В трудных ситуациях можно выкрутиться, проблемы — кое-как решить. Лю Чжэнлян мог смастерить искусственный череп из осколков костей или использовать мазок из зева вместо эндоскопа и проводника-зебры, но как ему «подшаманить» сердце этого ребёнка? Тут халтура не пройдёт. Если ты голоден вечером и не можешь позволить себе свиную рульку в соусе, можно ли перебиться рисом с вонючим тофу? Вполне. Но если сердце перестаёт биться, чем его заменить? В медицине в конечном счёте никакие хитрости и обходные пути не работают. Спасти жизнь могут лишь реальные деньги и реальное мастерство.
Лю Чжэнлян замер. Он чувствовал, что Чэ Минмин в чём-то права, но лучшего плана у него не было.
Чэ Минмин не теряла времени даром и поспешила назначить внутривенную инъекцию противовирусных препаратов — нельзя было медлить ни секунды, чем раньше, тем лучше. Чем скорее введут лекарство, тем выше шансы на выживание. Где продолжать лечение — это можно обсудить, но базовую терапию прерывать нельзя.
При фульминантном миокардите иммуноопосредованные механизмы усиливают повреждение органов воспалением. Проще говоря, погибшие клетки миокарда подают сигнал своим «собратьям»: мол, человек уже мёртв, зачем вам работать, давайте отдыхать вместе. В такой момент необходимы ударные дозы гормонов.
Лю Чжэнлян велел Ли Цинчэн срочно подготовить метилпреднизолон. Этот препарат подавляет иммунную реакцию, то есть не даёт погибшим клеткам сеять панику, позволяя живым продолжать работу. Ли Цинчэн, видя, что назначенные Лю Чжэнляном лекарства — это уже вопрос жизни и смерти, не посмела спорить и немедленно приступила к инъекции.
Лю Чжэнлян смотрел на этого младшего сокурсника, у которого были те же номер группы и порядковый номер в списке, что когда-то и у него самого, и словно видел в нём себя. Разделённые шестнадцатью годами, они сидели на одном и том же месте в аудитории, росли в похожих семьях и вели в одном и том же пространстве схожую жизнь. Возможно, в будущем этого мальчика ждало ещё немало жизненных невзгод, но сейчас всё зависело от сегодняшнего решения. Станет ли этот ребёнок для Лю Чжэнляна уроком или бесценным опытом — уже не важно. Кто-то должен был решить за него, стоит ли идти на риск.
Лю Чжэнлян взял телефон и вызвал скорую помощь.
Машину подогнали прямо к отделению скорой помощи. Ребёнка быстро затолкнули в салон. Ли Цинчэн и Ван Бао поехали вместе с ним, а Чэ Минмин осталась на дежурстве. В машине был кислород, и Ли Цинчэн тут же обеспечила подачу, чтобы мальчик продержался чуть дольше. Как только автомобиль тронулся, монитор ЭКГ показал фибрилляцию желудочков. Лю Чжэнлян немедленно применил дефибриллятор: двухфазный разряд в 200 джоулей, чтобы немного облегчить состояние. Сразу после этого он начал непрямой массаж сердца. Даже если сейчас сердце не справлялось с перекачкой крови, внешнее воздействие помогало её циркуляции. Если мозг будет получать хотя бы 30% от нормы, надежда остаётся. Ли Цинчэн позвонила в отделение реанимации и интенсивной терапии кардиологического профиля, предупредив о скором прибытии. У ребёнка снова началась фибрилляция — пришлось проводить повторный разряд и вводить амиодарон, антиаритмический препарат.
Машина ехала по Северной кольцевой: через внешнее кольцо можно было въехать в Шэньян, минуя пробки. Ван Бао снова позвонил родителям, объяснил ситуацию и велел им поскорее приезжать. У ребёнка уже обнаружили тяжёлую сердечную недостаточность. Лю Чжэнлян продолжал массаж сердца и приказал Ли Цинчэн ввести дофамин и добутамин — средства для борьбы с сердечной недостаточностью.
— Дозировка добутамина не должна быть слишком большой, но и скорость нельзя занижать, — сказал Лю Чжэнлян. — Пятнадцать микрограммов на килограмм в минуту через инфузомат. На вид в мальчике килограммов шестьдесят пять, так что ставь скорость тысячу микрограммов в минуту.
— Это превышает стандартную дозу, — возразила Ли Цинчэн. — У препарата сильные побочные эффекты.
Лю Чжэнлян, не прекращая сердечно-лёгочную реанимацию, крикнул:
— Сказал вводить — вводи! Я отвечаю.
Ли Цинчэн промолчала. Кто вообще за всю её жизнь смел так с ней разговаривать? Но она была лишь интерном, только что окончившим вуз, и никогда не сталкивалась с подобным. Ошибки при диагностике фульминантного миокарда встречаются на каждом шагу, и мало кто доживает до подтверждения диагноза. Поэтому она не знала наверняка, прав ли Лю Чжэнлян, и ей оставалось лишь подчиниться, не понимая до конца его действий. Настроив инфузомат, она не сводила глаз с электрокардиограммы. Лю Чжэнлян сказал:
— Постоянно следи за ЭКГ, смотри, как он отреагирует на лекарство.
Скорая по эстакаде долетела до самого центра Шэньяна. Спустившись с развязки, машина тут же въехала на территорию больницы Шэнцзин, где врачи из реанимации уже вышли встречать пациента.
Лю Чжэнлян ни на секунду не прекращал массаж грудной клетки, чтобы обеспечить мозг кровью. Ли Цинчэн несла флакон с противовирусным раствором. Вся группа бегом толкала каталку прямо в отделение интенсивной терапии. Главврач спросил:
— Вы подтвердили диагноз «миокардит»?
Лю Чжэнлян полчаса делал непрямой массаж сердца и смог передохнуть только у самых дверей реанимации. Он спустился с каталки и сказал:
— Мы ещё не делали анализы на вирусы и пункцию перикарда, в нашей больнице это невозможно. Но почти все клинические признаки указывают на миокардит.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
