Подставные покупатели?
Ся Сяолань и правда подготовила «подставных», но случая воспользоваться ими не представилось.
С тех пор как щедрый господин Сюй одним махом купил две квартиры большой планировки, обеспечив блестящий почин, это сильно подстегнуло толпу покупателей, теснившихся в отделе продаж.
Вскоре на макете снова появились маленькие красные флажки.
— Подъезд четыре, квартира двести три!
— Подъезд один, квартира триста два…
— Подъезд один, квартира четыреста четыре продана!
Разве так покупают жильё? Квартиры расходились как кочаны капусты.
Глядя на то, как уходит одна квартира за другой, потенциальные покупатели начали паниковать. А в панике легко утратить способность здраво рассуждать. Если бы предложений было много, покупатели могли бы выбирать не спеша, всё обдумывая.
Но «Цзиньшачи» не был крупным комплексом — всего чуть больше ста квартир, а посмотрите, сколько людей выстроилось в очередь в первый же день!
Окружение этого жилого комплекса… даже в Гонконге такой проект считался бы первоклассным. Цены для Пэнчэна были ошеломляюще высокими, но для Гонконга они казались пустяком.
Продажи начались в восемь утра, и к половине одиннадцатого на макете красовалось уже семнадцать красных флажков, что означало семнадцать проданных квартир.
Среди них не было ни одного подставного лица от Ся Сяолань — все семнадцать квартир были проданы по-настоящему.
Ся Сяолань выбралась из толпы в отделе продаж. Её дядя Лю Юн суетился, помогая во всём, а мать была вместе с Мао Каншанем и Сун Дяньян.
Заметив её, Мао Каншань дважды кашлянул:
— Внутри такой шум, народу полно, а покупают-то многие?
Мао Каншань просто беспокоился, хотя старик из упрямства ни за что бы в этом не признался.
Ся Сяолань не стала напускать таинственности:
— Уже семнадцать. Когда я выходила, видела, что оформляют восемнадцатую.
Люди действительно покупали, а не просто зашли поглазеть!
— Хорошо, очень хорошо!
Сун Дяньян с облегчением выдохнула:
— Как только ты объявила цены, старик ночами напролёт уснуть не мог, всё охал да ахал. Вижу я, зря он только изводился.
Беспокоился о чём? О том, что Ся Сяолань установила слишком высокую цену и никто не захочет покупать.
Мао Каншань выглядел смущённым — ему не понравилось, что супруга выдала его секрет.
Лю Фэнь расплылась в улыбке:
— Это мастер Мао беспокоился о Сяо Лань. Я, как мать, в строительстве ничего не смыслю. Если бы мастер Мао не присматривал за этой девочкой и не хлопотал о каждом деле, разве добилась бы она того, что имеет сегодня!
Сам Мао Каншань так не считал.
Он следил за стройплощадкой, направлял Ся Сяолань в планировке и дизайне «Цзиньшачи». Но эта сделка на десять с лишним миллионов была результатом её собственной хватки и смелости.
Раз за два часа продали больше десятка квартир, Мао Каншань понял, что проблем со сбытом не будет. В этом плане ему нечему было учить Ся Сяолань: люди науки не всегда смыслят в бизнесе, а Ся Сяолань наставники здесь не требовались — у неё и так голова была полна идей.
К ним подбежал консультант по продажам и протянул Ся Сяолань папку с документами:
— Госпожа Ся, документы, которые вы просили, готовы.
— Хорошо, иди работай.
Ся Сяолань почтительно протянула бумаги Мао Каншаню:
— Учитель, мама права. Успех этого проекта во многом ваша заслуга, вы оказали мне огромную помощь! Я человек приземлённый и умею выражать благодарность только таким простым способом. Примите это в знак моей признательности вам и Сун Шинян!
Мао Каншань взял папку, заглянул внутрь и, ничего не сказав, передал её своей старушке Сун Дяньян.
У той от увиденного задрожали руки:
— Это… да как же так можно…
Третий подъезд, первый этаж, окна выходят на бассейн «Цзиньша» — квартира площадью девяносто квадратных метров.
В договоре купли-продажи черным по белому были вписаны имена Мао Каншаня и её собственное, а вся стоимость была полностью оплачена.
— Тётя, почему нельзя? Это просто подарок от чистого сердца.
Это и была та самая восемнадцатая квартира, которую оформляли, когда она выходила — Ся Сяолань купила её сама, чтобы подарить супругам Мао!
Фирма полностью принадлежала ей, но покупку всё равно нужно было оформить официально, чтобы провести её через общую бухгалтерию компании.
Сун Дяньян попыталась всунуть договор обратно, но Ся Сяолань с серьёзным видом произнесла:
— Тётя, я не преследую никаких целей, я просто хочу проявить сыновнюю почтительность к вам и учителю, чтобы у вас был свой уголок в Пэнчэне. В своём жилье всегда живётся спокойнее и увереннее, чем в чужом. Климат Пэнчэна отлично подходит для того, чтобы проводить здесь полгода зимой, а в остальное время вы двое сможете возвращаться в Ханчжоу.
— Ты что же, с самого первого дня, как пришла к нам, замышляла сменить нам жильё?
Мао Каншань так и не сказал, примет он подарок или нет.
Ся Сяолань кивнула:
— Да. С вашим опытом вы должны жить не просто в малоэтажном доме, а в целой вилле — и в этом не было бы ничего странного. Если вы хотите, чтобы я превзошла внучку Нин Яньфаня, то и я хочу, чтобы ваши условия жизни были ничуть не хуже, чем у него.
Мао Каншань велел жене убрать договор. Тысячи слов слились в одну фразу:
— Ты очень внимательна.
Эта квартира стоила огромных денег. Даже если не брать в расчет рыночную цену, а считать по себестоимости, выходило около ста тысяч юаней.
Мао Каншань и Сун Дяньян точно не смогли бы выложить такую сумму. В 1985 году обычная семья служащих, будь то высококвалифицированные инженеры или строители, не могла достать сто тысяч.
Без Мао Каншаня проект Ся Сяолань не продвигался бы так гладко. Даже вопрос с квалификацией «Цихан» решился благодаря его связям. Если бы не он, стал бы Чжоу Маотун из строительного управления провинции Гуандун вообще замечать, кто такая Ся Сяолань?
Мао Каншань учил её со всей душой и даже рекомендовал для стажировки в Корнеллском университете в США. Что такого в том, чтобы подарить ему квартиру?
Старый товарищ Мао заслужил право пожить в своё удовольствие!
Ся Сяолань обсуждала это с Лю Фэнь, и та была полностью согласна.
— Мама, побудьте здесь с учителем и остальными, а я должна пойти проверить, там снова закипела работа.
Ся Сяолань боялась, что Мао Каншань передумает, поэтому, вручив подарок, поспешила скрыться.
Губы Сун Дяньян задрожали. Она не могла поверить, что старик действительно принял квартиру.
— Лао Мао, это слишком дорого! Как ты посмел взять такое? Быстро верни Сяо Лань!
Мао Каншань заложил руки за спину и промолчал.
Ладно, учитель и ученица давно связаны одной нитью. Ся Сяолань искренне заботится о нем и его жене. Сколько еще пользы может принести его старое тело? Нечего скупиться, он отдаст все силы, помогая ей!
— Оставь. Ты сколько её знаешь? Неужели не поняла, какая она упрямая?
Отказываться было бесполезно. Ся Сяолань нашла бы сотню доводов, чтобы убедить его старуху.
Раз так, лучше обойтись без лишних церемоний.
Неподалеку Ду Чжаохуэй, случайно ставший свидетелем этой сцены, стоял с открытым ртом.
— Ся Сяолань, оказывается, такая щедрая?
Учитывая стоимость жилья в «Цзиньшачи», квартира площадью девяносто квадратных метров стоила больше двухсот тысяч юаней. Для таких богатых наследников, как Ду Чжаохуэй и Тан Юаньюэ, родившихся с золотой ложкой во рту, двести тысяч не были чем-то существенным. Но Ся Сяолань начинала с нуля, а на «Цзиньшачи» висел банковский кредит в шестнадцать миллионов. Эти двести тысяч — прибыль как минимум с двух её квартир.
Женщина, которая, казалось, видела только выгоду, вдруг проявила такую щедрость.
Тан Юаньюэ собирался ухаживать за Ся Сяолань, поэтому, естественно, навел справки о людях из её окружения.
— Подумаешь, квартира. Ты хоть знаешь, кто это? В архитектурных кругах материкового Китая говорят: «На севере — Нин, на юге — Мао». Этот господин Мао Каншань так же знаменит, как и Нин Яньфань, спроектировавший отель «Наньхай»… Мао Каншань не только управляет делами «Цзиньшачи», но и является её наставником. Похоже, госпожа Ся намерена мертвой хваткой вцепиться в недвижимость.
Только ли в недвижимость?
Вряд ли.
Ду Чжаохуэй невольно вспомнил, как предлагал Ся Сяолань пойти в актрисы, заявляя, что у архитектуры нет будущего.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
