Хех, стальные скелеты, и только.
— Малое божество приветствует Ванму-няннян!
— Дорогой подданный Чангэн, — медленно заговорила Ванму, — я слышала, Его Величество поручил тебе на этом Персиковом пиру заняться делом о принятии драконов. Сегодня я пригласила тебя, чтобы ты посмотрел, как они всё обустроили. Кого наградить, а кого наказать — решай сам.
— Малое божество принимает приказ, — Ли Чангэн почтительно сложил руки в даосском приветствии и уже собирался развернуться, чтобы уйти, но Ванму продолжила.
Ванму произнесла:
— Я долгое время пребываю в Яшмовом пруду, занятая совершенствованием, и часто виню себя за то, что не могу разделить заботы Его Величества. К счастью, дорогой подданный Чангэн поступил на службу Небесному двору, и теперь дела постепенно приходят в порядок. В том, что Небесный двор достиг нынешнего величия, твоя заслуга неоспорима.
— Малое божество не смеет приписывать заслуги себе, — поспешно ответил Ли Чангэн. — Все дело в мудром руководстве Его Величества. Его Величество обладает великим талантом и стратегическим видением, он неустанно трудится и заботится обо всех живых существах в Трех Мирах, что вызывает у малого божества искреннее восхищение.
Ванму невольно издала тихий смешок, который прозвучал подобно переливам жаворонка, весьма чарующе.
Хм, всего лишь скрежет стального скелета о собственные кости.
— Чуть позже я отправлю людей в твое поместье с наградой, не вздумай отказываться или пренебрегать ею. Дорогой подданный Чангэн, я не слишком разбираюсь в великих переменах мира, и у меня есть несколько сомнений, не мог бы ты их разъяснить?
— Спрашивайте, няннян, — Ли Чангэн опустил голову и сложил руки перед собой, — малое божество ответит со всей рассудительностью.
— Я слышала, что первыми против племени драконов начали интриговать последователи Западного учения. Но ты подал прошение Его Величеству, разъяснив пользу и вред этого дела, а затем попросил Его Величество позволить тебе помочь драконам вознестись на Небеса. За считанные годы ситуация изменилась так, что Западное учение, кажется, потерпело поражение… Как тебе удалось этого добиться?
Ли Чангэн подумал: «Об этом стоит начать рассказ с того, как некий Цзиньчань-цзы дал клятву в его Храме Морского бога».
— Няннян, возможно, вам неизвестно, — с улыбкой сказал Ли Чангэн, — Запад — это одно из величайших учений в мире, за которым стоят два Святых старца. Они хотели заполучить драконов по двум причинам: во-первых, чтобы превратить их в острое оружие в своих руках, а во-вторых, их прельстили богатства, накопленные драконами за бесчисленные эпохи. Если бы эти сокровища достались Западу, их процветание получило бы еще более прочную основу. Великое учение относилось к драконам с пренебрежением: они требовали верности, но не желали давать ничего взамен. Поэтому они действовали жестоко, посылая свирепых зверей, из-за чего драконы несли огромные потери и пребывали в мучениях. Мы же, Небесный двор, принимаем драконов, чтобы утвердить небесную мощь, установить авторитет и усилить влияние Небесного двора. Мы можем дать драконам множество благ и избавить их от кармических препятствий. Когда одно убывает, другое прибывает. Нужно лишь ухватиться за общую тенденцию, и тогда не потребуется лишних интриг — драконы сами обратятся к нам сердцами.
Услышав это, Ванму медленно кивнула и улыбнулась:
— Хоть ты и говоришь так легко, дорогой подданный Чангэн, но все эти трудности вряд ли понятны другим. Однако как Запад может смириться с таким исходом? Будут ли у них какие-то замыслы на этом Персиковом пиру?
— Будут, — ответил Ли Чангэн. — Согласно моим расчетам, чуть позже могут без приглашения явиться некоторые ученики Святых Западного учения. Впрочем, я уже доложил об этом Его Величеству, и Его Величество уже подготовил ответные меры.
— Вот и хорошо, — Ванму медленно кивнула. — Раз Его Величество подготовился заранее, я могу быть спокойна.
Ванму больше не спрашивала об этом и задала Ли Чангэну несколько незначительных вопросов. Например, обзавелся ли он спутницей для Дао или есть ли у него какие-то замечания к нынешним Небесным правилам.
Ли Чангэн отвечал осторожно и взвешенно, с начала и до конца не допустив ни единой ошибки и ни разу не подняв глаз, чтобы хотя бы мельком взглянуть на Ванму.
Когда Ли Чангэн вышел из дворца Ванму и направился к месту проведения Персикового пира, чтобы руководить подготовкой, он смотрел на этих щебечущих иволг и ласточек1, на грациозные фигуры, снующие группами, и невольно в своих мыслях…
Облачал их слой за слоем в стальные каркасы.
С-с-с…
Этот новый образ и впрямь обладает слишком сильным последействием!
Десять дней пролетели как одно мгновение. Ли Чангэн действовал сразу на нескольких направлениях, постоянно перемещаясь и будучи чрезвычайно занятым.
За полдня до начала Персикового пира один из бумажных даосов Ли Чаншоу появился в Восточном дворце дракона. Вместе с Королем драконов Восточного моря, его старшим принцем, двумя дочерьми, более чем десятью старейшинами и генералами племени драконов они направились к Вратам Срединных Небес.
Путешествуя верхом на ветре, Ли Чаншоу еще раз напоминал важным лицам из племени драконов о некоторых деталях. Драконы знали, что отправляются на Небеса, чтобы признать себя подданными, поэтому Король драконов Восточного моря сменил свои золотые одежды.
Едва они прибыли к Вратам Срединных Небес, как с запада, юга и севера, пронзая облака и туман, примчались еще несколько десятков лазурных драконов. Прилетев с земель Великих Пустошей, они опустились перед Вратами и приняли человеческий облик.
Ли Чангэн бросил взгляд на Короля драконов Западного моря и на старейшин и генералов за его спиной, чьи лица выражали странные эмоции, и внутренне усмехнулся.
Время проведения Персикового пира и приглашение драконов, разумеется, не могли остаться тайной для Западного учения — это можно было легко вычислить. Но Ли Чаншоу последние десять с лишним лет постоянно вел тонкую игру: сначала он игнорировал дворец дракона Западного моря, выпуская одну за другой волны правдивых и ложных слухов.
И только вчера он попросил Короля драконов Восточного моря написать личное письмо Королю драконов Западного моря, велев тому выбрать самых доверенных людей и прибыть сюда для встречи в этот час.
Среди группы с Западного моря наверняка было немало предателей-эруцзаев2. Если они вздумают устроить беспорядки на Персиковом пиру, у Ли Чаншоу как раз был наготове запасной план.
Принятие драконов на Персиковом пиру уже стало открытой стратегией, игрой в открытую. Вне зависимости от того, контролируется ли дворец дракона Западного моря Западом на самом деле, номинально он обязан подчиниться Небесному двору. Такова была воля великих перемен.
— Прошу вас, — Ли Чангэн жестом правой руки указал вперед.
Четыре Короля драконов летели на облаках впереди всех, Ли Чангэн следовал сбоку, а за ними стройными рядами шли генералы, принцы и старейшины драконов. Большая часть из них была полна надежд и ожиданий, но некоторые… казалось, чувствовали себя так, словно у дракона случилось несварение желудка.
У Врат Срединных Небес в полной боевой готовности стояли шестьдесят тысяч элитных воинов Небесного двора и девять генералов в стадии Золотого Бессмертного.
В то же время, в великом Храме Морского бога в Южном море.
Ли Чаншоу разбудил Чжао Гунмина, который пребывал в пьяном забытьи последние несколько дней. Давно ожидавший Ао И поспешно выступил вперед и поклонился.
Ли Чаншоу с улыбкой сказал:
— Персиковый пир на Небесах скоро начнется. Мое воплощение ждет у Врат Срединных Небес. Лаогэ, отправляйся вместе с Ао И на Небеса, встретимся у Врат.
— Идет!
Чжао Гунмин зевнул и спросил:
— Не стоит ли мне захватить подарок для Юэлао?
Ли Чаншоу достал из рукава кувшин бессмертного вина и улыбнулся:
— Уже всё подготовлено. Это плодовое вино, которое Юэлао любит больше всего. Вещь не самая дорогая, но в самый раз, чтобы выразить добрые чувства.
— Отлично! — Чжао Гунмин расхохотался, поглаживая бороду, и, подхватив Ао И, умчался на облаке.
На северо-западной окраине Южного Континента, на маленьком челне.
Лунцзи вытерла ароматный пот со лба и встала. Глядя на законченную карту водных путей перед собой, она только теперь осознала, как много сделал Морской бог за эти двенадцать лет. Будь она на его месте, боится, что не закончила бы работу и за сто лет.
— Готово, — Ли Чаншоу улыбнулся и, достав из рукава два драгоценных мешочка, передал их Лунцзи. — Мое другое воплощение ждет у Врат Срединных Небес. Отнеси эти карты туда и встреться со мной.
Трое древних старейшин племени драконов, находившихся неподалеку, проявили свои очертания.
Лунцзи поспешно спросила:
— Морской бог, разве вы не вернетесь вместе со мной?
— Хм, — Ли Чаншоу кивнул. — Когда одно воплощение встречается с другим, и у обоих одинаковые седые волосы, белые бороды и старые лица — мне-то всё равно, но я боюсь, что у воинов Небесного двора, охраняющих ворота, может случиться потрясение.
Лунцзи негромко рассмеялась и, прижав к груди мешочек с картами, над которыми Ли Чаншоу трудился двенадцать лет, направила облако к Вратам Срединных Небес.
А этот магический челн Ли Чаншоу походя присвоил себе.
«Эх…»
Бумажный даос Ли Чаншоу стоял на челне, слушая шум бурных потоков внизу и ощущая обильную энергию воды между небом и землей, но в сердце его не было особых чувств.
Занавес поднят, выпущенная стрела не возвращается. Этот мир…
Ли Чаншоу внезапно прервал свои размышления. Его истинное тело, сидевшее в травяной хижине на берегу озера на Пике Сяоцюн, повернуло голову в сторону соседней комнаты.
Просыпается? А она умеет выбирать время.
- Иволги и ласточки (莺莺燕燕, yīng yīng yàn yàn) — образное выражение, описывающее толпу прекрасных и юных девушек. ↩︎
- Эруцзай (二五仔, èr wǔ zǎi) — кантонское сленговое выражение, означающее предателя или шпиона. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
