Папа вернулся из мира сянься за мной — Глава 86. Босс и батя. Часть 2

Время на прочтение: 4 минут(ы)

Инь Чжанли, высасывая демонический яд из Сян Хэна, с меланхоличным вздохом произнес:

— Собрат по Пути Сян, вы многого не знаете. Изначально я был белой змеей, но пока трудился, целыми днями пропадая под землей на рудниках, то, представьте себе, превратился в черную змею.

В глазах Сян Хэна отразилось сочувствие. Он уже собрался сказать несколько слов утешения, но, подняв голову и заметив странное выражение лица Инь Чжанли, опешил.

Инь Чжанли с едва уловимой усмешкой окинул его взглядом:

— Вы и вправду поверили в эту чепуху?

Сян Хэн: …

Инь Чжанли закашлялся от смеха:

— Вы с дочерью — истинные сокровища мира людей.

Сян Хэн безмолвно возвел взор к небу. В самом деле, как цвет мог измениться от копания в руде? Он ведь Чжу Цзюинь, а не хамелеон.

Проблема была в том, что они обсуждали важные дела. Кто мог ожидать, что он так внезапно начнет шутить?

Этот цяньбэй обладал благородной и холодной внешностью, но почему же он такой язвительный, стоит ему только открыть рот?

Цяньбэй, давайте о деле, — попросил Сян Хэн. Тот помогал ему избавиться от демонического яда, так что Сян Хэн, даже будучи одураченным, не смел сердиться.

— На самом деле, говорить особо не о чем. Я лишь хотел, чтобы вы поняли: Небесный клан крайне опасается моего клана Шаньхай. И их опасения — это вовсе не случай, когда человек из Ци беспокоится о небе1.

Отсмеявшись, Инь Чжанли продолжил:

— У меня есть заклятый враг по имени Хань Ци. Он из вашего рода людей, страшный и достойный уважения противник. Он служит Дицзюню Небесного клана и, используя свое мастерство в искусстве провидения, постоянно подавляет нас, остатки клана Шаньхай.

— И мне выпала честь стать тем, кого Дицзюнь Небесного клана сейчас опасается больше всего.

Сян Хэн начал кое-что понимать:

— Раз они не могут схватить вас, то решили изменить вашу нить судьбы, чтобы сама судьба обрекла вас на смерть?

Инь Чжанли покачал головой:

— Убить меня — не цель. Главным образом они хотят выведать у меня, что именно поручил мне сделать предыдущий Минцзюнь перед смертью. Ведь тот Минцзюнь всегда был на стороне клана Шаньхай. Мой нынешний уход в состояние сна, подобно вашему отравлению демоническим ядом, — отличная возможность для них.

Во время сна Инь Чжанли был совершенно беззащитен. Не понимая, как он мог получить тяжелую рану и лишиться памяти, он решил остаться рядом с Ци Инем.

Даже если Ци Инь в заточении, никто из Небесного клана не сможет приблизиться к пещере Ваньгу.

Рядом с ним было безопасно.

А если добавить к этому вмешательство Сян Хайкуй, то, рисуя двумя кистями одновременно2, можно было пережить эту беду.

Но в ночь перед уходом Сян Хайкуй Инь Чжанли внезапно подумал…

Что, если то, что он прозрел в судьбе, изначально входило в планы Хань Ци?

Тогда Хань Ци, зная его характер, неизбежно догадается, что он выберет для сна пещеру Ваньгу.

Место рядом с Ци Инем превратилось бы в расставленную Хань Ци ловушку для зверя.

Верно, Ци Инь не знал себе равных в бою, но он был недостаточно хитер и обладал роковым недостатком — мягким сердцем, мягким, словно комок хлопка.

Когда в прошлом его предал ученик, и он потерпел сокрушительное поражение, он так и не смог заставить себя убить его.

Инь Чжанли сделал в уме предположение.

Когда он погрузится в сон, Хань Ци отправит нескольких смертников разыграть спектакль. Например, мать с ребенком, спасающихся бегством в пещере Ваньгу.

Когда мать убьют, Ци Инь еще сможет сдержаться и не вмешаться.

Но когда дело дойдет до истязания ребенка, Ци Инь точно не усидит на месте.

После этого ребенок останется в пещере зализывать раны, и для него не составит труда напасть на ледяную змею, обвившуюся вокруг цепей.

Ци Инь сможет защитить его жизнь, но не сможет уберечь от чужого проклятия.

К тому же Хань Ци рассчитал, что нападет вскоре после начала сна — ведь когда слой льда станет толще, наложить проклятие будет труднее.

Инь Чжанли произнес:

— Поэтому я немедленно принял решение и выделил двойника. Причем этот двойник и сам не знал, что он лишь копия, потому что воспоминания, которыми я его наделил, обрывались до того момента, как я принял новое решение. Затем я проник в лекарство от демонов, предназначенное для вашей дочери.

Сян Хэн издал понимающий звук:

— Значит, ваш заклятый враг смог ранить только двойника…

Инь Чжанли усмехнулся:

— Нет, я догадался, что он догадался, что я догадался, что он догадался. Он наверняка знал, что в пещере Ваньгу спит лишь мой двойник, а не истинное тело.

Голова Сян Хэна пошла кругом.

Сколько лет и сколько раундов должны были сражаться эти двое хитрецов, чтобы знать друг друга до такой степени?

И думать о стольких вещах целыми днями… При этом у него всё еще копна волос, никакой лысины — это просто ненаучно.

Инь Чжанли:

— Проклятие, которое он наложил на моего двойника, определенно способно отыскать истинное тело и поразить море моего сознания.

Таким образом, где бы он ни находился, ему не избежать участи быть тяжело раненным и потерять память.

Сян Хэн запутался еще больше:

— Раз уж вы это просчитали, зачем тогда вообще оставили двойника?

Не значит ли это подставить хвост под чужую ногу?

Демонического яда скапливалось всё больше, и всё тело Инь Чжанли уже почти скрылось под темной дымкой:

— Я постоянно убегал, а он неустанно преследовал меня. В конце концов он загнал бы меня в тупик.

Уж лучше было самому встретить беду.

Раз всё равно суждено быть раненным и лишиться памяти, лучше воспользоваться случаем и очистить Сян Хэна от яда.

Неизвестно, когда бы Сян Тяньцин пришла ему на помощь, так что лучше было самому явиться к ней, пока Сян Хайкуй рядом.

— Чуть позже, когда яд подействует и я окажусь на пороге смерти, прошу вас, собрат по Пути Сян, бросьте меня перед ними обеими. Обязательно бросьте тогда, когда они обе будут рядом.

— А что потом?

— Потом? Не знаю. — Инь Чжанли покачал головой. — В голове вашей дочери, пустой, словно бескрайняя пустошь, вечно скачут табуны мыслей, которые мне не под силу разгадать.

— Разве это не…


  1. Человек из Ци, беспокоящийся о небе (杞人忧天, qǐ rén yōu tiān) — китайская идиома, означающая беспочвенные и напрасные опасения. ↩︎
  2. Рисовать двумя кистями одновременно (双管齐下, shuāng guǎn qí xià) — образное выражение, означающее использование двух способов одновременно для достижения цели. ↩︎
Добавить в закладки (0)
Please login to bookmark Close

Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Закрыть
Asian Webnovels © Copyright 2023-2026
Закрыть

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы