Восьмая глава
Возле уха пронёсся внезапный порыв ветра.
Он принёс с собой едва уловимый аромат лайма, смешанный со слабым запахом табака. Солнечный свет падал на него, очерчивая золотистый контур и добавляя образу мягкости.
Они не виделись два месяца, и волосы Дуань Цзясюя стали немного короче. Сан Чжи не знала, кажется ей или нет, но он будто стал ещё выше. В остальном же он почти не изменился.
Всё такой же своенравный и ослепительный.
Сердце Сан Чжи тяжело ёкнуло.
От этих слов она вдруг почувствовала вину, словно её мысли прочитали. Казалось, она и впрямь совершила что-то дурное: от беспокойства она не знала, куда деть руки и ноги, а спина невольно выпрямилась.
Спустя мгновение она сунула мягкую куклу ему в руки и тихо произнесла:
— Я не знала, что она твоя.
Сан Чжи, опустив голову, смущённо отступила на шаг.
Не дождавшись ответа, она указала на стопку книг в багажнике и серьёзно объяснила:
— Я пришла помочь гэгэ с переездом. Увидела в машине вещи и хотела помочь ему отнести их наверх.
Подождав ещё несколько секунд и снова не услышав ни слова, Сан Чжи нерешительно добавила:
— Если бы я знала, что эта кукла твоя, то не стала бы помогать её нести.
— … — Брови Дуань Цзясюя дрогнули, он выпрямился и с вопросительной интонацией повторил: — Если бы знала, что она моя, то не стала бы помогать?
Сан Чжи тут же кивнула:
— Совершенно точно не взяла бы.
— «Совершенно точно»? — Голос Дуань Цзясюя звучал лениво, с лёгким упрёком. — Ребёнок, есть ли у тебя совесть?
— …
Взяла — назвали воровкой, не взяла — говорят, что нет совести.
Этот мужчина переменчив, как погода.
Дуань Цзясюй снова заговорил:
— Гэгэ оказал тебе огромную помощь, уже не помнишь?
После этих слов недовольство в душе Сан Чжи мгновенно улетучилось, и она пробормотала:
— Помню.
— И ты даже не хочешь быть к гэгэ подобрее?
Сан Чжи покосилась на него и промолчала.
Дуань Цзясюй тихо рассмеялся и больше не стал её дразнить, протянув ей куклу:
— Нравится — бери, поиграй.
Правая рука Сан Чжи дёрнулась. Внезапно она вспомнила его недавнюю фразу о том, что она «положила на него глаз», и резко отдёрнула руку, не осмеливаясь взять игрушку.
— Не хочешь? — Дуань Цзясюй убрал руку. — Тогда я её выброшу?
Сан Чжи помедлила, но всё же приняла подарок.
Дуань Цзясюю это показалось забавным:
— Хочешь — бери, что же ты за такой трудный ребёнок.
Услышав это, Сан Чжи недовольно возразила:
— Ты только что назвал меня воровкой.
— Гэгэ просто пошутил, — Дуань Цзясюй вытащил из машины стопку книг и, освободив вторую руку, захлопнул багажник. — Пошли, поднимемся.
Сан Чжи молча последовала за ним.
Дуань Цзясюй взглянул на телефон и спросил:
— Расстроилась?
Сан Чжи продолжала хранить молчание.
Дуань Цзясюй:
— Подарю тебе куклу в качестве компенсации, идёт?
Сан Чжи прямо сказала:
— Эта кукла очень уродливая.
— Уродливая? — Дуань Цзясюй приподнял бровь и посмотрел на игрушку. — Да вроде ничего.
— Зачем ты её купил?
— Я её не покупал, — Дуань Цзясюй задумался и безразлично добавил: — Забыл, откуда она взялась.
Сан Чжи вдруг что-то поняла и спросила:
— Гэгэ, это тебе кто-то подарил?
Дуань Цзясюй:
— М? Кажется, да.
Сан Чжи потеряла интерес:
— Тогда я её тебе верну.
— Не нравится? — Дуань Цзясюй протянул руку. — Ну давай сюда, гэгэ сам понесёт.
Сан Чжи молча отдала её.
Дуань Цзясюй спросил:
— Рюкзак не тяжёлый?
Сан Чжи:
— Нормально.
Дуань Цзясюй снова спросил:
— Сейчас придётся подниматься на пятый этаж, справишься?
— Конечно. Мне тринадцать лет, а не три года, — Сан Чжи нахмурилась, ей очень не нравилось, что он нянчится с ней как с младенцем. — И вообще, если бы я не смогла подняться, неужели ты собираешься нести меня на спине?
Дуань Цзясюй окинул её взглядом с ног до головы и изогнул губы в усмешке:
— Можно и так.
Сан Чжи:
— Мечтать не вредно.
Дуань Цзясюй на мгновение замер, а потом внезапно рассмеялся:
— Мечтать не вредно?
Сан Чжи поджала губы:
— Именно.
— Ладно, — примирительно согласился Дуань Цзясюй. — Буду мечтать.
Он положил куклу поверх книг. Она была довольно крупной и нескладной, из-за чего сильно бросалась в глаза. Сан Чжи ещё пару раз взглянула на неё, но быстро опустила веки и отвела взгляд.
Лестница была довольно широкой, но людей, снующих вверх и вниз, было много.
Опасаясь, что её толкнут, Дуань Цзясюй шёл впереди, позволяя ей следовать за собой.
Они молча поднялись на пятый этаж.
Сан Чжи не отличалась выносливостью: она тяжело дышала, щёки раскраснелись, а на лбу выступил пот. Преодолев последнюю ступеньку, она оперлась о стену и присела на корточки с таким видом, будто не сдвинется с места.
— Нет, мне нужно немного отдохнуть.
Дуань Цзясюй смотрел на неё пару секунд:
— Ладно, я зайду за тобой через час.
Сан Чжи тут же схватила его за правую ногу, упрямо возразив:
— Я только на минутку, зачем целый час?
Дуань Цзясюй поддразнил её:
— Ребёнок, ну и слабая же у тебя дыхалка.
Сан Чжи возразила:
— Это ваш университет поскупился и даже лифт не построил.
— Всего шесть этажей, зачем тут лифт?
Сан Чжи проворчала:
— Тогда тебе очень не повезло: всего шесть этажей, а ты живёшь на пятом.
— Ладно, вставай, — Дуань Цзясюй снова посмотрел в телефон. — А то ноги затекут.
Казалось, он немного торопился.
На этот раз Сан Чжи послушно встала.
Они пошли по коридору.
Сан Чжи шла чуть позади справа от него, с любопытством озираясь по сторонам.
Вскоре они подошли к дверям комнаты 525.
Дверь была открыта. Дуань Цзясюй вошёл и положил книги на ближайший к выходу стол.
Сан Чжи медленно зашла следом, повернула голову и встретилась взглядом с Сан Янем.
Кровать Сан Яня была напротив кровати Дуань Цзясюя. В этот момент он сидел на стуле, закинув длинные ноги на стол, и лениво пил воду:
— Хороший друг, потрудился ты.
Вид у него был на редкость раздражающий.
Сан Чжи недовольно произнесла:
— А ещё говорил, что у тебя нет времени спуститься и встретить меня.
Сан Янь невозмутимо ответил:
— Да, только что закончил прибираться. Только присел отдохнуть.
Услышав чужой голос, один полноватый парень высунул голову со своей кровати:
— О, это сестра Сан Яня?
Сан Чжи кивнула:
— Здравствуйте.
Другой парень вышел с балкона:
— Ого, а сяомэймэй-то миленькая.
Сан Янь закрутил крышку бутылки и бросил её в него:
— Не выражайся.
Парень ловко поймал бутылку и швырнул её обратно:
— Кого это ты воспитываешь? Сам-то обычно так загинаешь… — не договорив, он внезапно спохватился и с улыбкой добавил: — Ой, это я сболтнул лишнего. Сяомэймэй, не учись такому.
Сан Чжи молча кивнула.
Её взгляд переместился на Дуань Цзясюя и тут же опустился.
Дуань Цзясюй прибрал вещи на столе, а затем пододвинул свой стул к Сан Яню. Уголки его губ слегка приподнялись, и он, подражая парням, окликнул её небрежным тоном:
— Сяомэймэй, присаживайся здесь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
