Ци Юань смотрел на Ли Чаншоу, который сидел в позе созерцания, и, слегка оторопев, повернул голову, сердито глядя на Линъэ.
— Разве ты не говорила, что твой старший брат-соученик без сознания? С ним же всё в порядке!
Линъэ моргнула и вдруг указала пальцем за спину Ци Юаня:
— Учитель, скорее смотрите, старший брат-соученик высвободил свой юаньшэнь2!
— А?
Старый даос Ци Юань обернулся, но увидел лишь, как его старший ученик виновато ему улыбается.
В нос Ци Юаню ударил пронзительно-сладкий аромат, и прежде чем старый даос успел среагировать, сила снадобья уже подействовала на его изначальный дух.
Будучи мутным бессмертным — чжоусянем1, чья основа была изначально слаба, Ци Юань закатил глаза, и его тело начало медленно заваливаться назад…
«Ли Чаншоу» среагировал мгновенно: он выхватил мешок из звериной шкуры и накрыл им учителя.
— Свернись! — негромко скомандовал он.
Этот мешок для поимки людей, созданный из шкур десятка видов духовных зверей в «специальной версии эксклюзивно для учителя», мгновенно уменьшился до размеров кошелька, и «Ли Чаншоу» протянул его Линъэ.
Линъэ закупорила фарфоровый флакон в руке и с беспокойством произнесла:
— Старший брат-соученик, если мы вот так строим козни против учителя, не… не разругает ли он нас потом до смерти?
«Ли Чаншоу», заложив руки за спину, ответил мысленно:
— Ты и сама знаешь характер учителя. Если нагрянет сильный враг, он непременно бросится в бой первым. Позже я всё ему объясню. Действуй так, как мы репетировали: младшая сестра-соученица, жди здесь. Когда в секте зазвонит колокол и ученики направятся к пику Потянь, используй искусство перемещения сквозь землю, чтобы на полшага раньше остальных перенести учителя и меня в земные жилы. Я буду сражаться с помощью бумажных человечков, так что моё сознание будет в другом месте.
Линъэ с серьёзным видом кивнула:
— Угу! Старший брат-соученик, не волнуйся! Я позабочусь о тебе и учителе!
— Не нужно слишком беспокоиться, я всё время буду рядом с тобой и учителем, — передал «Ли Чаншоу». — Даже если на этот раз не удастся спасти секту Дусянь, я спасу вас.
Линъэ прикусила губу и тихо спросила:
— Старший брат-соученик, на сердце всё равно неспокойно… На какой ты сейчас ступени?
«Ли Чаншоу» слегка повёл уголком рта:
— Восьмая ступень Возвращения к Пустоте.
— О, — Линъэ поджала губы, не задавая больше вопросов.
Ли Чаншоу усмехнулся, решив больше не тратить здесь силы духа — впереди ещё было немало мест, где они ему пригодятся…
Этот бумажный даос сел перед алхимической печью и закрыл глаза. Линъэ тоже опустилась рядом со своим старшим братом-соучеником, привязала мешок с учителем к поясу и стала тихо ждать звуков колокола.
Хотя она до сих пор не знала, что за враг приближается, но если старший брат-соученик сказал, что он есть, значит, так оно и было в восьми случаях из десяти…
А в остальных двух — возможно, это очередная маленькая проверка от него же!
…
В то время как эти двое соучеников общими усилиями усыпили учителя, в трех тысячах ли от них, с двух разных направлений, два вражеских отряда уже ворвались в области с самой высокой концентрацией ядовитых ловушек.
Если взглянуть с высоты, можно было увидеть странное зрелище.
Две группы черных теней, подобных тучам саранчи, неслись низко над землей, но постоянно то останавливались, то замедлялись, а их строй то и дело нарушался. Перед ними и по обе стороны от них в самых разных местах ландшафта совершенно внезапно выбрасывались облака густого тумана или прилетала пыльца.
Несмотря на то, что они были настороже, при каждом срабатывании ядовитой ловушки несколько фигур неизменно падали на землю.
Глядя на это, Ли Чаншоу даже испытал легкое восхищение…
«Надо же, они до сих пор не пришли в себя».
По логике вещей, обнаружив первую же ловушку, они должны были понять, что раскрыты. Больше всего Ли Чаншоу опасался, что эти марионетки взмоют в небо и ринутся прямиком к горным вратам секты Дусянь — тогда от последующих ядов толку было бы немного…
Однако, как и предполагал Ли Чаншоу, став «марионетками», эти демоны, люди и духи утратили большую часть способности соображать и лишь слепо исполняли приказы. Это дало ядовитым ловушкам прекрасную возможность проявить себя.
Подсчитав расстояние, Ли Чаншоу понял, что враги уже подошли к горам ближе чем на две с половиной тысячи ли.
Вздохнув про себя, он с помощью двух бумажных даосов полностью активировал оставшиеся ловушки на обоих направлениях.
Если бы он раньше знал, что они окажутся настолько твердолобыми, он бы расставил в десять раз больше ядов — возможно, это позволило бы нейтрализовать большую часть угрозы для секты еще на подступах…
Впрочем, старейшина выделил не так много ядовитых пилюль, так что предаваться мечтам было бессмысленно.
В стволах деревьев и на дне водоемов два бумажных даоса, выполнив первую часть своей миссии, скрылись и временно вышли из игры.
А сознание Ли Чаншоу… мгновенно переместилось в бумажных даосов «Взрыв» номер три и номер пять!
Прошло всего мгновение, и из густого леса и ручья, находившихся всего в паре ли от защитного массива гор, вылетели двое хладнокровных старых даосов. Они взмыли прямо в воздух и с северо-западного и юго-западного направлений уставились на секту Дусянь.
Позиции этих двух даосов идеально соответствовали двум наступающим вражеским отрядам!
Аура на их телах неистово дрожала, а мощь бессмертных сил бурлила во всем существе.
Внутри секты Дусянь одно за другим начали прощупывать пространство восприятия бессмертных, которых тут же привлекли фигуры этих двоих.
Один старый старейшина пробормотал то, о чем подумали многие:
— Что эти двое даою собираются делать? Почему они выглядят такими незнакомыми…
Щёлк!
В темноте Ли Чаншоу щелкнул пальцами, быстро отзывая сознание из двух бумажных даосов.
— А ну, все откройте глаза и смотрите!
Оба даоса одновременно закинули головы и взревели, и изнутри их тел вырвалось ослепительное сияние…
Сказав это, они совершили самоподрыв прямо перед защитным массивом!
Грохот, подобный раскатам грома, огласил окрестности, а вырвавшаяся энергия бессмертных превратилась в ударную волну, заставив защитный массив гор мелко дрожать. Это зрелище повергло всех бессмертных секты Дусянь… в полное недоумение.
Что происходит?
Внезапно появились двое даосов, проорали пару фраз и взорвали себя только ради того, чтобы встряхнуть защитный купол? Чтобы им было громче слышно?
Глава секты Дусянь тоже пробудился от медитации…
Восприятие Золотого бессмертного устремилось в сторону взрывов, и он мгновенно обнаружил две группы черных теней, стремительно несущихся к секте!
— Плохо дело!
Этот даос с лицом человека средних лет одним шагом покинул место своего уединения и предстал над пиком Потянь. Он глянул на северо-запад, затем на юго-запад и выкрикнул, разнося свой голос на тысячи ли:
— Что за ничтожества осмелились напасть на мою секту Дусянь! Старейшины и ученики всех пиков, слушайте приказ! Готовьтесь к бою, защищайте врата!
Двое встревоженных дежурных истинных бессмертных тут же схватились за таран у большого колокола подле главного зала и изо всех сил ударили в него!
Те в секте, кто был в уединении, занимался практикой, играл в шахматы, шутил или предавался радостям с партнером по Дао — все были мгновенно подняты на ноги громовым голосом главы!
С каждого пика тут же устремились фигуры…
Тем временем две группы комариных марионеток, находившиеся еще более чем в двух тысячах ли, наконец осознали тот факт, что их передвижения обнаружены…
Старый даос Юань Цзэ в маске из трухлявого дерева и двое других «лже-Золотых бессмертных» одновременно отдали приказы на обоих направлениях!
- Чжоусянь (浊仙, zhuóxiān) — «мутный бессмертный», практик, обретший бессмертие с помощью пилюль или упрощённых техник, что ограничивает его дальнейший рост. ↩︎
- Юаньшэнь (元神, yuánshén) — изначальный дух, высшая форма сознания и магической энергии практика, способная существовать отдельно от тела. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
