Цин Е и остальные вернулись на трибуны. Сев рядом с Дахэй, она спросила:
— Кто этот Фан-гэ, что был сейчас? Он тоже пришёл помочь Да Цао?
Дахэй посмотрел в сторону и ответил ей:
— Фан Цзе, весомая фигура в Антане, тоже занимается бизнесом, считается одним из постоянных поставщиков Патронного завода.
Цин Е проследила за взглядом Дахэй и увидела, что группа Фан-гэ подошла к противоположной трибуне и уселась рядом с теми «старшими братьями», о которых говорил Дахэй. Она невольно вспомнила слова, которые Фан-гэ сказал ей только что. Просил её уйти пораньше? Почему она должна уйти пораньше? Что они задумали? Он человек из Антана и по логике должен быть на стороне Да Цао, но почему тогда он решил её предостеречь?
В этот момент в голову Цин Е хлынул поток беспорядочных мыслей, запутавшихся, словно клубок ниток, в которых становилось всё сложнее разобраться. Сердце с самого момента появления на стадионе билось неспокойно.
Внезапно она что-то осознала, окинула взглядом толпу и спросила:
— А где Цюанья?
Татуха обернулся и сказал ей:
— Звонил ему утром, никто не берёт.
Брови Цин Е нахмурились ещё сильнее. Где сейчас Цюанья? Почему он не отвечает на звонки?
Когда в семье Син У случилась беда, он, не раздумывая, дал больше всех денег. Раньше, куда бы ни шёл Син У и с кем бы ни сталкивался, Цюанья всегда первым вставал на его сторону. И всё же в такой важный день он не явился? Всё это казалось чем-то необычным!
Как раз в это время официально началась уездная спартакиада. На трибунах тут же поднялось оживление. Все участники один за другим выходили из зоны ожидания на поле. Цин Е выпрямилась, её глаза лихорадочно искали кого-то. Хуанмао внезапно указал в одну сторону и крикнул:
— Вон там.
Цин Е посмотрела в указанном направлении и нашла в толпе Лао Дуна. Тот был одет в синий спортивный костюм и что-то непрестанно говорил, держа в руках планшет для записей.
Цин Е продолжила искать взглядом в том углу и, наконец, за спинами нескольких парней нашла Син У. На нём была чёрная футболка, серые спортивные штаны, а на плечо наброшено широкое полотенце. Перед ним постоянно сновали люди, поэтому Цин Е не могла ясно разглядеть выражение его лица. Она лишь смутно видела, что он держит в руке бутылку воды и, опустив голову, сжимает пластик.
После вступительных слов диктора-информатора официально начались соревнования. Син У участвовал в легкоатлетическом пятиборье: прыжки в длину, бег на 200 метров, толкание ядра, прыжки в высоту и бег на 1500 метров. Да Цао заявился на те же пять дисциплин, так что победитель между ними определялся по правилу «три победы из пяти».
Первым на беговых дорожках был спринт на 100 метров, в котором оба не участвовали. В это же время в секторе проходили прыжки в высоту. Син У, наконец, стянул с плеча полотенце. Стоило ему встать, как его высокая и мощная фигура мгновенно привлекла внимание многих людей. Но, в отличие от прошлого зимнего лагеря, сегодня на трибунах не было девушек, которые бы визжали от восторга при его виде, — вокруг были лишь враждебные, выжидающие взгляды.
В то же время, услышав рев с другого конца трибун, Цин Е заметила Да Цао на противоположной стороне. Цин Е впервые видела Да Цао в белом спортивном костюме. Ростом он был почти с Син У, но телосложением суше. Сегодня он завязал волосы в маленький хвостик, а на лице играло злобное выражение.
Он был не в одной группе с Син У, однако они всё равно обменялись взглядами через толпу.
Цин Е непроизвольно сжала руки. Син У провёл короткую разминку у края поля, а затем вместе со своей группой приступил к первому виду, прыжкам в высоту. У него были длинные ноги и высокий рост, что давало ему определённое преимущество в этом виде. Он легко занял первое место в подгруппе, в то время как Да Цао показал отличный результат в прыжках в длину.
Хотя они всё это время никак не пересекались, оба молча следили за результатами друг друга. В итоге в прыжках в высоту Син У взял первое место, а в прыжках в длину проиграл Да Цао.
На дистанции 200 метров их распределили в одну группу, но между ними было две дорожки. Как только прозвучал стартовый выстрел, бегун на пятой дорожке, находившийся на внешнем радиусе чуть впереди Син У, в момент рывка Син У вперёд внезапно качнулся в его сторону. И именно из-за этого момента Да Цао выиграл секунду и первым вырвался вперёд. Цин Е даже не поняла, что произошло, как Татуха и остальные повскакивали с мест, выкрикивая:
— Нарушение!
Она в смятении вскочила следом, расспрашивая всех вокруг:
— Что случилось?
Дахэй с мрачным лицом произнёс:
— Это не засчитают как нарушение, пятая дорожка не заступила за линию.
Цин Е крепко сжала кулаки, ладони стали совершенно мокрыми. Син У, отстав на две секунды, прибавил скорость и бросился вперёд, но в это время Да Цао уже значительно лидировал. Его скорость была подобна стреле, сорвавшейся с тетивы1.
Зрачки Цин Е резко расширились, звук ударов сердца бил прямо по барабанным перепонкам. Способности Да Цао были очевидны всем — даже после того, как он забросил тренировки более чем на два года, его скорость по-прежнему поражала.
Син У бежал вплотную к парню с пятой дорожки, их локти время от времени сталкивались. Тот малый был размером почти с Панху, рослый и крепкий, он прицепился к нему, словно собачий пластырь2.
Син У искоса взглянул на него, и в этот момент локоть того человека с силой ударил Син У прямо по рёбрам. Все замерли.
Цин Е и представить не могла, что на соревнованиях уездного масштаба эти люди осмелятся на такие грязные приёмы прямо во время забега.
Син У стойко выдержал этот удар, лишь слегка нахмурил брови и ни на шаг не замедлился. Когда тот человек снова сделал движение, чтобы притереться к Син У, тот вскинул локоть. Со стороны это движение выглядело так, будто он сам толкнул бегуна на пятой дорожке. Хуанмао в ярости разразился руганью, а Цин Е в тревоге шептала про себя: «Быстрее, оторвись от него…»
На последних пятидесяти метрах Син У внезапно совершил яростный рывок. Буквально за две секунды он оставил парня с пятой дорожки позади. Его скорость, подобная скорости свирепого леопарда, была поразительной, однако финишная черта была уже слишком близко. В итоге он так и не смог настичь Да Цао, отстав от него на два корпуса и заняв второе место.
Хуанмао и остальные коллективно орали о нарушении на пятой дорожке, их крики накатывали волна за волной.
Пот градом катился со лба Син У. Он задрал футболку, вытирая лицо, и посмотрел в их сторону. Взгляд Цин Е неожиданно встретился с его взглядом. Она стояла рядом с Дахэй, не сводя с него глаз. Син У на мгновение замер, а затем медленно нахмурился, пристально глядя на неё.
Цин Е знала, что он винит её за то, что она пришла. Утром он специально сказал, что всё закончится к обеду и он вернётся поужинать с ней, — лишь бы она не шла следом. Но она всё равно пришла. Она должна была прийти. Она не могла позволить ему сражаться в одиночку.
В этот момент судья подбежал к дикторскому пункту для переговоров. Вскоре диктор объявил, что в только что прошедшем забеге на 200 метров между четвёртой и пятой дорожками произошёл физический контакт, и результаты обоих участников аннулированы.
Хуанмао и остальные впали в ступор — они никак не ожидали такого исхода. Татуха выругался:
— Твою мать.
Дахэй глухим голосом сказал Хуанмао и остальным:
— Кончайте орать. Сейчас уже не докажешь, толкал его У-цзы или нет. Если выносят решение о физическом контакте, результаты обоих точно аннулируют. Они хотят играть в грязную игру, и это, боюсь, только начало.
Цин Е видела, как помрачнело лицо Син У. Он подошёл к краю поля, взял полотенце и обернулся к Да Цао. Тот приставил два пальца к виску и пренебрежительно махнул ему.
Всё это казалось таким знакомым. Цин Е вдруг вспомнила слова, сказанные у Хуанмао дома: Да Цао хотел нанести Син У ответный удар тем же способом, каким когда-то сам вылетел с соревнований.
Син У в этот момент наверняка тоже понял намёк Да Цао. Он холодно усмехнулся противнику, развернулся и отбросил полотенце в сторону.
Время медленно тянулось, солнце незаметно поднялось в зенит, но из-за плотного слоя облаков не могло пробиться ни единого луча света. Вся спортивная арена словно была окутана первозданной тьмой — гнетущей и томительной.
В четвёртом виде, толкании ядра, Да Цао потерпел неудачу. Его поза при броске была очень странной: каждый раз, когда нужно было толкнуть снаряд, казалось, будто у него внезапно пропадают силы. Дахэй молча наблюдал за этим и вдруг произнёс:
— Да Цао повредил руку в драке позапрошлом году. Для него этот вид программы — пустой звук.
- Стрела, сорвавшаяся с тетивы (离弦的箭, lí xián de jiàn) — о чём-либо стремительном, очень быстром. ↩︎
- Собачий пластырь (狗皮膏药, gǒu pí gāo yao) — метафора навязчивого, прилипчивого человека. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
