Юй Шуан встречалась с несколькими мужчинами, всё через сватовство, — отношения были пресными, как пустой бульон, и быстро сходили на нет. Мужчины не могли ей угодить, а она и сама ленилась перед ними выслуживаться. По её собственным словам, она не любила просить о чём-то мужчин: если могла справиться сама, то и полагалась только на себя. Поначалу родные за неё переживали: дескать, как же так, девушка одна в чужом краю, нужно обязательно выйти замуж, иначе никак. Но когда ей перевалило за тридцать, семья увидела, что Юй Шуан зарабатывает всё больше и больше. Родственники почувствовали реальную выгоду, а мать Юй Шуан и вовсе переехала к дочери и начала обживаться в мегаполисе.
Среди «четырёх красавиц» Юй Жуй была самой младшей, но и самой миловидной. Она была не такой, как Юй Шуан. Юй Жуй рано осознала свои преимущества, поэтому любовь для неё была делом обязательным. Она считала, что учёба и любовь должны дополнять друг друга, и изо всех сил старалась получить учёную степень лишь для того, чтобы добавить себе веса при знакомстве с людьми из высшего общества. Окончив актёрский факультет, Юй Жуй несколько лет проскиталась по мегаполису и осознала суровую истину: для такой девушки, как она, — без денег и связей, — пробиться в мире шоу-бизнеса было труднее, чем взобраться на небо.
Внешность её идеально подходила для ролей благородных героинь, да вот только статуса примадонны у неё не было. Ждать она не любила — терпения не хватало, — а потому все силы тратила на дела сердечные. Её идеалом был замуж, ну или в крайнем случае роман с кем-то богатым и влиятельным. К моменту приезда Юй Цзя Юй Жуй как раз рассталась с очередным бойфрендом, но об этом никто не знал.
Раньше «четыре красавицы» были разбросаны по свету и могли лишь переписываться в общем чате. Но теперь всё изменилось: Ди Лижэнь за десять лет поднялся на четыре ступени. Начав с деревенского старосты, он прошёл через районный, городской и провинциальный уровни, пока не добрался до мегаполиса — везло ему в карьере так, будто к заду ракету приделали. Когда мужа перевели, добродетельная Юй Цзя последовала за ним согласно обычаю: муж поёт — жена вторит. Вместе с ребёнком она совершила этот стремительный взлёт, благодаря чему «четыре красавицы» снова воссоединились, и дело обернулось к лучшему.
На посиделки сестёр родственников не приглашали.
Впрочем, лишь у двоих из них в жизни маячили тени спутников: Юй Шуан обзаводиться ими не планировала, оставаясь убеждённой одиночкой; у Юй Жуй имелось несколько объектов для слухов, но выставлять их на свет пока было нельзя. Кого-то не хотела афишировать она сама, а кто-то не желал светиться рядом с ней.
У Юй Мэн, напротив, была вполне пристойная семья: она вышла замуж за солидного человека, вот только в последнее время они с мужем, Луань Чэнъюнем, постоянно ссорились. Со стороны она казалась богатой госпожой, живущей в вилле в большом городе. Местом съёмки фотографий в её соцсетях зачастую значилась «собственная лужайка» — хотя на деле её приходилось делить с соседями. Но возможность жить в собственном доме в мегаполисе среди выходцев из деревни Юйинцзы считалась верхом успеха.
Для многих женщин она была примером, «легендой» в устах подрастающего поколения: выйти замуж за прекрасного принца прямо во время практики — эдакая Дэн Вэньди в миниатюре, причём Дэн Вэньди и рядом не стояла с ней по красоте.
Юй Жуй ей очень завидовала.
Юй Мэн посещала курсы классической словесности для жён и с трудом выудила из «Шицзина» строфу для описания себя: «Пальцы — как нежные ростки, кожа — словно застывший жир, шея — как личинка древоточца, зубы — как семена тыквы; лоб широк и брови тонки, словно усики мотылька. Как пленительна улыбка, как прекрасен ясный взор!» Столь изысканное описание ей очень льстило.
Однако собственным браком она была недовольна. Хоть Луань Чэнъюнь и заколачивал «деньжата», Юй Мэн всё равно считала, что замуж за него вышла слишком поспешно. Все эти годы Лао Луань пропадал в разъездах, крутился так, будто ему к заду пружины приставили, и по неосторожности наплодил немало «историй». За ним тянулся тёмный шлейф: он встречался с восемью или девятью девушками, одна из которых из-за него покончила с собой, а две сделали аборт — словом, человек он был скверный, и в последнее время поползли слухи, что он снова путается с двумя из бывших пассий.
Юй Мэн уже давно питала отвращение к Луань Чэнъюню. Наконец-то ей удалось отправить обоих сыновей на учёбу за границу, и она почувствовала, что этот брак подошёл к некоему перепутью. Раньше она натягивала лук, не выпуская стрелы, но теперь, когда стрела уже на тетиве, выстрела не миновать.
Она вышла встретиться с Цзя, Шуан и Жуй, чтобы просто перевести дух. Такая семейная жизнь стала для неё невыносимо душной, тем более что Луань Чэнъюнь однажды «наградил её пощёчиной». Это же самое настоящее домашнее насилие! Что может быть серьёзнее?
Юй Мэн считала, что то, что она не сдала его в полицию, уже было проявлением её милосердия ради долгих лет супружества.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
