Третья глава (7)
В VIP-зале ожидания собралось немало людей. Всё сплошь важные персоны. Старший молодой господин семьи Синь уже ушёл за кулисы готовиться; он играет на скрипке более десяти лет и довольно известен в узких кругах.
Юй Мэн вошла в зал, обвела его взглядом, оценивая общую обстановку. Затем с уверенным видом, мягкой походкой она направилась прямиком к креслу Синь-фужэнь, наклонилась и, прикрыв рот рукой, прошептала ей что-то на ухо. Синь-фужэнь зашлась смехом и то и дело повторяла: «Хорошо, хорошо, хорошо» — она осталась крайне довольна тем, что устроила Юй Мэн.
Юй Мэн выпрямилась и с улыбкой встала рядом. Все видели её близость к Синь-фужэнь, и кто теперь посмеет смотреть на неё свысока? Юй Мэн подтянула к себе Хаоюя и представила его Синь-фужэнь:
— Мой сын. — И добавила, обращаясь к Хаоюю: — Поздоровайся с фужэнь.
Хаоюй послушно поздоровался. Синь-тайтай похвалила его, сказав, что он выглядит очень бодрым, и больше ничего не добавила. Слишком много людей жаждали поговорить с ней.
Вошла одна пожилая женщина и тут же схватила Синь-фужэнь за руку. Юй Мэн смотрела на неё с некоторым презрением, она видела её притворство насквозь. Люди всегда такие: заискивают перед высокими и топчут низких; вот и эта старуха, несмотря на почтенный возраст, припёрлась сюда за компанию. Не желает оставаться в тени.
— Мама. — Хаоюй потянул Юй Мэн за руку. Та была занята приёмом гостей и не обратила внимания. Он потянул ещё раз. Юй Мэн обернулась и с недоумением взглянула на сына.
Хаоюй смотрел куда-то вдаль. Проследив за его взглядом, сквозь просветы между головами нескольких человек Юй Мэн увидела лицо Луань Чэнъюня.
Какая гадость! Как это понимать?! Что?! Рядом с ним стоял Ди Лижэнь.
Наверняка это Юй Цзя. Это она отдала билет Лижэню, а Лижэнь притащил с собой Луань Чэнъюня. Хороши друзья.
Луань Чэнъюнь тоже заметил Юй Мэн. Уголки его губ слегка приподнялись. Зловредная ухмылка.
Юй Мэн поспешно отвела взгляд. Да, именно так, он для неё — пустое место. Пока она, опустив голову, обдумывала ситуацию, перед её глазами возникли чёрные кожаные туфли. Она подняла голову и увидела перед собой Цзу Лянцая. Когда он успел прийти? У входа она его не видела.
О, он выглядел запылённым, будто только с дороги. Она была так занята четой Синь, что не заметила его появления. Лян Цай стоял очень близко; ей казалось, что его локоть почти упирается ей в грудь.
Нельзя, здесь ребёнок. И эти вороватые глазёнки Луань Чэнъюня. Она поспешно отошла в сторону.
Ди Лижэнь направился к Синь-сяньшэну, но его опередил элегантный мужчина средних лет. Он болтал с Синь-сяньшэном, то и дело издавая сухой смешок. Лижэнь не мог вставить ни слова и лишь стоял рядом, подобно вешалке для одежды. У шторы Хаоюй снова сошёлся с той девочкой по имени Си Цянь. Си Цянь кивнула подбородком в сторону Юй Мэн:
— Это твоя мать?
Хаоюй подтвердил.
Си Цянь спросила снова:
— А тот, что рядом, твой отец? — Она указала на Цзу Лянцая.
Хаоюй отрицал это. Помолчав мгновение, он спросил в ответ:
— С чего ты так решила?
Си Цянь скрестила руки на груди:
— Считай, что я ничего не говорила.
Глаза Лян Цая, устремлённые на Юй Мэн, так и сияли.
Вбежала Юй Цзя. Она искала Юй Мэн.
Лижэнь, увидев жену, немного удивился. Юй Цзя его не заметила и просто побежала вслед за Юй Мэн на выход.
За кулисами Юй Мэн, едва войдя, принялась рыться в ящиках:
— Не может быть! Я сама их туда положила, всё было готово, как они могли исчезнуть? — Она перерыла всё, но их не было. Юй Мэн потёрла виски, пытаясь вспомнить. Брала, точно брала. Как молодой господин будет играть без партитуры? Это же верный провал выступления?! Лицо Юй Цзя выражало крайнюю тревогу, она тоже подтвердила, что перед уходом проверяла наличие нот и видела их здесь, за кулисами.
Всё ясно, это чьих-то рук дело. И метили не в семью Синь. А в неё, в Юй Мэн! Ей ещё у входа показалось, что у тех баб из ассоциации женщин-предпринимателей какие-то странные улыбки. Что-то было не так!
Нет-нет-нет, Юй Мэн заставила себя сохранять спокойствие. Посмотрела на часы — осталось двадцать минут. Нужно решить проблему, обязательно решить…
Бай Юанькай, видя отчаяние Юй Цзя и Юй Мэн, подошёл узнать, в чём дело. Им пришлось рассказать всё как есть. Бай Юанькай предложил:
— Может, используем мой iPad? Просто скачаем ноты.
Юй Мэн сочла это неуместным — неудобно переворачивать страницы. По инструкции все партитуры должны быть разложены и стоять перед глазами.
— Здесь есть поблизости копицентр? — спросил Юань Кай у персонала. Сказали, что один есть в подвальном помещении снаружи концертного зала.
Осталось шестнадцать минут. Юй Мэн тут же распорядилась:
— Сяо Бай, скачай ноты и скинь мне. Старшая сестра Цзя, бежим печатать. — С этими словами она перешла на бег.
Юй Шуан и Юй Жуй, увидев, как их старшие сёстры вылетают из запасного выхода, совершенно ничего не поняли. Юй Жуй обернулась. Юй Цзя и Юй Мэн уже исчезли. Она снова огляделась по сторонам, но Кан Луна так и не нашла.
Юй Шуан потянула её за руку:
— Хватит высматривать, хочет — придёт, не хочет — не надо.
— Может, у него дела, я спрошу у Сяо Бая.
— Не спрашивай! — вспылила Юй Шуан. Она пришла сюда ради примирения. А он хорош, просто не явился. Что это значит? Она для него настолько не важна? Место рядом пустовало. Концерт вот-вот начнётся. На сцене уже погасили основные огни. Оставили только боковое освещение, весь зал погрузился в полумрак, создавая атмосферу.
Через запасной выход в сопровождении толпы вошла чета Синь. Они не стали садиться в первом ряду, а заняли места в самом центре. Лижэнь, Чэнъюнь, Лян Цай, Хаоюй, а также Си Цянь с отцом тоже вошли в зал. Хаоюй намеренно избегал отца и сел в задних рядах.
Места Ди Лижэня и Луань Чэнъюня были смещены в правую сторону.
Цзу Лянцай прошёл к первому ряду и сел рядом с Юй Шуан и Юй Жуй. Юй Жуй случайно повернула голову и от испуга чуть не вскочила с места.
Как тесен мир. Старые знакомые, и надо же — сидят через одно кресло на концерте. Впрочем, неудивительно: у всех пригласительные билеты, всем оказали особое внимание. Увидев Юй Жуй, Лян Цай не слишком удивился.
Он ничего не сказал, взял программку и отвёл её подальше — зрение подводило, он негромко прочитал:
— «Лян Чжу», «Салют любви», «Сувенир»…
Юй Шуан он раздражал, она посмотрела на Юй Жуй и поморщилась, зажав нос.
От Лян Цая исходил густой запах агарового дерева. Юй Шуан он был крайне неприятен.
Юй Жуй чувствовала, как её лицо пылает, но, к счастью, в тусклом свете этого не было видно. Лян Цай был тёртым калачом: видя, что Юй Жуй пришла с подругой, он притворился незнакомым и сосредоточенно уставился на сцену.
Юй Мэн возвращалась в таком темпе, будто бежала стометровку. Вступительная речь Бай Юанькая длилась уже более пяти минут, даже Синь-тайтай, сидевшая внизу, несколько раз посмотрела на часы. Юй Цзя, которой обычно не хватало физической нагрузки, вбежала за кулисы, тяжело дыша.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
