Глава 356. Вообще-то, могло бы и быть
К счастью, Ли Чангэн вовремя успел передать голос по связи и остановил всё последующее «представление»!
Эти Ню-тоу и Ма-мянь — нет, вся эта преисподняя Дифу!
В делах они перебиваются кое-как, зато в развлечениях — в первой тройке мастеров. Начали сразу со «Свирепого призрака девы, скрывающего небеса», до предела сгустив мрачную и пугающую атмосферу Дифу!
Когда Ли Чангэн позвал их передачей голоса, Ню-тоу и Ма-мянь вместе с несколькими военачальниками стражи Дифу подошли, расплываясь в извиняющихся улыбках.
Ню-тоу веско произнес:
— Шуйшэнь, с вашим-то нынешним положением и статусом, даже если бы масштаб торжества был в несколько раз больше, это не было бы чрезмерным.
Ли Чангэн в самом деле хотел отругать их, но ради осторожности лишь сказал:
— Я знаю, что вы преисполнены рвения, и в полной мере ощутил это… пылающее, подобно огню, гостеприимство Дифу. Но в подобных делах, где за внешним лоском ничего не стоит, впредь нет нужды! Сегодня генерал Чжао и я прибыли в Инси по важным делам, поэтому прошу вас, даою, представить меня паньгуаню, ведающему Книгой Людей, или кому-то из яньванов, кто сейчас свободен.
Ню-тоу и Ма-мянь тут же согласились, пообещав всё устроить.
В этот раз Ма-мянь, «плохо справившийся с обязанностями», сам впрягся и потащил повозку, за которой следовали несколько офицеров из стражи теней.
Ню-тоу во весь опор помчался в город Фэнду, поднимая столбы пыли и на ходу выкрикивая приказы, чтобы все «маленькие сюрпризы», засевшие в засадах, немедленно убирались.
Подобную церемонию встречи они репетировали уже не раз, и в запасе у них был отнюдь не только «Призрак красавицы1»!
На повозке Чжао Дэчжу, сохраняя на лице легкую улыбку, не удержался от мысленного комментария по связи:
— Чангэн, то, что род У заправляет столь важным местом, как Дифу… насколько это вообще уместно?
Ли Чангэн в тот же миг увидел, что над головами большинства представителей рода У в Дифу загорелся иероглиф «Опасность»…
— Хотя Ню-тоу и Ма-мянь служат ловцами душ в Инси, сами они делами Дифу почти не занимаются, но сила их весьма недурна, — ответил Ли Чангэн. — Яньваны и паньгуани Дифу, а также Книга Людей — Книга Жизни и Смерти — и Кисть Судьи вполне сносно справляются с делами круговорота перерождений. В конце концов, они управляют этим столько лет…
Стоило ему договорить, как мимо на облаке, низко над землей, пролетели несколько культиваторов, оживленно переговариваясь:
— Кто бы мог подумать, что для устройства перерождения шибо хватит всего нескольких обычных сокровищ. Оно того стоило!
— Верно, главное — найти нужные связи.
— Теперь-то понятно, как всё устроено в Дифу. Если вдруг в битве на заклинаниях не сдюжим, можно будет сберечь душу и оставить себе путь к отступлению…
— И впрямь, довольно удобно.
Чжао Дэчжу: «…»
Ли Чангэн поспешно передал:
— Конечно, у Дифу и Инси немало изъянов. Когда они перейдут под начало Небесного двора, там придется провести основательную чистку!
Чжао Дэчжу покачал головой и вздохнул:
— Подобная картина, в сущности, вполне ожидаема. Раз культиваторы могут проникать в призрачный мир Дифу, значит, у них есть возможность вмешиваться в Шесть путей перерождения. Остается лишь надеяться, что число живых существ в этих путях не изменится и эти темные делишки не повлияют на нормальное перерождение других созданий.
Ли Чангэн, немного подумав, сказал:
— Будьте спокойны, ваше величество, этого не должно случиться. Если это действительно затронет обычные перерождения, законы Небесного Дао наложат кармическое возмездие, которое эти бессмертные чиновники Дифу вряд ли смогут вынести.
— Если так, то хорошо…
Пока они разговаривали, оба разослали свое бессмертное восприятие, осматривая виды внутри и снаружи города Фэнду.
Воплощение Нефритового Императора увидело и «Колодцы Чэнхуанов», беспорядочно разбросанные повсюду, и скопления неприкаянных душ, парящих вокруг Фэнду, которые не могли переродиться и ждали лишь, когда их духовная сила рассеется, превратив их в истинные искры духа…
Его вновь захлестнули чувства:
— В былые времена, когда предки рода У разрушили гору Бучжоу, небесная опора рухнула, и воды Небесной реки затопили земли Хунхуан. Вдобавок к этому, после войны между У и Демонами мир и Кровавое море были переполнены неупокоенными душами. Тогда великая добродетельная Хоуту обратила себя в Шесть путей перерождения, чтобы искупить грехи рода У и даровать благо всем существам. Но сегодня я вижу у диска перерождений всё так же много душ, которым некуда податься. Сердце моё полно тревоги.
Ли Чангэн произнес:
— Тому, что души не могут переродиться, есть множество причин. Раньше малый бог пытался наставлять и спасать такие души и даже обрел за это немного заслуг. Очевидно, что существование этих душ в определенной степени увеличивает бремя диска Шести путей перерождения…
В передней части повозки Ли Чангэн и Чжао Дэчжу продолжали беседу через передачу голоса.
Сидевшая чуть поодаль Лунцзи с любопытством разглядывала «чужеземные пейзажи» за стенами Фэнду, а Ао И отрешенно смотрел вдаль, на склон горы, усыпанный мелкими белыми цветами.
Пролетел легкий ветерок…
Ао И внезапно поднялся в повозке и посмотрел в сторону Фэнду, на его чистом лице отразилось нетерпение.
— Брат глава культа, — позвал Ао И, — могу я отправиться в город первым?
— Иди, — ответил Ли Чангэн. — Даою Ма-мянь, не могли бы вы проводить его?
— Никаких хлопот, никаких хлопот! И-го-го!
Ведущий вола Ма-мянь тут же согласился, хлопнул старого вола по голове и, пригрозив, что вечером тот пойдет на жаркое из духовной говядины, заставил животное смирно везти дорогих гостей в город.
После этого Ма-мянь вместе с Ао И поспешили к Фэнду первыми.
Чжао Дэчжу спросил:
— Что с ним?
— Должно быть, услышал зов душ соплеменников из рода Драконов, — вздохнул Ли Чангэн. — Пусть сходит, повидается, иначе это камнем ляжет ему на сердце.
— Добро.
Чжао Дэчжу медленно кивнул и продолжил беседу с Ли Чангэном.
Вскоре показались восточные ворота Фэнду.
Толпа призрачных солдат окружала нескольких могучих великанов с необычными лицами и рогами на головах. Даже такие эксперты рода У, как Ню-тоу, могли лишь робко стоять за их спинами.
Кожа у этих гигантов была самых разных цветов: черная, красная, фиолетовая, синяя. Каждый из них выглядел неописуемо величественно, а один их вид мог до смерти напугать любого смертного; кровь и ци, бурлящие в их телах, поражали воображение.
Но заметнее всего были их одеяния с узорами «призрачных змей», несущие в себе частицу силы Небесного Дао — явно дарованные Небом «магические артефакты» с защитными свойствами.
Десять яньванов Дифу.
Ли Чангэн первым спрыгнул с повозки, Чжао Дэчжу и Лунцзи последовали за ним.
Яньваны растянули губы в улыбках, способных заставить замолкнуть любого младенца, и дружно выступили вперед с приветствием, называя гостя Шуйшэнем.
Ли Чангэн сложил ладони в ответном жесте, называя их яньванами и не упоминая титул императора.
Ню-тоу подскочил, чтобы представить их. В этот раз встречать вышли Циньгуан-ван, Чуцзян-ван, Угуань-ван, Души-ван и Пинсин-ван — все они занимали божественные посты, дарованные Небесным Дао, отвечали за суд над грешными душами, управление восемнадцатью слоями ада и дела Шести путей перерождения.
То, что явилась половина из десяти яньванов, уже считалось проявлением крайнего уважения к Ли Чангэну.
Представив всех, Ню-тоу поспешил отступить — в разговор таких особ ему вклиниться не светило, оставалось лишь стоять рядом с военачальниками стражи, время от времени проверяя, чисты ли улицы и смирно ли ведут себя местные призрачные культиваторы…
Ли Чангэн обменялся любезностями с яньванами, и они официально познакомились.
Циньгуан-ван сделал приглашающий жест, предлагая Ли Чангэну, Чжао Дэчжу и Лунцзи войти в город.
Ли Чангэн не стал представлять Чжао Дэчжу, а те не стали расспрашивать.
Представители рода У никогда не отличались богатым воображением.
Шагая по непривычно чистым улицам города Фэнду, Циньгуан-ван прямо спросил:
— Господин Шуйшэнь, какие важные дела привели вас в Дифу в этот раз?
— Дела два, и оба по поручению великого Юйди.
— О? — яньваны мгновенно оживились.
Ли Чангэн улыбнулся:
— Первое дело — передать приветствие всем яньванам Дифу и узнать, не нуждается ли Дифу в какой-либо помощи от Небесного двора.
Угуань-ван рассмеялся:
— Инси работает как часы, в круговороте перерождений полный порядок, так что помощь нам не требуется.
«Неужели они настолько прямолинейны?»
Ли Чангэн:
— Вообще-то, она могла бы и быть2…
— Этого и вправду нет!
Могучая фигура Чуцзян-вана так и дышала властью. Он махнул широкой ладонью:
— Дифу стоит еще с древних времен. Самые тяжелые времена были, когда У и Демоны сражались за власть над миром — тогда Дифу чуть не лопнул от наплыва душ! Но мы, зажмурившись, штамповали указы и потихоньку отправляли всех в Шесть путей перерождения. За несколько тысяч лет управились, и всё вернулось в норму!
Ли Чангэн почувствовал, как на душе стало одновременно и смешно, и горько — разве об этом он их спрашивал…
- Призрак красавицы (靓女幽魂, liàngnǚ yōuhún) — каламбур на название классического сюжета «Цяньнюй юхунь» (Китайская история о призраках), где иероглиф «красавица» заменен на сленговое «красотка». ↩︎
- Вообще-то, могла бы и быть (其实可以有, qíshí kěyǐ yǒu) — отсылка к популярной в Китае юмористической миниатюре; Ли Чангэн намекает, что яньванам стоит признать наличие проблем, чтобы Небесный двор мог легально вмешаться в дела Дифу. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
