Под ногами всё та же пустыня, вот только перед ней появилось чудовище.
Словно целую бочку ртути вылили в форму человеческого тела; на лице смутно угадывались черты, в которых можно было узнать мужчину.
Голос был ни мужским, ни женским, словно у евнуха: — Ты снова пришла искать смерти.
Сян Хайкуй ткнула в его сторону кончиком меча: — Не наглей, старое чудовище!
Древний демон Шангу, заложив руки за спину, сделал два шага навстречу её мечу: — Сначала сумей меня разрубить, а там и поговорим!
Древний демон Шангу был заточен здесь бесчисленное множество лет, и сил у него почти не осталось. Сян Хайкуй не могла одолеть его лишь потому, что не могла по нему попасть.
У него не было физического тела — лишь сгусток сияния. Принимая форму, он мог получить урон от силы пяти стихий.
Но едва возникала опасность, он тут же рассеивался, растворяясь в свете, и даже превращение Сян Хайкуй в Цзяолун не помогало.
— В этот раз с тобой будем сражаться не мы, а оно. — Дао Чэнь по привычке произнес «Амитабха» и опустил альпаку на землю.
Сян Хайкуй похлопала альпаку по голове: — Верно, это священный зверь, которого я искала, преодолевая горы и реки1, специально чтобы одолеть тебя!
Древний демон Шангу с любопытством воззрился на альпаку.
Он не спешил нападать на Сян Хайкуй: они сражались пять раз, и Сян Хайкуй не могла его прикончить, но и он не мог её поймать.
Он спросил: — Это верблюд или овца?
Сян Хайкуй: — Альпака.
Древний демон Шангу никогда не видел и не слышал о таких: — Оно одолеет меня? У него даже духовные каналы не открыты, это же обычное верховое животное? — Он холодно усмехнулся. — Дрянная девчонка, что за фокусы ты задумала?
Увидев, что тот готов убить альпаку, Дао Чэнь тоже усмехнулся: — Так значит, перед лицом такого зверя с нераскрытым сознанием вы, великий древний демон Шангу и некогда владыка этой огромной пустыни, боитесь оставить ему жизнь хоть на мгновение?
Услышав это, древний демон Шангу убрал руку: — Ладно, посмотрим, на что оно способно.
— Ме-Ме, вперед! — Сян Хайкуй ритмично хлопнула альпаку по крупу три раза, словно подавая условный сигнал, и погнала её вперед.
Древнему демону Шангу было лишь любопытно; он совершенно не опасался зверя, лишенного разума.
Альпака подбежала к нему, задрала голову и — «тьфу!».
Древний демон Шангу остолбенел и лишь через мгновение осознал, что ему в лицо прилетела порция слюны.
Слюна?!
Древний демон Шангу снова замер в оцепенении, а затем разразился пронзительным криком!
Именно в этот момент!
Дао Чэнь с помощью буддийских четок оттащил альпаку назад, выводя её из формации зыбучих песков и оставляя поле боя Сян Хайкуй.
Сян Хайкуй нанесла рубящий удар мечом!
Все еще вопящий древний демон Шангу в панике попытался раствориться в свете, но опоздал: энергия меча разрубила его ртутное тело надвое!
Затем обе половины слились со светом.
Сян Хайкуй затаила дыхание и сосредоточилась. В его ауре теперь присутствовала её энергия меча: стоило ему пошевелиться, как она это почувствует.
Сказать по правде, стоило благодарить Дао Чэня: именно он обнаружил, что древний демон Шангу не боится силы пяти стихий, но боится грязи.
Однако она не могла просто бросить в него нечистоты — как и в случае с мечом, он бы уклонился.
Поэтому Сян Хайкуй сломала голову и вспомнила об альпаке.
У альпак есть особенность: когда они недовольны, они плюют противнику в лицо.
В Чжунчжоу не было альпак, и упоминаний о них не встречалось, так что древний демон Шангу, вероятно, не знал о них и не догадывался об их умении.
Использовать это для внезапной атаки было идеальным решением.
Что касается того, откуда Сян Хайкуй узнала, где искать альпаку — этот мир совершенствующихся был географически схож с Землей. Если в Серебряных песках Чжунчжоу водились верблюды, то в Сичжоу должны были быть альпаки.
Пройдя через горы и реки, она действительно их нашла.
Причем эта оказалась самой умелой в плевках и с самой большой дальностью.
Выбрать её среди десяти тысяч других альпак, а затем создать иллюзию древнего демона Шангу для тренировки реакции… ох и непросто же ей пришлось.
Фух…
Она почувствовала энергию меча и нанесла еще один удар в ту сторону.
Древний демон Шангу взвыл от боли.
— Тебе не сбежать из этой формации зыбучих песков!
— Какая низость!
— Это называется «в военном деле не гнушаются обманом»2.
Этого древнего демона Шангу необходимо было убить. Не только ради того, чтобы хозяин поглотил демоническую энергию — оставаясь в Серебряных песках, он рано или поздно стал бы причиной беды.
До того как его запечатали, этот демон убивал людей с особой жестокостью, истязая их иллюзиями.
Например, человеку, умирающему от жажды, он создавал мираж оазиса, разжигая в нем жажду жизни, чтобы тот в итоге испустил дух на самом краю спасения, до которого было рукой подать.
Спустя столько лет в заточении он так и не исправился, так что его определенно следовало прикончить.
Сян Хайкуй вспомнила, что в её сне, если бы он вырвался на свободу, и если бы её отец в безумии не истребил всех жителей пустыни, это сделал бы демон.
Древний демон Шангу яростно выкрикнул: — Чтобы убить меня, твоих силенок не хватит!
Сян Хайкуй приготовилась, понимая, что он собирается поставить всё на карту и нанести решающий удар!
Солнце над головой словно внезапно поглотили, и мир погрузился в непроглядную тьму.
В ушах Сян Хайкуй вдруг зазвучала музыка, послышался смутный смех.
Постепенно смех становился всё более развязным. Она почувствовала сильный дискомфорт в глазах, будто их чем-то накрыли.
Она протянула руку и коснулась лица — её глаза и вправду оказались завязаны полоской ткани.
- Преодолевать горы и переправляться через реки (跋山涉水, bá shān shè shuǐ) — образное выражение, описывающее долгое и трудное путешествие. ↩︎
- В военном деле не гнушаются обманом (兵不厌诈, bīng bù yàn zhà) — чэнъюй, означающий, что на войне допустимы любые хитрости и введение врага в заблуждение. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
