Глава сто вторая. Ты совсем не понимаешь Бога морей!
Вернувшись на пик Сяоцюн, Ли Чаншоу вошел в алхимическую комнату.
Он снова окинул одобрительным взглядом «оборонительный массив павильона», который сам же возвел для Цзюцзю-шишу.
И впрямь, если бы он не оставил скрытую «лазейку», то и сам не смог бы разглядеть ничего за этими слоями световых барьеров…
Благодаря этому случаю уровень безопасности маленькой шишу внутри врат ордена значительно вырос.
Пусть ценных материалов было затрачено немало…
Однако ценность шэн-мин1 куда выше, чем можно измерить любыми сокровищами!
Если посчитать всех «друзей», с которыми он сейчас связан: Цзюцзю-шишу, Цзюу-шибо, старейшина Вань Линьцзюнь…
И добавить к ним еще ту «ядовитую» шимэй.
Количество «друзей» уже начало слегка превышать его ожидания.
В будущем стоит быть осмотрительнее, чтобы из-за обилия знакомств с даосами не оказаться втянутым в какие-нибудь странные дела.
Затем он проверил массивы в разных частях пика Сяоцюн и некоторое время понаблюдал за происходящим на других пиках ордена.
Почувствовав на мгновение отголоски даосской рифмы, исходящей от совершенствующейся шимэй, он украдкой взглянул на шифу, усердно тренирующегося в травяной хижине…
Убедившись, что всё идет своим чередом, Ли Чаншоу активировал вокруг алхимической комнаты сковывающие и вводящие в заблуждение массивы. Оставив крупицу сознания охранять основное тело, он перенес большую часть духа в Бумажного даоса.
Сейчас первоочередной задачей было разорвать кармическую связь с Богом морей Южного моря. Нельзя было и дальше позволять учению Бога морей бесконтрольно и дико разрастаться…
В пустотах подземных скальных жил он медленно открыл глаза.
Ли Чаншоу проверил камни-сенсоры на теле бумажной куклы и несколько простых массивов, установленных вокруг.
Хорошо, его никто не обнаружил…
Стабилизировав ауру Бумажного даоса, Ли Чаншоу применил технику перемещения сквозь землю и поднялся с глубины в тысячу чжанов до ста чжанов.
Глубина в сто чжанов под землей была выбрана им после тщательных раздумий.
На таком расстоянии скорость перемещения была выше, аура не вызывала колебаний на поверхности, и не было риска врезаться в жилы твердых драгоценных металлов…
Хотя, если бы он действительно в них врезался, то мог бы внезапно разбогатеть…
В данный момент Ли Чаншоу находился на границе между Восточным Континентом Совершенства и Южным Континентом Джамбу. Миновав небольшие территории демонов, он стремительно приближался к миру смертных Южного континента.
Чтобы повысить уровень безопасности, Ли Чаншоу выбрал тот же путь, по которому уже ходил раньше…
Бессмертное чутье скользило по горам и рекам, что встречали и провожали его, мелькая перед глазами.
Стоило мысли шевельнуться, как он снова видел знакомые картины.
Например, часто случающиеся схватки практикующих или отнюдь не редкие битвы горных демонов и лесных духов.
Война у той великой заставы наконец-то утихла, а городские стены окрасились в темно-красный цвет.
А ту пару — деверя и невестку, сбежавших ради любви и свободы, Ли Чаншоу случайно приметил на опушке горного леса.
Вот только деверь всё еще был там, а невестка бесследно исчезла; рядом какой-то юноша рубил дрова и разводил огонь…
Должно быть, в этом и заключается суть хун-чэнь2.
Проведя в пути под землей два дня, Ли Чаншоу нашел укромный уголок под одним из крупных городов мира смертных и сменил Бумажного даоса.
Бессмертная сила бумажных кукол не могла восстанавливаться сама по себе, и тратить боевую мощь одного даоса просто на дорогу было явно невыгодно.
Так, двигаясь без остановок, Ли Чаншоу потратил еще семь-восемь дней, прежде чем медленно приблизился к самому себе…
К какому еще себе!
Дела учения Бога морей Южного моря изначально не имели к нему никакого отношения!
Если бы можно было вернуть все эти заслуги благовоний и взамен добиться бесследного исчезновения храмов Бога морей, Ли Чаншоу непременно проголосовал бы за это обеими руками.
Сейчас учение Бога морей было не слишком масштабным и распространялось в основном в городках и деревнях на побережье Южного моря; по большей части Бога морей почитали рыбаки…
Первым местом для остановки Ли Чаншоу выбрал обычный городок, расположенный на равнине, на самом краю сферы влияния культа.
Здесь жило около пяти-шести тысяч семей, останавливалось много торговцев, так что место было довольно процветающим…
На главной дороге, пересекавшей город, можно было увидеть смирных животных, похожих на волов или лошадей, которые тянули повозки с людьми и товарами.
Храм Бога морей был построен в южной части городка, прямо у большой дороги.
Благовония там курились вовсю; те, кто уходил в путь или возвращался домой, чаще всего заходили сюда зажечь ароматную палочку и попросить о спокойной дороге.
Найдя безлюдный уголок и понаблюдав из тени несколько часов, Ли Чаншоу наконец решился выбраться на поверхность в густом лесу…
На этот раз Бумажный даос принял облик седовласого и белобородого старого даоса с добрым лицом.
Чистое серо-белое одеяние, даосский венец на голове, в руках — фучэнь. Походка его была столь легкой, словно он парил над землей, напоминая преисполненного бессмертного духа отшельника…
Сначала Ли Чаншоу немного прогулялся по городу; многие смертные бросали на него взгляды.
Это место считалось окраиной земель человеческого рода, нравы здесь были простыми, а практикующих в таком обличии люди видели нечасто, поэтому в их глазах читалось любопытство.
Помимо любопытства, горожане проявляли и радушие.
Когда он проходил мимо лавки с паровыми пышками, торговец поднес ему горячую пышку, от которой шел пар.
Перед чайной молодой разносчик весело поздоровался, протягивая чашку горячего чая.
Случайно проходя мимо изящного деревянного терема, он увидел, как наверху распахнулось окно; короткая подпорка случайно сорвалась вниз, а прикрывшая рот ладонью сяонянцзы за окном тихо рассмеялась…
Ли Чаншоу, ничего не замечая, шел дальше и постепенно приблизился к храму Бога морей Южного моря.
Храм этот не выглядел величественным.
По сути, это был просто квадратный двор, в центре которого возвышалось каменное изваяние высотой в чжан.
Войдя в ворота, Ли Чаншоу задрал голову, глядя на эту статую, чье лицо и фигура были чрезвычайно похожи на его истинное тело, и в душе невольно вздохнул.
Сам виноват, не хватило мастерства — не освоил еще технику, заставляющую людей забывать его облик.
Тогда, под ударами Небесного бедствия и Небесной кары, будучи тяжело раненным и погруженным в озарение перед вознесением, Ли Чаншоу действительно не мог позаботиться о таких деталях…
Оставалось лишь теперь искать способы всё исправить.
— О? Откуда вы прибыли?
- 绳命 (shéngmìng) — ироничное коверкание слова «жизнь» (生命, shēngmìng), ставшее популярным интернет-мемом. ↩︎
- 红尘 (hóngchén) — «красная пыль», буддийское и даосское понятие, обозначающее суетный мир смертных с его суетой и привязанностями. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
