С этими мыслями Сан Чжи замолвила ещё пару слов за Дуань Цзясюя, но всё же уступила и послушно вернулась в общежитие. Она бегом поднялась наверх, вошла в комнату и сразу же выбежала на балкон, облокотившись на перила, чтобы посмотреть вниз.
Она увидела двух мужчин, идущих к воротам университета, между ними было расстояние около метра.
С такого расстояния было неясно, разговаривают они или нет.
Но со стороны всё выглядело довольно мирно.
Казалось, они и вправду спокойно и рассудительно ведут беседу.
Сан Чжи с облегчением вздохнула и отвела взгляд только тогда, когда они скрылись из виду.
В этот самый момент.
Дуань Цзясюй и Сан Янь, шедшие внизу, ни разу не переглянулись.
И не обменялись ни единым словом.
В летние каникулы в кампусе по ночам было непривычно тихо.
По дороге им почти никто не встречался.
В таком состоянии они вышли за ворота и прошли ещё немного. Чтобы добраться отсюда до метро, нужно было миновать узкий переулок. Обычно здесь было оживлённо, но из-за каникул людей стало значительно меньше.
Пустынная улица, белесый свет фонарей — всё вокруг казалось слепящим и холодным.
Словно дождавшись подходящего места.
Сан Янь внезапно остановился и с силой прижал язык к углу губ. Затем он, без всякого предупреждения, развернулся и изо всех сил ударил Дуань Цзясюя кулаком по лицу.
Не церемонясь и ни капли не сдерживаясь.
От силы удара Дуань Цзясюй отступил на несколько шагов. Половина лица онемела, её жгло, словно огнём. Он пошевелил челюстью, кончиком пальца коснулся чуть рассечённого уголка губ и усмехнулся:
— Так жестоко?
— У меня, чёрт возьми, аж мурашки по коже, — Сан Янь вовсе не шутил. Он зажмурился, а затем снова открыл глаза. — Тебе что, больше приударить не за кем было?
Дуань Цзясюй поправил его:
— Не приударить, у меня всё серьёзно.
Сан Янь издевательски усмехнулся, его гнев ничуть не утих. Он размял шею, схватил Дуань Цзясюя за воротник, резко дёрнул вниз и ударил коленом в живот:
— Ты, кажется, совсем с ума сошёл.
Удар был очень сильным. Дуань Цзясюй почувствовал боль во всём теле, но сопротивляться не стал. На лбу выступил холодный пот, уголки губ всё ещё были приподняты в улыбке, и он с трудом выдавил:
— Ты хоть выбирай, куда бить.
— … — Сан Янь так разозлился, что у него даже желудок скрутило. Он снова ударил его по лицу. — Ты ещё хочешь, чтобы я тебя жалел?
Дуань Цзясюй отступил назад, на этот раз ударившись спиной о стену, и глухо застонал.
Сан Янь притянул его к себе и на этот раз пустил в ход ноги.
Они знали друг друга так давно, но никогда не дрались.
В этот первый раз Сан Янь колотил его так, словно хотел убить. В конце концов он и сам выбился из сил и прислонился к стене, тяжело дыша:
— Проклятье, давай передохнём.
Дуань Цзясюй опустился прямо на землю. Во рту стоял привкус крови, он сплюнул в сторону. Услышав это, он приподнял бровь, охнул от боли, но возражать не стал:
— Ладно.
Эта драка помогла Сан Яню немного остыть.
Какое-то время они молчали, и напряжение постепенно начало спадать.
Сан Янь негромко спросил:
— Как долго вы вместе?
— Полтора месяца, — Дуань Цзясюй поднялся и тихо рассмеялся. — В прошлый раз я говорил, что собираюсь поехать в Наньву к тебе именно из-за этого. Я поступил неправильно, поэтому хотел извиниться перед тобой лично.
Сан Янь:
— Ты просто мерзавец.
Дуань Цзясюй:
— Пожалуй, так и есть.
— Если бы ты нашёл кого-то своего возраста или даже младше, я бы поддержал тебя обеими руками и ногами, — сказал Сан Янь. — Но моя сестра, Сан Чжи… Ты ведь знаешь её с тех пор, как она была в средней школе? Она относилась к тебе как к родному гэгэ, и у тебя рука поднялась на такое?
— Дружище…
— Проваливай, какой я тебе, к чёрту, дружище.
— … — Дуань Цзясюй не удержался от смеха, отчего рана на губе отозвалась болью, и голос стал ещё более хриплым. — Хорошо, гэгэ. Знаю, тебе трудно это принять. Можешь бить меня столько, сколько влезет.
Сан Янь рассерженно усмехнулся:
— Кто тебе гэгэ?
Дуань Цзясюй:
— Рано или поздно придётся так называть, привыкай понемногу.
Они поймали такси.
Сев в машину, Сан Янь всё ещё чувствовал нелепость ситуации. Сама мысль об этом казалась невообразимой:
— О чём ты только думал?
— И не говори, — Дуань Цзясюй как раз получил сообщение от Сан Чжи. Он опустил глаза и, отвечая ей, небрежно бросил: — Малышка выросла и стала настоящей красавицей.
— … — Сан Янь сдерживал желание ударить его прямо в машине. — Ты что, красавиц не видел?
— Верно, — Дуань Цзясюй, не отводя взгляда от экрана, напечатал фразу «Всё в порядке, не волнуйся», и нежно улыбнулся. — И правда, никогда не видел никого прекраснее моей Чжичжи.
Сан Янь опустил стекло, подставляя лицо ночному ветру, чтобы сбить поднявшуюся волну гнева:
— Твоей Чжичжи?
Дуань Цзясюй вскинул брови:
— Ладно, пока что она твоя.
— Но рано или поздно станет моей.
Помолчав немного.
Сан Янь снова спросил:
— Всё действительно серьёзно?
Дуань Цзясюй погасил экран телефона. Услышав вопрос, он перестал улыбаться, и его тон стал непривычно серьёзным:
— Если бы это было несерьёзно, я был бы настоящим мерзавцем.
— Хорошо. — Сан Янь продолжал допрос, словно выяснял подноготную. — До чего у вас дошло?
— … — Дуань Цзясюй повернулся к нему, но на этот раз не ответил. — Послушай, дружище. Это уже вопрос личного пространства, не находишь?
Сан Янь:
— ?
Воздух на несколько секунд словно застыл. Сан Янь не мог поверить своим ушам и в упор уставился на Дуань Цзясюя:
— Мне неловко спрашивать об этом, но я должен знать точно: что же такого ты натворил, что это стало вопросом личного пространства?
Поняв, что тот его не так понял, Дуань Цзясюй едва не поперхнулся:
— Перестань. Дружище, ты о чём вообще думаешь?
Дуань Цзясюй:
— У меня в твоих глазах репутация совсем никудышная?
Сан Янь не отводил взгляда и спокойно произнёс:
— Если честно, именно так.
— И вообще, ты — старый пёс, которому почти тридцать, приударил за моей сестрой, которая только поступила в университет… — Сан Янь холодно усмехнулся. — Оказывается, твоё бесстыдство не имеет границ.
Дуань Цзясюй лениво протянул:
— Вообще-то, разница всего шесть лет и одиннадцать месяцев.
— … — Раз уж всё так обернулось, Сан Янь не мог заставить их расстаться. Он отвёл взгляд и неохотно произнёс: — Раз хотите встречаться — встречайтесь, но знай меру. Эту малявку дома на руках носили.
Дуань Цзясюй улыбнулся:
— Я знаю.
Вскоре он добавил:
— Спасибо, гэгэ.
Картинка замерла.
Вскоре окно в машине снова поднялось.
Сан Янь внезапно подался вперёд и с силой обхватил Дуань Цзясюя за шею, на его виске бешено забилась жилка.
Шум был таким сильным, что водитель невольно спросил:
— Что там происходит?
Боясь напугать водителя, Сан Янь поднял глаза и, подавляя гнев, вежливо ответил:
— Мастер, Вы не беспокойтесь.
— Я постараюсь не убивать его в Вашей машине.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
