Тунтянь не стал ничего утаивать. Взмахнув мечом Цинпин, он бросился вперед и в мгновение ока, словно ловко считая на счетах «три вниз, пять убрать, два»1, задал Почтенному Небесному Демону суровую трепку, сковав его «духовное ядро».
Вслед за тем Тунтянь вместе с Колоколом Хаоса и несколькими своими учениками заранее вернулся в Хунхуан. Ли Чаншоу и Цзинь Пэн остались, чтобы начать зачистку остатков внешних небесных демонов.
Когда Колокол Хаоса уходил, он специально спросил Ли Чаншоу, где тот живет в Хунхуане. Ли Чаншоу лишь улыбнулся и промолчал.
Он подумал: «Если бы этот Колокол Хаоса действительно отправился искать меня в Небесном суде, как бы мне следовало поступить?»
Впрочем, это было не такое уж и важное дело.
То, что он говорил раньше — будто владение Колоколом Хаоса вызовет подозрения и нападки со стороны Небесного Дао, — было, конечно, преувеличением.
Если бы Колокол Хаоса действительно мог противостоять Небесного Дао, то почему пал Дунхуан Тай-и? Почему Демонический суд был повержен человеческим родом?
В конце концов, это всего лишь сокровище. Каким бы сильным и чудесным оно ни было, перед лицом Учителя Дао оно совершенно беспомощно.
Игра с Небесным Дао заключается в общем течении событий и в правилах.
Если бы он все еще придерживался мысли, что, собрав побольше сокровищ, можно будет расправить плечи перед Небесным Дао, то он не смог бы далеко уйти в Хунхуане.
До Хунхуана было недалеко, и Ли Чаншоу на этот раз не торопился.
Его работа по сохранению секретности действительно была безупречной. Он устроил так, что Лунцзи с помощью техники трансформации превратилась в него и один раз показалась в Зале Тайбай, так что в Хунхуане не возникло смуты из-за его временного отсутствия.
Западному учению уже нельзя было не вести себя тихо. Они тоже не хотели терять силы перед началом убийственной кары.
Попутно Ли Чаншоу постоянно наблюдал за башней Луньхуэй Дицзана с помощью карты Тайцзи, но следов Милэ так и не обнаружил.
Этот Дашисюн Духовной горы словно испарился.
В последние десятилетия гибель существ внутри Хунхуана в основном происходила в Трех тысячах миров.
Согласно его плану развития, Храм Линьтянь, достигший определенных масштабов, начал оказывать давление на Царство богов благовоний, нарушив баланс сил между этим царством и Союзом бессмертных.
Союз бессмертных получил огромную помощь от Небесного суда и, тайно связавшись с Храмом Линьтянь, стал «союзником», чтобы нанести молниеносный удар по Царству богов благовоний.
Экспедиционная армия Небесного суда в Трех тысячах миров также сменила свой прежний неспешный стиль на стремительный, одерживая победу за победой.
Влияние Западного учения в Трех тысячах миров стремительно сокращалось.
Так называемые Три тысячи буддийских царств под единоличным управлением Ли Чаншоу также, можно сказать, умерли плодом во чреве2.
Попрощавшись с Тунтянем, Ли Чаншоу скрывался в Море Хаоса еще три года.
Изучив записи старшего Лан, он до конца исследовал духовное ядро врожденного божественного демона и понял форму существования существ с «множественными истинными духами».
Эти внешние небесные демоны на самом деле были частью запасного варианта его плана «Исчезновение Икс».
Поэтому Ли Чаншоу не стал уничтожать их сразу, а, напротив, усмирил с помощью тайного метода и передал Цзинь Пэну, чтобы тот вернул их в Небесный суд для подавления.
В течение этих трех лет Сы Мэй-цзянцзюнь постоянно «молились» на спине Цзинь Пэна, притягивая бескрайние полчища внешних небесных демонов и понемногу окрашивая этих черных как смоль существ в белый цвет.
Ли Чаншоу с легкостью получил армию «добрых небесных демонов».
Потратив еще несколько лет, он разместил этих добрых демонов в нескольких «опорных пунктах» за пределами зоны влияния Небесного Дао, полностью использовав «наследие», оставленное Куньпэном.
Сделав несколько небольших приготовлений в Море Хаоса и направив корабль «Куньпэн» подальше от хаоса, Ли Чаншоу спрятался в рукаве Цзинь Пэна, укрывшись картой Тайцзи.
Хотя этот выход нельзя было назвать полным триумфом, он дал Ли Чаншоу шанс сделать еще один уверенный шаг.
Что касается того, о чем договорится учение Цзе и будет ли использован Колокол Хаоса, он не мог в это особо вмешиваться.
Мэй Вэньхуа, Мэй Маобин, Мэй Дисянь и Мэй Синьцин были оставлены Ли Чаншоу за пределами мира. Они всем сердцем желали спасти своих сородичей, и в Небесном суде Хунхуана им было бы негде приткнуться.
Возвращение Цзинь Пэна с духовным ядром Почтенного Демона также было великим подвигом.
Ли Чаншоу, разумеется, заранее подготовил сценарий, чтобы Цзинь Пэн по возвращении в Небесный суд поведал историю о борьбе ума и отваги с врожденным божественным демоном.
Путь прошел без праздных разговоров, в хаосе было мало лишних слов.
Когда тень Цзинь Пэна вернулась в город Сюаньду, Ли Чаншоу посмотрел на спящего Дафаши, тайно поприветствовал Кун Сюань, забрал Ао И, охранявшего здесь «станцию ретрансляции сигналов», и вернулся в мир Хунхуан.
Подсчитав время, он понял: если брать за точку отсчета гибель Дисиня и замену Шан династией Чжоу, как в изначальном сценарии Возведения в ранг богов, то оставалось еще более двухсот лет.
Если же брать за точку отсчета рождение Дисиня, то оставалось менее ста пятидесяти лет.
На обратном пути Ли Чаншоу не сидел сложа руки, он снова и снова проверял планы своих подразделений, но все же чувствовал беспокойство.
Ведь как бы он ни рассчитывал, Великая кара Возведения в ранг богов не сможет избежать битвы святых.
А это была ситуация, которую он не мог контролировать.
К тому же, каким бы порочным ни был Дисинь, как мог он в нынешней «культурной атмосфере» мирского южного континента, где почитают Небо, Землю и предков, совершить подобное с яшмовой статуей Нюйва-няннян?
Если это не помрачение рассудка от судьбы карающей, то наверняка кто-то тайно строил козни.
Кроме того, стрела, выпущенная из лука Чжэньтянь Нэчжой, была полна странностей.
Да и почему Линчжуцзы переродился, он сейчас тоже не мог сказать наверняка.
«Скорее всего, я сам выбрал адский уровень сложности для Великой кары Возведения в ранг богов, и мне придется мериться силами со святыми с самого начала».
Ли Чаншоу втайне потер переносицу.
Раз уж дело дошло до этого, оставалось только идти навстречу трудностям.
В убийственной каре Возведения в ранг богов он уже не просто пассивно принимал происходящее и спасал людей, ему нужно было использовать эту великую кару, чтобы завладеть еще большим «капиталом» для безопасного отхода.
«В каких условиях Небесное Дао не сможет нанести по мне удар?»
Ли Чаншоу постоянно размышлял над этим вопросом с тех пор, как с его учителем случилась беда.
Вдали уже показались пять континентов Хунхуана.
То ли по наитию, то ли по внезапной прихоти, Ли Чаншоу применил метод созерцания ци и издалека посмотрел на этот таинственный и чудесный мир.
Лицо его изменилось. Маленький человечек в рукаве Цзинь Пэна резко вскочил, а в его сердце возникла такая картина.
Огромный кроваво-красный меч парил над пятью континентами, рукоять была окутана черной энергией, а на лезвии проступали видения кричащих живых существ. Меч уже завис высоко в небе над пятью континентами…
Воплощение убийственной кары, обида человеческого рода!
- 三下五除二 (sān xià wǔ chú èr) — буквально «три вниз, пять убрать, два», прием счета на абаке; означает быстрое и ловкое выполнение какого-либо дела. ↩︎
- 胎死腹中 (tāi sǐ fù zhōng) — буквально «плод умер во чреве»; идиома, означающая план или проект, который провалился еще до начала реализации. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
