Ся Сяолань понимала, что в будущем ей предстоит проводить в Пэнчэне немало времени, и ей совсем не хотелось, чтобы перед глазами постоянно маячили неприятные люди.
Было бы неплохо найти способ решить эту проблему раз и навсегда.
На следующий день Лю Юн остался в Янчэне, чтобы продолжить переговоры с франчайзи по вопросам отделки, а Ся Сяолань решила отправиться в Пэнчэн, чтобы взглянуть на свой «Цзиньшачи».
— Гэ Цзянь, ты сможешь разузнать, где живет семья Ся? Помоги мне доставить им письмо.
Гэ Цзянь вел машину, и выражение его лица ничуть не изменилось:
— Ся-цзун, я знаю, где они живут.
О?
Ся Сяолань помнила, что не давала такого поручения; похоже, Гэ Цзянь разузнал всё сам.
Она еще не осознавала, что вокруг нее как центрального звена уже сформировалась сплоченная группа. Будь то бренд одежды, магазин стройматериалов, отделочная компания или «Цихан Дичань» — все эти люди во главе с Гэ Цзянем сблизились благодаря ей. Их связывали не только узы совместной борьбы, но и неразрывные интересы: только если у Ся Сяолань всё будет хорошо, жизнь каждого станет лучше. Они беспрекословно выполняли ее поручения, но о некоторых вещах Гэ Цзянь и остальные предпочитали знать заранее, даже если Ся Сяолань ничего не приказывала.
Например, о семье Ся.
Эти люди были ничтожествами, но Гэ Цзяню всё равно нужно было следить за их перемещениями.
Как оказалось, он не зря тратил силы — разве не этого распоряжения Ся-цзун он дождался?
Семье Ся не стоило оставаться в Пэнчэне. Что, если в один прекрасный день они выскочат и станут мозолить глаза Ся-цзун? Гэ Цзянь считал Ся-цзун драгоценным нефритом, который не должен мараться о кучку вонючих камней из выгребной ямы.
Если Ся Дачжун вздумает пакостить — например, заявится к дверям отдела продаж и начнет дебоширить, когда в «Цзиньшачи» начнутся продажи, — Гэ Цзянь, конечно, сможет его прогнать, но дурное влияние всё равно будет оказано, что подорвет репутацию Ся-цзун!
Впрочем, хотя он уже давно навел справки о положении семьи Ся, Гэ Цзянь не стал бы действовать по собственному усмотрению, пока Ся Сяолань не отдаст приказ.
— Просто доставь письмо. Передай его Фань Юй, но так, чтобы не тревожить остальную семью Ся.
— Слушаюсь, Ся-цзун!
Гэ Цзянь вел дела так, что за результат можно было не беспокоиться. Ся Сяолань откинулась на спинку сиденья, чтобы отдохнуть, и вскоре они прибыли в «Цзиньшачи».
Даже не выходя из машины, можно было увидеть ряды аккуратно выстроенных зданий у входа. Наружная отделка стен была почти завершена, и рабочие разбирали строительные леса.
Ван Хоулинь, прихрамывая на поврежденную ногу, быстро подошел к ним:
— Ся-цзун, только вас и ждем!
Ван Хоулинь считал, что толку от красоты этих домов не будет, если они не удовлетворят Ся Сяолань.
В планировке всего жилого комплекса даже Мао Каншань довольствовался ролью помощника, поэтому Ван Хоулинь и подавно не смел присваивать себе заслуги. Этот жилой комплекс на двадцать с лишним му земли служил для Ся Сяолань полигоном для практики… Всю кропотливую работу выполняли Ван Хоулинь и Мао Каншань, подчищая за ней огрехи и восполняя пробелы.
Однако общий план застройки действительно был разработан Ся Сяолань.
Идеи молодежи были куда более новаторскими. Ван Хоулинь считал, что чем выше здание, тем лучше, а Ся Сяолань заботилась о какой-то «комфортной среде».
Если весь комплекс будет достроен согласно плану Ся Сяолань, то, по мнению Ван Хоулиня, он станет красивее, чем двор горкома.
Сейчас на других участках еще велись работы, были готовы только образцовые здания, а озеленение еще не начиналось, но Ван Хоулинь уже видел, что дома вышли по-настоящему великолепными.
Кто бы не захотел жить в таком месте?
Он и сам бы не отказался!
Жаль только, что с его зарплатой он пока не мог себе этого позволить.
Ван Хоулинь лишь мечтал об этом, ведь Строительная компания провинции Юэ уже выделила ему жилье.
Мао Каншань не мог встречать ее у ворот. В новом, только что обставленном отделе продаж Ся Сяолань заметила знакомую фигуру.
— Мао Гоушэн приехал?
Лицо Мао Гоушэна выражало неловкость:
— Сяо Ся, я теперь работаю в Янчэне. Тут ведь недалеко, вот и заехал навестить старика.
В глазах Мао Гоушэна читалось безмолвное желание: он надеялся, что сообразительная и чуткая Сяо Ся поймет его без слов и сама произнесет то, что ему было неловко озвучить. Но Ся Сяолань лишь обменялась с ним парой вежливых фраз, предложила погостить в Пэнчэне подольше и прошла мимо!
Как… почему всё пошло не по плану? Он ведь уже перевелся в Строительную компанию провинции Юэ, и Ся Сяолань должна была воспользоваться моментом и пригласить его на работу в «Цихан». Мао Гоушэн оцепенел.
Он и его жена Чжэн Шуцинь всё же были более совестливыми, чем некоторые: у Мао Гоушэна покраснели даже кончики ушей, и он застыл на месте, не зная, как поступить.
Гэ Цзянь бросил на него мимолетный взгляд. Если бы не уважение к мастеру Мао, разве позволили бы такому человеку разгуливать по стройке?
Дожить до таких лет и быть настолько недогадливым!
Бизнес Ся-цзун рос с каждым днем, и владельцу подобало иметь соответствующий статус. За исключением самых близких людей, которые могли называть ее по имени, все остальные должны были использовать уважительное обращение.
Взять того же Чэнь Силиана: он искренне восхищался Ся-цзун и, хотя был старше ее, давно перешел на обращение «Ся-цзе».
А Мао Гоушэн хорош — в присутствии других сотрудников компании то и дело твердит «Сяо Ся». Какая заносчивость!
Если бы он ни на что не претендовал, то, учитывая родство с мастером Мао, пусть бы называл ее «Сяо Ся». Но, судя по его виду, он хотел работать в «Цихан»… Ха, неужели Ся-цзун пригласит такого человека в компанию, чтобы почитать его как святого предка?
Даже Гэ Цзянь почувствовал негодование, а Мао Гоушэн так ничего и не понял.
Так что его невостребованность в провинциальном проектном институте нельзя было целиком списывать на то, что родной отец, Мао Каншань, якобы тянул его вниз.
Ся Сяолань уже подошла к Мао Каншаню. Чжоу Маотун в этот раз тоже был здесь: «Цихан» всё еще использовала лицензию Строительной компании провинции Юэ, и Чжоу Маотун должен был оценить качество образцовых зданий.
— Учитель, Чжоу-шисюн, инженер Ван, может быть, осмотрим всё вместе, с нижних этажей до верха?
На лице Чжоу Маотуна играла улыбка:
— Ся-шимэй, когда твой комплекс будет достроен, он непременно станет прекрасным. Слева — поле для гольфа, справа — курорт Сянмиху, а «Цзиньшачи» — словно жемчужина, вкрапленная между двумя крупными проектами… Верно-верно, это как два дракона, борющиеся за жемчужину, — такой объект просто не может не пользоваться успехом!
Всем приятны добрые слова. Чжоу Маотун не просто льстил Ся Сяолань — его слова заставили всех сотрудников «Цихан» почувствовать гордость.
И ведь не придерешься: он назвал соседние проекты — поле для гольфа и Сянмиху — «драконами», а «Цзиньшачи» — «жемчужиной», за которую они борются. Одним махом Чжоу Маотун возвысил все три проекта.
Возвышая соседей, он возвышал и «Цзиньшачи».
Обычный заброшенный пустырь благодаря паре фраз Чжоу Маотуна превратился в элитный объект. Такой человек обладал и техническими знаниями, и высоким интеллектом, и житейской мудростью — кому еще достигать успеха, если не ему?
Неудивительно, что Мао Гоушэн не мог угнаться за Чжоу Маотуном, как бы ни старался.
Ся Сяолань пропустила Мао Каншаня вперед. Мао Каншань сегодня тоже был в добром расположении духа и не стал при всех задевать достоинство «Ся-цзун».
— Мы с тобой — учитель и ученица, нам ни к чему эти церемонии. Я и так вижу эти дома по нескольку раз на дню. Но сегодня, когда снимают леса, событие особенное, это знак завершения работ. Конечно, ты должна войти первой.
Ся Сяолань начала подниматься по ступеням.
Она осмотрела несколько демонстрационных квартир с разными планировками, отделанных Лю Юном, и тщательно проверила качество.
Родной дядя, выполнявший работу, уж точно не стал бы ее обманывать.
Когда она поднялась на открытую террасу последнего этажа и посмотрела вниз, перед ней открылась вся панорама окрестностей.
Это были дома, которые построила она; это было ее дело.
Близился 1986 год. С момента перерождения прошло три года, и все эти три года Ся Сяолань неустанно трудилась, не позволяя себе расслабиться ни на день. «Цзиньшачи» вот-вот поступит в продажу, и она наконец получит свою самую крупную и заслуженную прибыль!
«Нет, дело не только в деньгах. Дело в том, что в этой жизни я наконец встала на одну стартовую линию с героями этой эпохи и даже опередила некоторых из них на несколько шагов…»
Дома «Цзиньшачи» не были самыми высокими в Пэнчэне, но у Ся Сяолань возникло иллюзорное чувство, будто она может взирать сверху вниз на весь Специальный район!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
