Ли Чаншоу достал нефритовую бирку управления кораблем «Куньпэн» и несколько раз слегка коснулся её пальцем. Каменный зал мелко задрожал, Куньпэн взмахнул крыльями и устремился вглубь моря Хаоса.
Ли Чаншоу сказал:
— Когда будем возвращаться, не забудьте схватить достопочтенного небесного демона, спектакль нужно разыграть до конца.
Цзинь Пэн, склонив голову, принял приказ. Сы Мэй-цзянцзюнь в этот миг не смели даже шелохнуться; они просто сидели там на коленях, излучая священный свет.
В углу каменного зала Чжао Гунмин уже погрузился в озарение, а Слабое Мерило Неба и Земли медленно вращалось вокруг него.
Святая Матерь Цзиньлин с улыбкой произнесла:
— Редко увидишь его таким прилежным.
— В этом его шанс, — Ли Чаншоу улыбнулся и негромко пробормотал: — Я думал, Юнь тоже придёт.
— Учитель специально наказал в этот раз не беспокоить Юньсяо-шимэй.
Святая Матерь Цзиньлин с лукавством в глазах поддразнила его:
— В этот раз мы идём по важному делу, и Учитель побоялся, что вы слишком увлечётесь любовными разговорами и упустите сокровище.
Договорив, Святая Матерь Цзиньлин подмигнула ему и вместе со Святой Матерью Гуйлин подошла к Чжао Гунмину, тоже усаживаясь для медитации.
Ли Чаншоу с лёгким смешком покачал головой.
Неужели они и правда не знают истины о том, что «когда мужчина и женщина трудятся в паре, работа спорится вдвое лучше»?
Ли Чаншоу снова сел на свою циновку для медитации. Половиной сознания он постигал Изначальную фиолетовую энергию Хунмэн в юаньшэне Куньпэна, а другой половиной следил за Картой Великого Предела, наблюдая за всем сущим в мире Изначального Хаоса.
Пользуясь случаем, он как раз перешёл к следующему этапу «тренировки душевных сил».
Сейчас рост его постижения Дао замедлился, и прорывы случались уже не раз в несколько месяцев, поэтому пришло время раскрывать свой потенциал в других направлениях.
Море Хаоса было бескрайним, и неизвестно, где скрывался Колокол Хаоса.
Прежде Учитель Тунтянь так долго прочёсывал море Хаоса в его поисках, что путь и на этот раз обещал быть неблизким.
Согласно прежнему плану, Ли Чаншоу продолжал оставлять «буи», созданные из осколков крупиц Дао, позволяя тому «остаточному строю», что оставил старший Лан, принести ещё немного пользы.
Так прошло двадцать три года.
Ом! Ом!
Меч Цинпин, паривший в центре главного зала, внезапно засиял ослепительным светом, мгновенно пробудив всех присутствующих мастеров.
Ли Чаншоу выпрямился и, следуя указанию меча Цинпин, приказал Куньпэну сменить курс.
Перехватить Колокол Хаоса!
***
Чужое небо, чужие земли, незнакомые холмы.
«Где это я?»
Лёгкий ветерок колыхал фигуру старого даоса, который никак не мог прийти в себя.
В глубине сознания всплывали образы — казалось, это были его воспоминания, но обрывочные и бессвязные.
Словно его память разлетелась на мелкие кусочки, и лишь малую часть удалось склеить воедино.
Ци Юань?
Кажется, так звали его в миру Дао.
Старый даос погрузился в раздумья. В его лишённых блеска глазах отражался золотой шар, плавающий в драгоценном пруду. Он посмотрел на свой призрачный, полупрозрачный облик.
Душа? Юаньшэнь?
Вспомнилось, как его поглотило пламя, после чего сознание угасло.
— Чаншоу… Линъэ… — негромко пробормотал старик.
В его сознании всплыли картины: мальчик и девочка, от детских лет до зрелости.
В этот миг сбоку приплыл поток мягкого золотого света, окутав призрачную фигуру даоса. Морщины на его лбу разгладились, а видения в сердце, подобно сну, выстроились в правильном порядке.
— Неужели бедный даос не умер?
Старый даос Ци Юань усомнился в происходящем. Он ведь ясно помнил, как его испепелило истинное пламя Золотого Ворона, а его тело мутного бессмертного2 и юаньшэнь были хрупкими, словно тонкая бумага.
Нет, даже тоньше той бумаги, из которой его старший ученик делал бумажных даосов.
Он вздохнул. Большая часть памяти всё ещё отсутствовала, но ключевые моменты сохранились…
— Брат по Дао уже покинул мир живых.
Услышав этот нежный голос, старый даос Ци Юань вздрогнул. Он обернулся и тут же поспешно встал, отвешивая глубокий поклон небожительнице, стоявшей на далёком холме.
— Культиватор школы Дусяньмэнь Ци Юань приветствует старшую и благодарит за спасение жизни!
— Вы слишком добры, — мягко ответила Хоуту. — Не стоит благодарить меня, я лишь возвращаю долг брату по Дао Чаншоу.
— Осмелюсь спросить, кто вы, почтенная?..
— Хоуту из рода У.
— Ве-великая Добродетель! Ик!
Глаза Ци Юаня округлились, ноги подкосились, и он тут же повалился на колени.
Но вслед за этим в его взгляде появилось некое облегчение.
Пройдя через жизнь и смерть, через рассеяние души и чудесное воссоединение остатков духа, его сердце Дао претерпело немалые изменения.
Хоуту сделала лёгкий жест рукой, и Ци Юань почувствовал, как невидимая сила подняла его на ноги.
— Брат по Дао, не нужно церемоний. Это место находится внутри Диска Шести Путей Перерождения. Хотя твоя душа уже вне опасности, ты можешь остаться здесь подольше, чтобы накопить благословения и вобрать в себя заслуги-гундэ1, которыми наделил тебя брат по Дао Чаншоу. Брат по Дао Чаншоу всегда беспокоился о твоей судьбе, так что это поможет ему обрести покой.
— Ох, да, — послушно ответил Ци Юань и поспешил спросить: — Почтенная, а Чаншоу и Линъэ в порядке?
Хоуту ответила:
— Разумеется. Брат по Дао Чаншоу теперь занимает десятое место в иерархии Небесного Дао, и его положение в Небесном чертоге уступает лишь Небесному Императору и Ванму-няннян. Сестра по Дао Линъэ тоже, кажется, отправилась в Небесный чертог и совершенствуется во дворце Тайбай, редко показываясь на людях. Однако есть одно дело, о котором тебе стоит поразмыслить.
— Прошу вас, говорите.
— Сейчас Чаншоу руководит Великим Бедствием Освящения Богов, наделяя божественными чинами по воле Небес. Ты — наставник, вырастивший его, и согласно предначертанному Дао, после твоего перерождения ты тоже окажешься в самой гуще Бедствия, став одной из важных его фигур…
Взгляд Ци Юаня стал отрешённым, словно он не мог переварить услышанное.
Выслушав объяснения Хоуту, Ци Юань решительно произнёс:
— Почтенная, лучше скажите прямо, что мне нужно сделать, чтобы помочь Чаншоу?
— Перед тем как отправиться на перерождение, выпей побольше отвара Мэн-по, чтобы забыть о прошлой жизни.
Ци Юань поспешно согласился:
— Не беспокойтесь, почтенная, я и несколько чаш осушу, если потребуется.
— Отдыхай, брат по Дао, — ласково промолвила Хоуту-няннян. — Когда он придёт в следующий раз, ты сможешь отправиться в круг перерождений.
— Благодарю Великую Добродетель Хоуту за наставление на путь истинный.
— М-м.
Хоуту нежно отозвалась, и её силуэт растаял по ветру, бесследно исчезнув.
- гундэ¹ (功德, gōngdé) — накопленные благими деяниями заслуги, которые влияют на карму и духовное могущество культиватора. ↩︎
- мутный бессмертный² (浊仙, zhuóxiān) — культиватор, чьё тело и дух осквернены земной энергией ци, что делает его путь к бессмертию крайне трудным и ограниченным. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
