В этот день, в самый разгар дня, Юань Кэкэ с кучей сумок и фотографом ворвалась в дом Лян Чэнь.
Лян Чэнь только что встала и ещё распевалась; от этого внезапного грохота открывшейся двери она вздрогнула, высокая нота застряла в горле, едва не сорвав голос.
Лян Чэнь отпила пару глотков воды и спросила:
— Кэкэ, ты хочешь остаться без работы?
Юань Кэкэ, разбиравшая вещи, резко подняла голову с отсутствующим взглядом:
— А?
Лян Чэнь медленно подошла и похлопала её по плечу.
— Если бы ты напугала меня до смерти, то кто бы платил тебе зарплату? И ещё…
Она обвела взглядом трёх стилистов позади неё и спросила:
— Чжан Цзе, а вы-то как здесь оказались?
Чжан Цзе развернула кожаный чехол с кистями, заполнив ими весь туалетный столик Лян Чэнь, вытащила одну и встряхнула — на первый взгляд она стала чем-то похожа на повара.
Когда Чжан Цзе посмотрела на Лян Чэнь, той показалось, будто всё её тело исписано словами.
Свиная голова — голяшка — свиные рёбра — вырезка.
— Это Кэкэ позвала нас, — ответила Чжан Цзе. — Разве сегодня не запись программы?
— Верно, — сказала Лян Чэнь. — Но почему вы приехали ко мне домой?
Команда Чжан Цзе всегда обслуживала Лян Чэнь, и в подобных случаях они обычно встречались уже в гримёрке на телеканале.
— Потому что сегодня! — Юань Кэкэ широко раскрыла глаза, размахивая расчёской в руке. — Мэн Ланьчжи тоже поедет на телевидение Бэйюань!
Лян Чэнь:
— И?
Юань Кэкэ сказала:
— Хоть вы и будете в разных студиях, но что если вы столкнётесь перед входом в гримёрку? Ты не можешь проиграть!
Лян Чэнь немного подумала и направилась обратно в комнату.
Юань Кэкэ закричала ей в спину:
— Ты что делаешь!
Лян Чэнь бросила:
— Сделаю влажный компресс из воды небожителей!
***
Оказавшись за кулисами студии телевидения Бэйюань, Лян Чэнь так и не встретила Мэн Ланьчжи, зато столкнулась с другим действующим лицом.
Когда Лян Чэнь в окружении ассистентов и стилистов поднималась наверх, у дверей кабинета исполнительного продюсера стояла одинокая фигура, покинутая и печальная.
— Юэ Юйсюнь.
В этом Т-образном коридоре, в длинном проходе, где находилась Лян Чэнь, не хватало освещения, а место, где стоял Юэ Юйсюнь, открывало всех людей; в обе стороны от него вели пути к первой и второй студиям.
В сумрачном коридоре Лян Чэнь выглядела ослепительно, в то время как Юэ Юйсюнь, находясь под светом софитов, словно стоял в тени, и его некогда изумительная внешность померкла.
Шаги всей группы резко замерли, люди не понимали, стоит ли им отступить назад.
Неловко было и нескольким сотрудникам телевидения Бэйюань: они никак не ожидали, что Юэ Юйсюнь ещё не ушёл и они столкнутся здесь…
Лян Чэнь поправила чёлку и слегка приподняла веки, выглядя совершенно спокойной, точно лёгкие облака и слабый ветерок.
Однако каблуки её туфель едва не пробивали пол насквозь.
— Что он здесь делает? — спросила Лян Чэнь не слишком громко и не слишком тихо, так что сотрудники телевидения Бэйюань не поняли, хотела ли она, чтобы Юэ Юйсюнь её услышал, или нет.
— Он… он… — сотрудники ещё заикались, подбирая формулировки, когда Юэ Юйсюнь уже обернулся и посмотрел в их сторону.
В одно мгновение его красивое лицо, словно фотовспышка, заиграло красным, зелёным и фиолетовым; за несколько секунд сменилось несколько цветов, и в итоге оно застыло в болезненной бледности с красными пятнами.
Он приоткрыл рот:
— Чэньчэнь…
Магнетический голос пролетел через длинный коридор и с не угасающим обаянием проник в уши каждого присутствующего.
Затем на несколько секунд воцарилась гробовая тишина.
Все ждали, как ответит Лян Чэнь.
— Я вас спрашиваю, — Лян Чэнь стояла, выпрямив одну ногу, а другую согнув в колене и перекрестив, едва касаясь пола носком туфли. — Что он здесь делает?
С самого начала и до конца её вопрос не менялся, она будто бы вовсе не видела Юэ Юйсюня.
Какими бы глупыми ни были люди с Бэйюань, в этот момент они поняли позицию Лян Чэнь.
— О, дело в том, что недавно наш канал готовил музыкальную программу, требовалось двое ведущих, и одним из них был он. Но из-за того… того случая, руководство решило его заменить, так что он сегодня пришёл попытаться добиться своего.
Добиться?
Для какой программы артисту нужно стоять у дверей кабинета исполнительного продюсера, чтобы чего-то «добиться»?
Говоря по-простому, Юэ Юйсюню отказали, и он теперь проявлял омертвевшую кожу и бесстыжее лицо, торча здесь.
Слово «добиться» было подобрано очень великодушно.
Несколько месяцев назад Юэ Юйсюнь, пользуясь популярностью Лян Чэнь, получал предложения об участии в развлекательных шоу одно за другим, неужели теперь Мэн Ланьчжи не может обеспечить его ресурсами?
О, возможно, Юэ Юйсюнь забыл, что Мэн Ланьчжи и сама продвигалась за счёт стоящего за ней золотого спонсора. Когда случилась такая история и спонсор остался недоволен, разве посмеет Мэн Ланьчжи по-прежнему таскать Юэ Юйсюня за собой?
Лян Чэнь хмыкнула, пошевелила ногой и шаг за шагом направилась к кабинету исполнительного продюсера.
Юэ Юйсюнь увидел, как она приближается, его кадык дернулся вверх-вниз, ладони слегка подались вперёд, а стопы немного разошлись — поза приветствия.
Лян Чэнь прошла мимо, держась от него в полуметре.
— Юэ Юйсюнь, я хотела бы кое о чём тебя спросить.
— Чэньчэнь… я…
— Тс-с… — Лян Чэнь жестом велела ему замолчать. — Кто научил тебя этому приёму: после измены ещё и пытаться облить грязными руками меня?
— Когда всё вскрылось, ты захотел, чтобы я за тебя отдувалась. Когда твоя кожа на лице успела стать такой толстой?
— Чэньчэнь, давай поговорим об этом дома, мы… — Юэ Юйсюнь заметил, что стоящие позади люди смотрят на них, и его лицо не выдержало стыда. — Ты выслушай мои объяснения.
С тех пор как его измена с Мэн Ланьчжи стала достоянием общественности, компания Лян Чэнь в одностороннем порядке отказывалась от любых контактов с ним, как и сама Лян Чэнь, поэтому только сейчас они встретились официально.
— У нас с Мэн Ланьчжи всё не так, как писали в СМИ. Мы с ней просто поиграли немного, каждый мужчина может совершить такую ошибку один раз, ты простишь меня, хорошо?
Лян Чэнь бросила взгляд на студию за его спиной, прислонилась к стене и приподняла руку, призывая его продолжать.
Юэ Юйсюнь глубоко вздохнул и, собрав все силы, решил, что сегодня он обязан вернуть Лян Чэнь, иначе в следующий раз у него не будет даже возможности увидеться с ней.
— Чэньчэнь, в ту ночь я перебрал с алкоголем, поверь мне. Я… я до этого её и не знал, просто друзья позвали развлечься вместе, а потом я выпил лишнего и сам не понял, как всё вышло, она сама ко мне приставала… я тогда точно был в помутнении…
Эти слова прозвучали так, что Юань Кэкэ и другие сотрудники на том конце коридора почти поверили.
Наверняка Мэн Ланьчжи напоила его афродизиаком, а затем эта женщина ростом чуть выше ста шестидесяти сантиметров силой уволокла в отель этого мужчину ростом за сто восемьдесят.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
