— Нельзя убрать? Она использовала связи семьи Чжоу!
От слов Цзи Я Чжэнь Вэньсю нахмурилась.
Если говорить о связях, то кто ими не пользовался?
Не будь у них знакомств, как бы Elegance смогла провести модный показ на улице Ванфуцзин? Неужели она думала, что любой желающий может перекрыть Ванфуцзин на полдня?
Более того, сегодня столько газет написали о показе Elegance. Независимо от того, сколько места им выделили, слава о показе будет расходиться из Пекина во все стороны, и о нём узнает всё больше людей.
А когда выйдут те несколько влиятельных журналов, это станет новой рекламой!
Женщины, следящие за модой, непременно запомнят название Elegance.
Чжэнь Вэньсю казалось, что упрямое желание Цзи Я соперничать с Ся Сяолань совсем не похоже на деловой подход. В бизнесе каждый идет своим путем, и время показывает, кто добьется большего успеха. Если Elegance сможет превзойти Luna, то со временем она постепенно вытеснит её с рынка. Но пытаться мериться силами в самом начале пути… Чжэнь Вэньсю не разбиралась в коммерции, но всё равно считала, что добиться этого будет крайне трудно.
— Дело не в связях. Благодаря семье Чжоу ей, возможно, было легче выйти на людей с Центрального телевидения, но я слышала, что она выкупила это рекламное время за миллионы. Она заплатила деньги, к содержанию рекламы претензий нет, так как же её убрать, по-твоему?
Есть ли такие связи у семьи Цзи?
Это вопрос, который одними деньгами не решишь.
Чжэнь Вэньсю тоже не осмелилась бы помогать в таком деле.
Человек купил рекламное время за настоящие деньги, и если просто так его отменить, то, как ни посмотри, неправа будет именно Цзи Я.
Чжэнь Вэньсю считала Цзи Я хорошей подругой, но даже самая лучшая подруга не сравнится с мужем или дочерью. Неужели она должна была пойти домой и подговаривать собственного мужа заняться этим делом?
Это исключено.
Её личная помощь и впутывание семьи Нин — разные вещи. Если бы она посмела втянуть семью Нин, её свекор Нин Яньфань точно бы пришел в ярость, да и сама Чжэнь Вэньсю не была настолько глупа.
— Значит, я должна просто смотреть, как она использует модный показ, в который я вложила столько денег и сил, чтобы рекламировать свой собственный бренд одежды?
Что на это могла ответить Чжэнь Вэньсю?
Даже если и так, она сама на это напросилась!
Почему она ничему не научилась, несколько раз проиграв Ся Сяолань? Зачем было приглашать Ся Сяолань на показ? Хотя Ся Сяолань и была бесстыдницей, и даже без приглашения наверняка нашла бы способ прийти и всё испортить, но всё же первой затеяла ссору именно Цзи Я. И теперь, если рассуждать по справедливости, никто не скажет, что Ся Сяолань неправа.
Это то же самое, как когда Тан Хунэн привел Лю Фэнь и Ся Сяолань на свадебный банкет. Если бы Цзи Я спокойно справила свадьбу с Цяо Чжи и не пригласила Тан Хунэна, ничего бы не случилось!
— А Я, теперь уже ничего не поделаешь. Ты достигла цели своего модного показа, и скоро сможешь успешно открыться. Сейчас у Ся Сяолань всего несколько магазинов. Твое качество лучше, а цены не должны быть выше её. Не может быть, чтобы ты не смогла обойти Luna?
Чжэнь Вэньсю всё еще мыслила старыми категориями.
Она считала, что товар должен побеждать качеством. Ся Сяолань потратила миллионы на рекламу, и пройдет немало времени, прежде чем она окупит эти вложения.
«Хорошему вину не страшен глубокий переулок»: бренд Цзи Я не только благоухал этим «вином», но и пользовался поддержкой газет и журналов. Чжэнь Вэньсю верила, что у него большой потенциал.
Цзи Я даже не хотелось спорить с Чжэнь Вэньсю.
Чжэнь Вэньсю совершенно не понимала: на американском телевидении полно рекламы, и бренды борются за потребителей именно через частое мелькание на экранах.
Цзи Я тоже хотела запустить рекламу Elegance на телевидении, но дешевое время ей не подходило, а на хорошее не хватало средств. Нужно было открыть сразу несколько магазинов в Пекине, наладить производство готовой одежды… Капитал, предоставленный Цяо Чжи, не был безграничным. Какими бы ценными ни были доллары, при ввозе через официальные каналы они менялись по официальному курсу.
На черном рынке курс был 1 к 10, но это касалось только мелких частных обменов!
Цзи Я наводила справки о рекламном времени на Центральном ТВ, но не могла позволить себе заплатить миллионы юаней, поэтому и решила начать с модного показа!
Но она не ожидала, что Ся Сяолань сможет выложить такую сумму.
Откуда у Ся Сяолань такие деньги?
Почему, когда весть дошла до Сунь Наньчжэнь, семья Сунь никак не отреагировала? Казалось, никто и не думал создавать проблемы Ся Сяолань и её матери.
С каких это пор Сунь Наньчжэнь стала такой великодушной?
Семья Сунь очень строго следила за Тан Хунэном. Сразу после их свадьбы Цзи Я даже подозревала, что у Сунь Наньчжэнь есть к нему какие-то особые чувства.
— Странно, почему никакой реакции…
Видя, что Цзи Я снова погружается в свои переживания, Чжэнь Вэньсю тихо вышла. Психическое состояние Цзи Я было не в порядке, она мыслила слишком фанатично, и Чжэнь Вэньсю боялась лишний раз её спровоцировать.
Лучше всего было обойтись без ссор и криков!
На следующий день, 26-го числа, в газетах по-прежнему не было новостей о Luna, но это ничуть не радовало Цзи Я.
То, что она подавила новости в газетах, было бесполезно. Сегодня вечером Центральное телевидение покажет тот рекламный ролик с Чжан Сяо, и как только он выйдет в эфир, она уже не сможет сдержать обсуждения в прессе!
Цзи Я не понимала, почему Сунь Наньчжэнь бездействует, и решила нанести ей визит. Она слышала, что Сунь Наньчжэнь круглый год живет в Пекине и не возвращается в Шанхай. Цзи Я была уверена, что та её примет.
И она не ошиблась: Сунь Наньчжэнь не выставила её за дверь.
— Цзи Я, мы не виделись больше десяти лет, верно? Ты всё такая же красавица!
Сунь Наньчжэнь вежливо угостила её кофе.
Цзи Я была красива еще в молодости — особенной, модной красотой, не такой, как у остальных.
После десяти лет в Америке в её облике появилось еще больше иностранного лоска.
Сунь Наньчжэнь вынуждена была признать её красоту.
Но какой в этом толк, если Тан Хунэн предпочел найти деревенскую женщину, но ни за что не захотел воссоединяться с Цзи Я?
Цзи Я недолюбливала Сунь Наньчжэнь, и та отвечала ей тем же. Увидев спустя столько лет, что её соперница по юношеским обидам живет не лучшим образом, Сунь Наньчжэнь в глубине души торжествовала.
Только по молодости и незрелости она могла соревноваться с Цзи Я в красоте.
Теперь, достигнув среднего возраста, Сунь Наньчжэнь постепенно начала понимать истину.
Только женщины, которым больше нечем похвастаться, пекутся о своей внешности, потому что, кроме лица, у них ничего нет.
А если говорить глубже, то музыка, искусство, танцы — все эти таланты бесполезны, это лишь украшения для фасада… Если происхождение женщины достаточно выдающееся, разве нужны ей эти побрякушки?
Не умеет играть на пианино? Не беда, окружающие сами подстроятся и будут избегать этой темы.
С самого начала она ошибалась, соревнуясь с Цзи Я в этих внешних вещах.
Единственным шансом для Цзи Я догнать или перегнать её был Тан Хунэн!
К несчастью для этой дурочки, Тан Хунэна она потеряла.
При этой мысли Сунь Наньчжэнь мягко улыбнулась:
— Слышала, ты создала какой-то бренд одежды? На улице Ванфуцзин было довольно шумно, я читала об этом в газетах последние пару дней.
Цзи Я претили эти лицемерные светские беседы, и она прямо прервала приветствия Сунь Наньчжэнь:
— Сунь Третья, неужели ты правда не понимаешь, зачем я пришла?
Сунь Наньчжэнь кивнула.
— Знаю. Но почему я должна тебе помогать? Цзи Я, мир не крутится вокруг тебя одной. Ты хочешь что-то сделать, и другие должны безоговорочно тебе помогать… Прости, но я не один из тех мужчин, которых ты очаровала.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
