Прошло немало времени, прежде чем Сян Хайкуй смирилась с этим колоссальным разочарованием.
— Тогда давай отправляться? — недовольно пробормотала она.
— Хорошо, Сяо Куй-мэймэй, — Бай Синсянь вставил «зубы» на место и указал на север. — За этой горой неподалеку есть небольшой городок. Там мы купим билеты и на летучем челне отправимся в город Иньша.
Сян Хайкуй не понимала:
— Но ведь ты двигаешься так быстро, зачем нам летучий челн?
Обычно он повсюду таскал с собой Инь Чжанли, они взмывали в небеса и уходили под землю, проникая в любую щель. Будь то Долина яростного ветра, Сад фениксов или Пещера десяти тысяч костей — любой путь занимал у них не больше пары часов.
Бай Синсянь покачал головой:
— То была собственная сила «Чжуюэ». Она позволяет перемещаться быстро, но у неё есть один недостаток: она не умеет различать направления.
«Чжуюэ» — это тот самый дворец в виде черного шарика, принадлежащий Инь Чжанли. Теперь Сян Хайкуй всё поняла: черный шарик был двигателем, а Туньтуньшу — всего лишь рулем.
…
Выйдя из гор, они добрались до города и уплатили две линчжу1 в качестве пошлины за вход.
Линчжу были здесь денежной единицей. У Сян Хайкуй не было ни гроша, поэтому Бай Синсянь тут же выплюнул их прямо на месте, отчего у стражников на воротах глаза на лоб полезли.
Купив билеты, они зашли пообедать в ресторанчик неподалеку от пристани.
Обычно Бай Синсянь молчал, и теперь, когда он мог говорить, это было ему непривычно. Сидеть друг напротив друга в тишине было слишком неловко, поэтому Сян Хайкуй, ковыряясь в рисе, спросила:
— Сяо Бай, как ты тренируешь свой меч Тяньбао?
— Проще, чем твой Тянькуанг. Его нужно просто скармливать ему сокровища, — Бай Синсянь выглядел очень воспитанным: прежде чем ответить, он проглотил пищу и отложил палочки. — Когда он наестся досыта, то может один раз высвободить божественную силу, а после его снова нужно кормить. К тому же он очень привередлив в еде: если он однажды съел какое-то сокровище, то второй раз его есть не станет, если только оно не окажется необычайно вкусным.
Сян Хайкуй подумала, что кормление сокровищами, вероятно, похоже на то, как она накапливает ярость: «божественная сила» меча Тяньбао соответствует «безумству» меча Тянькуанг.
Неудивительно, что Инь Чжанли целыми днями повсюду искал сокровища. Оказалось, это не страсть к коллекционированию, а забота о мече Бай Синсяня.
Она снова спросила:
— А какой у тебя сейчас уровень самосовершенствования?
— На один ранг выше твоего, — ответил он.
К слову сказать, Сян Хайкуй совершенно не знала, на какой ступени находится. После того как смертный закладывает основу Дао, он вступает на первый ранг, а затем постепенно поднимается до девятого.
Её отец сейчас как раз на девятом ранге.
Выше девятого ранга следуют стадии Претерпевания бедствий и Слияния с Дао, но те, кто их достиг, обычно ведут жизнь отшельников и не выходят в мир.
А для таких, как Инь Чжанли, не принадлежащих к миру людей, наверняка существует иная система самосовершенствования.
— У меня шестой ранг, — добавил Бай Синсянь.
Сян Хайкуй изумилась:
— Значит, у меня уже пятый?
Она никак не ожидала такого: обычному человеку требуются по меньшей мере сотни лет, чтобы достичь пятого ранга. Эта скорость и правда напоминала полет на ракете.
— Почему ты удивлена, Сяо Куй-мэймэй? — не понял Бай Синсянь. — Каждый раз, когда ты спишь, Инь-шушу прогоняет внутреннюю энергию по твоим каналам и очищает кровь. Такая скорость считается очень медленной.
«Начальник Инь определенно лучший босс в мире людей», — с чувством подумала Сян Хайкуй. Неудивительно, что она, валясь с ног от усталости, засыпала, а через час просыпалась преисполненной сил, словно оживший дракон или тигр. Она-то думала, что это действие чудесных пилюль.
Но что это за метод такой — «прогонять энергию и очищать кровь»?
И почему он делает это именно тогда, когда она спит, и ничего ей не говорит?
Сян Хайкуй прогнала из головы дурные мысли и спросила снова:
— Тогда почему другие не могут распознать наш уровень?
В городах Центральных равнин заклинатели живут вперемешку с обычными людьми. Заклинатели повсюду пользуются привилегиями, а простые люди относятся к ним с величайшим благоговением.
Но пока они шли в город, Сян Хайкуй не почувствовала особого отношения к ним, если не считать того, что Бай Синсянь притягивал взгляды множества девушек, красавиц и почтенных дам.
— У Сяо Куй-мэймэй нет духовных корней, их роль выполняют Тянькуанг и твой даньтянь, — Бай Синсянь указал на стоящий на столе футляр для меча. — Этот цзянься изолирует ауру. Стоит тебе открыть его, как они всё почувствуют.
Сян Хайкуй кивнула. Ей было просто любопытно, она и не думала выставлять силы напоказ.
Бай Синсянь напомнил:
— Впрочем, для нас, двенадцати мастеров божественных мечей, ранги не имеют большого значения. Наша сила нестабильна и зависит от того, сыт ли священный меч.
Если он сыт и готов применить мощный прием, то можно и переполох в Восточном море устроить, и в девятые небеса взмыть. А когда накопленная энергия иссякнет, останется только лежать пластом, подобно соленой рыбе2.
Сян Хайкуй не удержалась от ворчания:
— Я всё никак не пойму, как тому предку-основателю школы мечей пришло в голову выковать эти бестолковые мечи.
Был один вопрос, который Бай Синсяню тоже давно хотелось задать:
— Сяо Куй-мэймэй, я знаю слово «глупый», но что значит «бестолковый»?
Сян Хайкуй: «…»
Глядя в чистое и прекрасное лицо юноши, светящееся жаждой знаний, ей стало неловко признаться, что это грубоватое слово.
— Это… значит, что кто-то такой глупенький, что это кажется милым, — выкрутилась она.
Бай Синсянь кивнул, радуясь новому выученному слову:
— То, что тебя интересует, на самом деле интересовало и меня. Я даже спрашивал об этом Инь-шушу.
— И что же сказал старейшина? — спросила Сян Хайкуй.
Бай Синсянь, подперев щеку рукой, припоминал:
— Инь-шушу долго объяснял, но если подытожить, то предок-основатель выковал эти двенадцать бестолковых мечей специально для таких бестолочей, как мы.
Сян Хайкуй чуть не задохнулась от возмущения.
Помогите!
Почему даже в десятках тысяч ли от Инь Чжанли она всё равно получает от него душевные раны!
…
На третий день они взошли на борт летучего челна, державшего путь в город Иньша.
Три дня ожидания — это совсем немного. Обычно этот летучий челн приходится ждать целый месяц.
И дело было не в расстоянии, просто в Иньша отправлялось немного путников, и владельцу судна нужно было набрать достаточное количество людей, прежде чем отплыть.
- Линчжу (灵珠, língzhū) — духовные жемчужины, используемые в качестве основной валюты в мире самосовершенствования. ↩︎
- Соленая рыба (咸鱼, xiányú) — китайская идиома, означающая человека, который не имеет амбиций и не желает ничего делать. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
