Хань!
Как мог Ли Чаншоу не знать, что именно стоит за именем Хань Сяоин, когда оно встречается рядом с Кэ Чжэньэ?
[Кэ Чжэньэ — слепой герой из классического уся-романа «Легенда о героях-стрелках орлов», в прошлом мире Ли Чаншоу. Позже он дебютировал в составе группы «Семь чудаков из Цзяннани1» и добился огромного успеха в тех краях. Это был типичный пример того, как работа в команде приносит больше плодов, чем сольные выступления.
Хань Сяоин — младшая сестра в группе «Семь чудаков из Цзяннани» и названая сестра Кэ Чжэньэ.
Самым значимым вкладом «Семи чудаков» в мир боевых искусств той истории стало воспитание «стального натурала» Го Цзина, гэгэ-Цзина.]
Но самое главное сейчас было то, что имя Хань Сяоин прозвучало из уст Шэнму Нюйва!
У Ли Чаншоу похолодело внутри, всё его тело мгновенно напряглось, а в голове одна за другой начали всплывать безумные мысли.
Нет, это может быть ловушкой!
В одно мгновение Ли Чаншоу силой заставил себя успокоиться, и в его сознании возник ряд вариантов:
Неужели Шэнму Нюйва, как и он, прибыла с прекрасной Голубой планеты?
Могут ли святые и вправду пересекать реку времени, прозревая прошлые и будущие жизни?
Является ли место, откуда он пришёл, параллельным миром по отношению к великому миру Хунхуан?
Владеет ли Шэнму Нюйва искусством чтения мыслей?
Обладает ли Матерь человечества способностями, которых нет у других святых?
Не могло же быть так, что его рассказы, поведанные Линъэ-сяньцзы, были подслушаны… Нет, это абсолютно невозможно.
Не говоря уже о такой неосмотрительности, как «рассказывать Линъэ-сяньцзы истории из прошлой жизни», Ли Чаншоу с восьми лет даже вспоминать о прошлом мире в мыслях старался с предельной осторожностью, никогда не допуская появления в сознании какой-либо ключевой информации!
Более того, даже когда на него накатывало поэтическое вдохновение, а собственных талантов не хватало, он ни разу не осмелился процитировать что-либо из «Трёхсот танских стихотворений».
Небесное Дао Хунхуана вездесуще, и святые теоретически могут использовать его для просчёта всего происходящего в Трёх Мирах. Как мог Ли Чаншоу допустить столь элементарную ошибку!
— Разумеется, лишь теоретически, ведь и у святых есть множество ограничений.
За все эти годы Ли Чаншоу спал всего несколько раз и ни разу не позволял себе по-настоящему опьянеть от вина…
— Что случилось, маленький ученик? — в сознании отозвался дух башни Сюаньхуан.
— Шэнжэнь-няннян спрашивает тебя, чего ты замер! Быстренько умасли Шэнжэнь-няннян, чтобы она развеселилась, и дай нам повидаться с мэймэй-Сюцю!
Ли Чаншоу тут же спросил в мыслях:
— Та-е, может ли святая читать мысли?
Башня Сюаньхуан со смешком откликнулась:
— В этом мире полным-полно тех, кто втайне злословит о святых. Если бы искусство чтения мыслей и вправду существовало, разве не должны были бы молнии Пурпурного Неба бить каждый божий день? Однако, если бы ты стоял перед нашим Тайцин-лаое, он вполне мог бы насквозь прозреть твой изначальный дух и увидеть часть твоих мыслей. Способна ли на такое Шэнжэнь-няннян — мне неизвестно.
Изначальный дух Ли Чаншоу слегка вздрогнул, и потоки бессмертного сияния полностью окутали его.
Судя по словам Та-е, святые не могут напрямую читать человеческие сердца, а значит, большую часть из тех десятков вариантов в голове можно было сразу отбросить.
В такие моменты нельзя паниковать. Нужно верить, что за всем стоит чёткая логика, и доверять собственным суждениям…
Кому ещё верить в миг такой опасности, если не самому себе?
Во-первых, кто такие святые?
Святые бессмертны и неразрушимы, их не погубят мириады катастроф; они могут заново переплавить стихии ветра, огня, воды и земли и обладают силой уничтожить мир Хунхуан.
Однако над святыми стоит Великое Дао, а в мире Хунхуан действует Небесное Дао, поддерживающее стабильность сущего. Сильнейший из святых древности, Хунхуань Даоцзу, уже отказался от возможности стать святым Великого Дао и слился с Небесным Дао, перейдя в совершенно иную форму существования.
Среди нынешних шести святых самым могущественным является его собственный наставник Тайцин-лаоши, который превосходит всех в искусстве предсказаний и владеет несколькими величайшими сокровищами.
Ли Чаншоу помнил, как Тайцин-лаоши однажды явил ему «первоначальную информацию», полученную путём прорицания.
— Когда он подчинял Вэнь И, осознание Дао Тайцин напрямую продемонстрировало видение, предвещающее, что Вэнь И станет ключевой фигурой в уничтожении Золотого Лотоса Двенадцати Лепестков Запада.
Тайцин-лаое потребовал от Ли Чаншоу вмешаться, чтобы вернуть запутавшуюся сюжетную линию в прежнее русло и гарантировать, что Вэнь И сделает тот самый укус…
Тот случай придал Ли Чаншоу огромную уверенность и позволил утвердиться в трёх вещах:
[Нынешние шесть святых на самом деле не всеведущи и не всемогущи, у их сил есть предел, и они могут лишь просчитать некую вероятность будущего;
Будущее не является неизменным, существует множество вероятностей, и перемены могут произойти в любой момент;
Святые-лаое тоже стремятся к переменам, обращая вспять то, чего не хотят видеть, и обеспечивая наступление желаемых событий.]
Пока Ли Чаншоу размышлял об этом, прошло лишь мгновение с того момента, как Та-е поторопил его. Он уже решил, как именно ответит.
Перед лицом святой оставался лишь один путь — пойти на риск!
Хотя он уже получил признание Небесного Дао, о том, что он является попаданцем в Хунхуан, не должен знать абсолютно никто!
Другое толкование поговорки «дерево, что выше леса, ветер непременно сломает» гласит: слишком редкая особенность неизбежно влечет за собой уничтожение!
Сохраняя позу почтительного приветствия, Ли Чаншоу нахмурился, моргнул и с оттенком недоумения в голосе медленно произнес:
— Отвечаю Шэнжэнь-лаое: Кэ Лээр — это вымышленное имя, которое Ао И использовал много лет назад, чтобы противостоять проискам демонического рода глубоководных морей. В то время некоторые из них пытались очернить репутацию Ао И, действуя под его личиной, и этот метод был применен для контрмер. Тогда мы договорились создать для Кэ Лээр несуществующую личность — подругу Цзян Сыэр, супруги Ао И. В этот раз, дабы искоренить множество погрязших в карме великих яо на горе Яошэн и привлечь туда ещё больше демонов-сообщников, этот ученик применил небольшую хитрость. Я отправил Кэ Лээр использовать «уловку красавицы», а сам выступил в роли её брата, Кэ Чжэньэ, чтобы чинить препятствия. Таким образом я стремился достичь тактической цели — варить яоцзу в теплой воде. Это имя, Кэ Чжэньэ, было придумано этим учеником на ходу, оно означает «подавляющий зло» и олицетворяет защиту чистоты небес и земли. Что же касается упомянутой вами… Хань Сяоин? Этот ученик… этот ученик никогда не слышал о таком человеке. Это ни в коем случае не означает, что ваш вопрос был неверен!
— Никогда не слышал? — в голосе из терема прозвучала тень сомнения.
Ли Чаншоу поспешно добавил:
— Прошу лаое простить меня!
В тереме на короткое время воцарилась тишина. Ли Чаншоу в это время лихорадочно соображал.
Что-то не так, здесь кроется какая-то загадка.
Неужели Шэнму Нюйва-лаофужэнь действительно имеет то же происхождение, что и он? Если так, то почему… почему?
Почему она не узнала отсылку к «Цзян Сы и Кэ Лэ»?
К тому же выражения «варить яоцзу в теплой воде» и «тактическая цель» совершенно нетипичны для лексикона Хунхуана.
Если бы Шэнму Нюйва-лаофужэнь призвала его в этот раз, чтобы «обменяться паролями и подтвердить существование друг друга», то последующая реакция…
Почему она совершенно не совпадает?
Логических зацепок было недостаточно для вывода, и Ли Чаншоу сейчас требовалось больше информации!
Из терема донесся вздох, и голос, исполненный таинства Дао, зазвучал вновь:
— Не слышал — значит, не слышал, не стоит так пугаться, возможно, это просто совпадение. Теперь слушай второй вопрос.
Ли Чаншоу с облегчением выдохнул и поспешно произнес:
— Прошу лаое ниспослать его.
— Как ты думаешь, если сказано: «Разве ты не видишь: воды Хуанхэ изливаются с небес2», какой должна быть следующая строка?
Цзюнь!
А… в конце концов, раз уж она знает даже про «Семь чудаков из Цзяннани», то в использовании стихов Ли Тайбая нет ничего удивительного.
Да какое там «ничего удивительного»!
Что это за Шэнму Нюйва такая?
Зачем она позвала его, неужели и правда ради обмена паролями?
Известно, что с помощью способностей Дашисюна можно заблокировать взоры святых и Небесного Дао в радиусе ста чжанов вокруг, а значит, разговор Шэнжэнь-лаое с ним будет строго конфиденциальным.
При таких условиях два вопроса, заданных Шэнму Нюйва-лаофужэнь, несли в себе слишком много информации, но в то же время в них сквозила глубокая настороженность…
В душе Ли Чаншоу вновь разразилась буря.
Метод предположения:
[Если бы я был Шэнму Нюйва-лаофужэнь и при этом был попаданцем, обнаружившим другого возможного попаданца, как бы я поступил?]
***
- 江南七怪 (jiāngnán qī guài) — «Семь чудаков из Цзяннани», группа персонажей из уся-романа Цзинь Юна «Легенда о героях-стрелках орлов». ↩︎
- 君不见，黄河之水天上来 (jūn bùjiàn, huánghé zhī shuǐ tiānshàng lái) — «Разве ты не видишь: воды Хуанхэ изливаются с небес», начальная строка стихотворения Ли Бая «Поднося вино». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
