Пятый год обратного отсчёта.
Одна «ошибка по пьяни», сорвавшаяся с губ Фуси Жэньхуана, вознесла город Сюаньду на гребень волны.
— Бедный даос долго совершал расчеты и сквозь завесу великой катастрофы узрел ту самую нить Хунмэн цзыци1. В течение десяти лет девятая нить Хунмэн цзыци может, воспользовавшись отдачей от сил великой катастрофы, направленной против Небесного Дао, вырваться из его оков. Эта нить является «переменной». Небесное Дао не допустит её существования и в момент её появления вытолкнет её через брешь во внешние пределы первозданного мира, где она рассеется в Море Хаоса. В этом и заключается истина о том, что Дао насчитывает пятьдесят, Небо являет сорок девять, а одно ускользает, становясь переменной2.
В мгновение ока множество культиваторов, решивших, что в Пещере Огненных Облаков им ничего не светит, шумной толпой устремились к городу Сюаньду. Однако, не успели они приблизиться к его входам и выходам, как путь им преградил гром небесной кары.
Город Сюаньду был важнейшим оплотом за пределами небес, где постоянно бесчинствовали демоны, и простым смертным приближаться к нему не следовало.
Как раз в это время снаружи вновь собрались огромные полчища демонов из иных миров. Великий монах Сюаньду, следуя совету Ли Чаншоу, начал долгую прямую трансляцию через медное зеркало.
Он выставил на обозрение культиваторам, спешащим к городу, то, как обычно сражается с демонами и охраняет покой первозданного мира.
Порой заслуги следовало демонстрировать именно так.
В одночасье весть о доблести Великого монаха разнеслась по всему первозданному миру.
Трансляция длилась несколько месяцев, пока культиваторы не разошлись восвояси…
Великий монах наглядно показал им, что такое истинная сила уровня «полусвятого». Нескончаемые потоки демонов заставили даже обычных Дало отступить в нерешительности, не смея приближаться.
Ли Чаншоу тайно контролировал ситуацию в первозданном мире, постоянно внося тонкие коррективы и распространяя всевозможные слухи.
Разработка плана за десять с лишним лет до событий была тщательно выверенным сроком. Ли Чаншоу внимательно выбирал момент для распространения каждого слуха.
Он не стал с самого начала подавлять интерес обычных культиваторов к Хунмэн цзыци.
Хотя в первозданном мире не случалось историй о «восстании против судьбы» и не бывало ситуаций, когда толпа старых монстров сражалась за небесный шанс, который в итоге доставался какой-нибудь мелкой сошке, в глубине души каждого культиватора теплилось это «а вдруг?».
А вдруг удача улыбнется именно мне?
Эти десять лет были даны культиваторам, чтобы они остыли.
Чтобы они осознали, что риск несопоставим с возможной выгодой.
Чтобы они поняли: даже если им удастся заполучить нить Хунмэн цзыци, их мгновенно постигнет участь древнего Хунъюнь Лаоцзу, причем всё будет еще плачевнее — они вряд ли смогут даже переродиться.
Большинство культиваторов начали держаться подальше от Пещеры Огненных Облаков.
Четвёртый год обратного отсчёта.
Ситуация стабилизировалась. Возле Пещеры Огненных Облаков остались лишь мастера стадии Золотого Бессмертного и старые монстры стадии Дало.
Кто-то тайно установил множество формаций — если подсчитать, их набралось несколько тысяч, и они полностью блокировали подступы к Пещере Огненных Облаков.
В ходе тайных столкновений с каждой стороны Пещеры Огненных Облаков появилось по одному мастеру или влиятельной силе, которых считали наиболее вероятными претендентами на обладание Хунмэн цзыци.
Попутно они не оставляли без внимания и город Сюаньду.
Некоторые мастера проникали в Море Хаоса с других направлений, огибали первозданный мир и прибывали к окраинам Сюаньду для наблюдения.
Разумеется, они не могли заметить изменений в самом городе. Демоны извне продолжали штурмовать великую формацию Сюаньду, а фигуры Великого монаха и Кун Сюань, стоявшие посреди битвы, производили на наблюдателей неизгладимое впечатление своим непревзойденным величием.
Третий год обратного отсчёта.
Куньпэн занервничал.
Ли Чаншоу отчетливо чувствовал, что Куньпэн начинает терять терпение.
Бессмысленные атаки демонов прекратились, но вместо этого у стен Сюаньду была развернута бесчисленная армия, столь огромная, что само дыхание Хаоса в этой области почернело.
Настоящие «черные тучи, давящие на город».
Этот парень очень хотел устроить засаду перед Пещерой Огненных Облаков, но не мог появиться внутри первозданного мира, поэтому поставил всё на брешь в Сюаньду.
Однако Куньпэн понимал, что его надежды призрачны.
Даже если Хунмэн цзыци удастся вырваться за пределы первозданного мира, вырвать её из рук Великого монаха Сюаньду будет труднее, чем взойти на небо.
Если только Великий монах сам не откажется от возможности стать полусвятым.
Но Куньпэн был старым и свирепым хищником первозданных времен. Верный принципу «не бросать и не сдаваться», он продолжал поджидать в Море Хаоса за пределами Сюаньду.
Шанс достается подготовленной рыбе — таков был девиз Куньпэна, и именно к такому выводу…
Пришел Ли Чаншоу, изучив все прошлые деяния Куньпэна.
Куньпэн труслив и жаден, но пока остается хотя бы один шанс из десяти тысяч, он никогда не отступит.
Как ни парадоксально, при всей своей осторожности, он был безумцем, готовым идти на риск и ставить жизнь на кон в критический момент.
Ли Чаншоу порой невольно задумывался: родись он в древности советником человеческого рода, противостояние с Куньпэном, несомненно, стало бы для него самым тяжелым и изнурительным поединком.
Обратный отсчёт, последние восемнадцать месяцев!
Все приготовления Ли Чаншоу были завершены. Обычные культиваторы утратили былой пыл, и интерес к теме Хунмэн цзыци начал угасать.
Напротив, Западное учение начало активно разворачивать силы, заняв почти половину территории близ Пещеры Огненных Облаков.
Мастера учений Дао также не теряли энтузиазма: девять из двенадцати Золотых Бессмертных учения Чань уже объявлялись здесь, а половина из восьми великих учеников учения Цзе успели нанести визит в Пещеру Огненных Облаков.
Некоторые могущественные сущности вопрошали древних мудрецов человеческого рода в Пещере, как следует поступить с девятой нитью Хунмэн цзыци.
У мудрецов был лишь один ответ:
— Всё решит Небо.
Это давало богатую пищу для размышлений.
Обратный отсчёт, последние шесть месяцев.
Мастера вокруг Пещеры Огненных Облаков проявляли изрядное терпение, хотя аномальных явлений в округе стало меньше.
Небесный чертог вновь опроверг слухи, заявив, что не зафиксировано никаких колебаний Небесного Дао. Это создавало необходимую почву для последующих оправданий после поимки Куньпэна.
Планируя это дело, Ли Чаншоу, разумеется, метил не в одну мишень.
Идеальный расчет — это когда наряду с главной целью достигается и несколько второстепенных.
С течением времени Ли Чаншоу тоже начал нервничать.
Он мобилизовал все свои духовные силы: его истинное тело скрывалось в городе Сюаньду, а воплощение — во дворце Тайбай Небесного чертога, тайно следя за малейшими перемещениями в первозданном мире.
За суетой у Пещеры Огненных Облаков можно было не следить, ведь в это время у Сюаньду действовало уже не менее двадцати великих мастеров.
И это только те, кого он мог почувствовать «пассивно».
Свирепых тварей древних и стародавних времен, таящихся в Море Хаоса, напротив, было немного. И дело не в том, что они решили упустить такой шанс, — у них просто не было источников информации.
Пока Куньпэн не обращался к ним, они оставались лишь одинокими скитальцами в Море Хаоса.
Очевидно, Куньпэн не хотел плодить лишних конкурентов.
Его ужасающие огромные глаза пристально впились в город Сюаньду.
Ли Чаншоу, оглядываясь на свой грандиозный план, охвативший двадцать лет, испытывал легкое волнение.
Но он знал, что время праздновать еще не пришло. Пока лишь подготовлены удочка, крючок и леска…
Вскоре половина мастеров учений Дао, с которыми он договорился, прибудет в Сюаньду заранее, а другая половина устроит засаду в Море Хаоса. Пространственные норы Добао-шисюня вот-вот должны были произвести эффект разорвавшейся бомбы.
Тунтянь Шэнжэнь уже давно затаился в Море Хаоса.
Небесный чертог играл в этом деле открытую роль, неустанно убеждая всех, что это вымысел. К тому же, кроме него самого и воплощения Юйди, никто из небожителей не принимал в этом прямого участия. Впрочем, это было и не в их власти.
Учитель также дал молчаливое согласие на эту операцию и даровал флаг Пламени Света Земли, усилив защиту Ли Чаншоу.
Сглаз от черного леопарда уже был готов.
Сам он не давал никаких опрометчивых обещаний.
Юньсяо, Цюнсяо и несколько мастеров учения Цзе действовали сообща — они отвечали за поддержку с флангов, где риск был сравнительно невелик.
Всё шаг за шагом приближалось к назначенному дню.
- Хунмэн цзыци (鸿蒙紫气, hóngméng zǐqì) — Изначальная фиолетовая ци, редчайшая субстанция, необходимая для достижения статуса Святого. ↩︎
- Дао насчитывает пятьдесят… (大道五十，天衍四九，有一遁去为变数, dàdào wǔshí, tiān yǎn sìjiǔ, yǒu yī dùn qù wéi biànshù) — принцип из «Книги Перемен», указывающий на наличие в предопределенной судьбе шанса на изменение. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
