От автора: Учитывая, что в предыдущей главе многим читателям показалось «недостаточно драйва» из-за обилия психологических описаний, я напишу ещё одну главу, где будет больше конкретики. Разве это не просто ещё один вариант развития событий, другой стиль письма? Для автора это проще простого: захотите — будет доброта, захотите — жестокость ︿(￣︶￣)︿
Ниже представлена версия, в которой Ли Шицин едва не перешла на тёмную сторону. Те, кто читал прошлую главу и кому нравится добрая героиня, могут пропустить это — считайте это сюжетным ответвлением. Финалы обеих глав одинаковы: они оба вышли из автобуса.
— Чёрт, оставалось совсем чуть-чуть!
Даже сяогэ, который всегда вёл себя как джентльмен, очнувшись в очередной раз, не удержался от ругательства.
— Значит, тот звонок был таймером? Или каким-то другим способом детонации?
Это чувство, когда победа ускользает в самый последний миг, было просто невыносимым. Даже всегда спокойный сяогэ с трудом мог это принять.
У Ли Шицин дела обстояли не лучше.
Как и в прошлый раз у сяогэ, на этот раз скороварка взорвалась прямо у неё в руках. В момент взрыва от её тела не осталось и следа, а когда она пришла в себя, то совершенно не чувствовала собственных рук.
Но ещё более невыносимым, чем физическая боль, было внезапное «предательство» дяди Сыцзи в самом конце.
Ли Шицин ни разу не сомневалась в дяде Сыцзи. Ни единого раза.
Она была не местной, приехала в этот город учиться одна. Чтобы сэкономить немного карманных денег, она, как и большинство студентов, обычно передвигалась на автобусах.
У неё дома была машина, и до поступления в университет, если нужно было ехать далеко, её обычно подвозили родители, а если близко — она ходила пешком или ездила на велосипеде.
Разбираться в маршрутах и привыкать к автобусам ей пришлось уже после переезда в этот город.
Поскольку университет находился на этой линии, чаще всего она ездила на 45-м маршруте, и водителем, которого она видела чаще других, был именно дядя Сыцзи.
Когда она только училась пользоваться автобусами, постоянно случались какие-то неприятности: то пропустит остановку, то уедет в обратном направлении, то уступит место пожилому человеку, а его тут же займёт кто-то из молодых…
Много раз именно благодаря терпеливой помощи этого доброго дяди Сыцзи ей удавалось благополучно добраться до места назначения.
Именно дядя Сыцзи заставил её полюбить этот гостеприимный город и поездки в местных автобусах.
В отличие от безжизненного метро или однообразных скучных такси, в поездках на автобусе было так много радости.
Ей нравилась низкая стоимость проезда, нравилось любоваться городскими пейзажами через чистые окна светлого салона, нравилось таким образом измерять каждую пядь этой земли.
Ей нравилось слушать, как местные жители громко обсуждают городские новости на своём диалекте, нравились мимолётные встречи с людьми при каждой посадке и высадке, и то, как она проводила эти простые, наполненные самой жизнью десятки минут в компании самых разных людей.
Каждый раз, когда в салоне было немноголюдно, она старалась сесть позади дяди Сыцзи. Иногда они перебрасывались парой слов, а иногда она просто сидела за его спиной, чувствуя себя спокойно.
Стоило ей с улыбкой попросить дядю при входе, и можно было совершенно не волноваться, что она пропустит нужную остановку.
Хотя Ли Шицин никогда не говорила об этом дяде Сыцзи, в глубине души она была полна благодарности к этому доброму человеку и всегда хотела сказать ему «спасибо».
Спасибо за его добрые советы и бескорыстную помощь, когда она, только приехав в город, чувствовала себя неловко и беспомощно.
И спасибо за каждое напоминание об остановке и за то, что он защищал её, если возникали трения с другими пассажирами.
Когда началась «петля в автобусе», она пыталась заставить дядю Сыцзи остановиться, развернуться, даже создавала разные ситуации, чтобы убедить его, но дядя каждый раз упорно продолжал путь, стремясь доставить пассажиров до места.
В то время она даже сетовала про себя на его излишнюю «преданность делу».
Её спутник не раз выражал сомнения по поводу дяди Сыцзи.
Как только всё началось, он обиняками спрашивал, не было ли у дяди Сыцзи проблем с психическим здоровьем, из-за которых случилась авария.
—— В тот раз именно она вступилась за дядю и развеяла его сомнения.
Он задавался вопросом, не мог ли водитель бросить полный автобус людей, спасая себя, или же он просто не верил их словам.
—— И именно она решительно отвергла его подозрения, прямо заявив: «Он не такой человек».
Именно из-за слепого доверия к дяде и чрезмерной уверенности в собственных суждениях она настояла на способе «прохождения», который казался ей «самым лёгким»…
В итоге всё пошло прахом в самый последний момент.
Водитель действительно был не из тех, кто бросит людей и сбежит. Всё, чего он хотел… чтобы ни один человек не смог выйти.
— Почему всё так… — Ли Шицин, погружённая в глубокое неверие и сомнение, пробормотала себе под нос: — …Почему дядя Сыцзи так поступил?!
Как бы она ни старалась, она не могла сопоставить образ свирепого «преступника» с добрым и приветливым дядей Сыцзи.
— Какова бы ни была причина, теперь можно точно сказать, что водитель и та безумная дашэнь — сообщники. То имя «Ван Синдэ», которое она истерично выкрикивала раньше, скорее всего, принадлежит водителю…
Из-за непредвиденных перемен в самый решающий момент у сяогэ настроение тоже было скверным, но, к счастью, он не был знаком с водителем лично, а потому этот удар не стал для него столь тяжёлым.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
