Ци Юань был вне себя от ярости и, высоко подняв фучэнь, бросился в погоню.
Ли Чаншоу плавно отступил, один за другим уклоняясь от выпадов наставника. Даос Ци Юань начал применять заклинания, и фучэнь в его руке мгновенно удлинился. У берега озера замелькало бесчисленное множество призрачных теней от ударов метелки, но Ли Чаншоу, подобно вьюну1, ловко находил лазейки и уворачивался.
— Наставник, вы остыньте, я же стараюсь ради блага шимэй.
— Наша секта Дусянь относится к ветви Учения Жэнь, это одна из трех великих бессмертных сект! Как же в ней мог появиться такой младший, у которого вся голова забита ересью!
— Это всё потому, что у вас, наставник, острый глаз на таланты.
— Тьфу! Я сегодня же очищу врата2! Ва-я-я! До чего же ты меня довел!
— Наставник, когда вы злитесь, вы совсем теряете свое благообразие…
Под сенью ив Линъэ, которая поначалу сильно разволновалась, увидев, что наставник собирается побить шисюна, постепенно начала улыбаться, глядя на их «потасовку».
Она заметила, что наставник не наносит ударов в полную силу, а шисюн уклоняется легко и непринужденно.
Погоня продолжалась еще некоторое время, пока шисюн будто бы не поскользнулся и не рухнул на землю. Наставник тут же набросился на него, прижал к земле и принялся яростно стегать фучэнем по ягодицам Ли Чаншоу, извлекая ритмичные звуки…
Спустя мгновение даос Ци Юань, проучив старшего ученика, поднялся и поправил свои растрепавшиеся даосские одежды. Он прикрикнул на поверженного ученика:
— Тщательно обдумай свое поведение!
— Впредь тебе запрещено учить шимэй тому, как жить!
— Иди и закончи строить хижину для своей шимэй!
— Эх, да… слушаюсь, наставник…
— Линъэ, подойди! Я буду наставлять тебя в Дао! Забудь всю ту чепуху, которой тебя учил твой шисюн!
— О!
Линъэ тихо отозвалась. Она с тревогой посмотрела на припухшее под одеждами мягкое место своего шисюна и вдруг заметила правую руку Ли Чаншоу, спрятанную в рукаве…
Эта рука слегка помахала ей, показав большой палец.
Линъэ немного успокоилась. Глядя на жалкий вид шисюна, распластавшегося на траве, она опустила голову, хихикнула и поспешила вслед за наставником.
Ее шаг становился все легче, и в конце концов она побежала…
Ли Чаншоу лежал на земле и тяжело вздыхал. Рядом проплыло белое облако, которое медленно подхватило его.
Наставник и вправду приложил силу!
Ли Чаншоу потер ушибленное место, втянул холодный воздух и снова тоскливо вздохнул.
Если бы он знал, что наставник действительно его побьет, то не позволил бы себя поймать…
Впрочем, нельзя. Нужно было позаботиться о достоинстве наставника. Ведь сейчас у него мало надежд на достижение бессмертия, давление огромное, ему и так приходится нелегко.
Судя по заклинаниям, которые наставник только что продемонстрировал, его силы выглядят внушительно лишь снаружи, а внутри они пусты. Его фиксация на дыхании Ли Чаншоу постоянно прерывалась — явный признак излишней поспешности в стремлении повысить уровень культивации…
Ну да ладно, нужно придумать способ увеличить шансы наставника на успешное преодоление Небесного бедствия.
Ли Чаншоу почесал затылок и, лежа на облаке, погрузился в раздумья. Облако медленно поплыло к строящейся неподалеку третьей соломенной хижине.
…
Последние несколько дней были словно сон.
В тот год, когда ей исполнилось девять;
Когда она вместе с матерью гуляла по рынку, ее приметил старый бессмертный и взял в ученицы.
Хотя родителям было тяжело расставаться с ней, это была огромная удача. Если она добьется успехов в самосовершенствовании, это принесет благополучие всему их роду. Поэтому после прощального пира дома, выслушав множество наставлений а-нян, она последовала за наставником в секту Дусянь.
А затем она встретила своего немного странного шисюна.
У шисюна всегда наготове длинные речи, которые звучат очень убедительно, но в которых всегда чувствуется какой-то подвох;
Наставник не раз предупреждал, что шисюн — человек со странностями, и наказывал не брать с него пример. Но Линъэ почему-то казалось, что на самом деле шисюн — очень могущественный заклинатель.
В горах не было слишком строгих правил или этикета. В озерах и лесах было полно вкусностей, а изучение Дао оказалось довольно интересным занятием — во всяком случае, не таким скучным, как она представляла до прихода сюда.
Конечно, больше всего ей нравилось жарить мясо вместе с шисюном, кормить рыб, бродить по лесам в поисках вкусной дичи, чтобы набить свой животик, а потом сидеть на берегу озера и слушать его странные рассуждения…
Неужели и в будущем все дни будут такими?
Укутавшись в одеяло, сделанное из неизвестного ей материала, Линъэ тихонько выдохнула и повернулась к окну.
Внезапно ей показалось, что снаружи кто-то есть. Она приоткрыла сонные глаза и мгновенно проснулась от испуга, ее маленькое тело невольно задрожало.
За окном Ли Чаншоу лежал на белом облаке и слегка махал ей рукой.
— Ночные дополнительные занятия, девушка.
— А? — Линъэ моргнула и, спрятавшись под одеялом, кротко кивнула. — Угу…
— А теперь слушай второй вопрос!
Эх, шисюн и вправду странный человек.
Так прошло десять лет.
- вьюн (泥鳅, níqiū) — метафорическое обозначение очень скользкого и изворотливого человека. ↩︎
- очистить врата (清理门户, qīnglǐ ménhù) — фразеологизм, означающий наказание или изгнание из школы провинившегося ученика. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
