Иншань уже…
Если бы он не изображал Бу Шулинь, ради чего Сяо Чанин защищал его всю дорогу, чтобы обмануть преследователей, он бы вряд ли уцелел.
Сяо Чанин словно не услышал предупреждения. Он перевернулся на спину и, поднеся ароматический мешочек к самому носу, сделал глубокий вдох. Внезапно его взгляд изменился, он резко дернулся в сторону, и в тот же миг мимо с присвистом пролетела острая стрела, с глухим стуком вонзившись в корень дерева прямо перед ним.
Следом хлынул град стрел. Сяо Чанин кубарем скатился по склону — это было лучшее место, которое он приметил заранее. Отсюда он мог соскользнуть в горную расщелину, где бушевал поток. Сверху низвергался водопад, и, упав в воду, он мог уйти вниз по течению.
Что же до человека Бу Шулинь, защищать его дальше он не собирался. Он сделал все, что было в его силах, чтобы выиграть время для Бу Шыцзы, и его долг гуманности был исполнен до конца^1.
Все шло по плану, однако Сяо Чанин и представить не мог, что, когда он спустится по течению и окажется в реке, там его уже будут поджидать люди с обнаженными клинками.
— Девятый господин, вы заставили нас подождать.
Предводитель со шрамом на лице даже не скрывал своего облика под маской.
— Оказывается, это генерал Цянь Сяо. У Восьмого брата действительно отличные методы.
Сяо Чанин узнал пришедшего. Когда-то этот человек был весьма отважен, и его отец, и брат служили в армии, но отец погиб на поле боя из-за неверной оценки обстановки, и вместе с ним сложил голову старший брат. В семье Цянь остался он один. В военном лагере его травили и клеветали на покойных родных; в одной из стычек он не сдержался и убил человека, за что был приговорен к ссылке, но бежал по пути к месту назначения и до сих пор числился в розыске.
Людей, подобных ему — покинувших службу в гневе, но обладающих незаурядным мастерством, — было немало. Сяо Чанин, курировавший подготовку стражи столичного региона, неплохо в них разбирался. Бросив беглый взгляд на тех, кто стоял за спиной генерала, он понял, что все они прошли суровую закалку. Это были бойцы совсем иного уровня, нежели тот сброд из всех трех учений и девяти течений^2, что собрал под своим началом его второй брат.
Похоже, его восьмой брат завербовал именно таких людей — искусных воинов, побывавших в сражениях, но по разным причинам ставших «невидимками». Собрав их под своим крылом и обучив, он в кратчайшие сроки создал свирепую подпольную армию.
— Девятый господин участвует в этом деле, известно ли об этом пятому господину? — спросил человек по фамилии Цянь. — Вы пойдете с нами добровольно или желаете, чтобы мы преподали вам пару уроков?
Убивать Сяо Чанина в их планы не входило. Сяо Чанъянь не хотел открыто враждовать с Сяо Чанцином — по крайней мере, не сейчас. Если они схлестнутся слишком рано, это будет на руку лишь другим. Схватить Сяо Чанина и выменять его у Сяо Чанцина на выгодные условия — вот лучший путь.
— Сегодня я преподам вам урок, как быть людьми!
Сяо Чанин рывком выхватил обмотанный вокруг пояса мягкий меч и, взмыв в воздух, нанес удар прямо в лицо человеку по фамилии Цянь.
Тот уклонился, обнажил свой клинок и пошел в атаку. Сяо Чанина быстро зажали в кольцо. Противники не собирались соблюдать правила чести; их действия были слаженными и точными. Хотя Сяо Чанин был искусен в бою и превосходил их в мастерстве, на какое-то время завязалась ожесточенная схватка.
Трудно противостоять толпе. Поначалу враги старались сохранить Сяо Чанину жизнь, но видя его упорное сопротивление и потеряв четверых убитыми, они отбросили всякие сомнения. Удары посыпались градом. Через несколько разменов на теле Сяо Чанина появилось множество ран. Кровь пропитала его ярко-красное одеяние, отчего оно потемнело, точь-в-точь как в те давние годы.
Когда один из клинков полоснул его по поясу, сбивая ароматический мешочек, взгляд Сяо Чанина заледенел. Не обращая внимания на атаки сзади, он взмахнул мягким мечом, оставляя в воздухе призрачные следы, словно бесчисленное множество клинков взорвалось перед глазами тех, кто наседал на него спереди.
Люди даже не поняли, что произошло, и не успели уклониться. Глаза воинов лопались один за другим, и кровь заливала их лица. Сяо Чанин, приземляясь, одним взмахом длинного меча пустил струи крови, перерезая им горла. В тот же миг, как они начали падать, чужой клинок пронзил правую сторону груди Сяо Чанина.
На самом деле мечей было два, но в критический момент из темноты выметнулась черная тень, отбив второй железный меч, метивший Сяо Чанину в самое сердце. Этот человек двигался подобно призраку: несколько неуловимых движений — и противник, которого он перехватил, был повержен.
Сяо Чанин опустил взгляд на пронзивший его клинок. Схватившись за лезвие, он резким движением вогнал собственный меч в тело врага, стоявшего за спиной. Одновременно с этим он переломил сталь в своей груди, развернулся и добил противника. Тот рухнул замертво. Сам же Сяо Чанин смог лишь упереться кончиком меча в землю, чтобы хоть как-то удержаться на одном колене и не упасть окончательно.
Сяо Чанин поднял голову и посмотрел на незнакомца. Лицо было ему совершенно неизвестно, но на самом деле он давно заметил этого человека. После появления отряда тот намеренно выдал свое присутствие. Прежде Сяо Чанин не мог понять, друг это или враг, но теперь догадался.
— А я думал… ты собрался… кх-кх-кх… забирать мой труп.
— Тайцзы-дянься приказал, чтобы Дянься вернулся в столицу живым. Желательно — лежачим, чтобы не могли и шага ступить, — беспристрастно повторил слова Сяо Хуаяна пришедший.
Ему поручили охранять Сяо Чанина и не дать ему погибнуть, но ради блага самого же принца было лучше, если бы у того не осталось сил носиться по всей стране и ввязываться в дела, в которых ему не следовало участвовать.
Сяо Чанин закрыл глаза, не желая больше произносить ни слова.
Человек, посланный Сяо Хуаяном, тоже замолчал. Он подошел к Сяо Чанину, нанес на его раны снадобье, чтобы остановить кровь, после чего взвалил принца на плечи и скрылся в ночи, спеша доставить его в столицу в кратчайшие сроки.
- Долг гуманности исполнен до конца (仁至义尽, rén zhì yì jìn) — идиома, означающая, что человек сделал все, что было в его силах, проявив крайнюю степень доброты и верности долгу. ↩︎
- Три учения и девять течений (三教九流, sān jiào jiǔ liú) — классификация философских и профессиональных школ; в переносном смысле — люди самых разных занятий, часто с сомнительной репутацией. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
