Ничего страшного!
Хоть она и вышла замуж не так удачно, как Лю Фэнь, зато родила прекрасного сына.
При мысли о том, что её сын скоро уедет учиться за границу, настроение Чэнь Дасао наконец-то улучшилось.
Как бы это сказать… это означало, что разрыв между Чэнь Цином и Ся Сяолань, возникший во время вступительных экзаменов, сократился. Университет Хуацин — престижное заведение внутри страны, но он и в подмётки не годится зарубежным вузам. К тому же Чэнь Цин был сыном, а Ся Сяолань, дочь Лю Фэнь, — девчонкой. Между мужчиной и женщиной существовало природное неравенство, и Чэнь Дасао чувствовала, что всё же одержала верх.
Она гнала от себя мысли о том, какое будущее ждёт Ся Сяолань с таким отчимом, как Тан Хунэн.
Супруги, сошедшиеся во втором браке, просто доживают свой век вместе, разве станет он искренне заботиться о «чужом прицепе»?
Так утешала себя Чэнь Дасао, и в голове у неё роились мысли о социальном неравенстве их союза.
Она ведь пыталась сосватать Лю Фэнь надежного человека для спокойной жизни, но та не согласилась.
Кто же знал, что её приметит такой большой начальник.
У такого руководителя был огромный выбор, а он выбрал именно Лю Фэнь. Неужели ему просто приглянулась деревенская баба за её расторопность, и он искал себе домработницу, чтобы та за ним ходила?
Наверняка так и есть!
Чэнь Дасао с завистью думала: «Старая поговорка гласит, что брак должен быть равным. За столь высокое положение придётся платить — во всём угождать мужу и прислуживать ему. Выйти за такого человека — это лишь пускать пыль в глаза!»
Только она обрела душевное равновесие, как услышала, что её свёкор расспрашивает о делах Ся Сяолань.
Чэнь Дасао невольно навострила уши.
— В этом году Сяо Лань, скорее всего, не сможет вернуться на Новый год. Она уезжает в Америку на год по программе обмена, улетает уже в феврале…
Что?
Ся Сяолань тоже едет за границу!
Чэнь Дасао больше не могла это слушать. Эти мать с дочерью словно родились, чтобы портить ей жизнь и не давать покоя.
Девчонке мало учёбы в университете, ей ещё и за границу подавай?
Поездка за рубеж — редчайшая возможность. Чэнь Цин с огромным трудом добился этого, так почему же и Ся Сяолань выпал такой шанс?
Чэнь Лаода дернул её за одежду сзади и утащил в кухню:
— У тебя совсем совести нет? А Фэнь и остальные вернулись в деревню только к вечеру, а ты и не подумала приготовить им чего-нибудь перекусить!
В выражении лица Чэнь Лаода сквозило волнение, смешанное с желанием угодить.
Он не смел сам подойти и заговорить.
Лю Юн пристроил столько деревенских на работу в Пэнчэн, что его авторитет мгновенно вырос. Станет ли Чэнь Лаода в будущем старостой деревни, зависело даже не от слова того высокого начальника, за которого вышла А Фэнь, а от поддержки Лю Юна.
А эта баба совсем не соображает: гости пришли, а она вместо того, чтобы пошевеливаться, только уши греет!
Чэнь Дасао стиснула зубы.
Она не знала наверняка, правда ли Лю Фэнь живет в шоколаде, но сама она точно не могла похвастаться даже видимостью благополучия. В семье Чэнь она не имела права голоса, а муж даже в кухне помочь огниво разжечь не соизволил бы.
Стоило ей разжечь огонь в печи, как её позвал свёкор, Чэнь Ван Да.
— Папа, что случилось?
Чэнь Ван Да указал на Лю Фэнь:
— А Фэнь с семьей останутся в деревне на ночь. В её доме никто не жил несколько месяцев, там холодина. Иди помоги, растопи кан.
Чэнь Дасао подумала: «С какой стати? Меня что, в служанки к Лю Фэнь записали?»
Но перечить авторитету свёкра она не посмела.
Тан Хунэн вежливо отказался, но Чэнь Ван Да настоял, сказав, что они не чужие люди и помогать друг другу — дело естественное.
Тан Хунэн поблагодарил Чэнь Ван Да за доброту и позволил Чэнь Дасао вместе с парой деревенских женщин обустроить постели для него и Лю Фэнь и прогреть комнаты.
Если бы он отказался от помощи семьи Чэнь, Чэнь Ван Да мог бы чего доброго обидеться.
Раз другие вызвались помочь, зачем Тан Хунэну утруждать себя?
Сам-то он не прочь был поработать, но боялся, что Лю Фэнь устанет.
По его настоянию приготовили две отдельные комнаты.
Чэнь Дасао не выдержала ни минуты дольше и поспешила уйти. Чэнь Сысао бежала следом, причитая:
— Он так добр к А Фэнь, её страдания наконец-то закончились, правда ведь, невестка?
Только отойдя подальше от дома семьи Лю, Чэнь Дасао холодно усмехнулась, не боясь, что её услышат:
— И с чего ты взяла, что он к ней добр?
Чэнь Сысао посмотрела на неё как на дуру.
— Такой большой начальник, зачем бы ему было специально сюда ехать и раздавать свадебные сладости, если бы он не хотел объявить всей деревне, что они с А Фэнь собираются расписаться?
Он не стал жениться втихую.
Не дал сельчанам повода для сплетен.
Лю Фэнь действительно выходила замуж с честью и достоинством!
И мужчина её очень уважал: все справки для брака уже были готовы, оставалось только зайти в бюро гражданских дел. И даже при этом он попросил подготовить две комнаты… Боялся, что люди сочтут А Фэнь легкомысленной женщиной.
Чэнь Дасао не нашлась что возразить.
Все её оправдания были самообманом.
Факты говорили сами за себя: Лю Фэнь не просто удачно вышла замуж — она была по-настоящему счастлива. С таким человеком, как лидер Тан, деревенские женщины вроде них не то что жить, даже познакомиться шанса бы не имели!
На сердце у Чэнь Дасао внезапно стало тоскливо.
Какое сравнение ни возьми — она проигрывала по всем статьям. Это было невыносимо.
…
Когда гости ушли, Лю Фэнь нерешительно спросила:
— Тебе не очень нравится Чэнь Дасао?
Тан Хунэн всегда был предельно вежлив, но Лю Фэнь это почувствовала.
Тан Хунэн немного удивился:
— Как ты это поняла?
Посторонние говорили, что он человек скрытный, и мало кому удавалось разгадать его мысли.
Тан Хунэн не ожидал, что Лю Фэнь почувствует его настроение. Угадала?
— Не знаю, просто почувствовала… Значит, правда?
Обычно Тан Хунэн не вел себя как важный чин, но тут он действительно заставил Чэнь Дасао бегать туда-сюда, застилая постели и прибираясь. Лю Фэнь решила, что он недоволен этой женщиной.
— Ты, оказывается, очень проницательная, но к другим относишься без всякой опаски. Впрочем, тебе больше не придется с ней общаться, так что её мнение не имеет значения.
Будь она кем-то другим, а не невесткой старосты и твоей землячкой, Тан Хунэн и вовсе не обратил бы на неё внимания.
Чем меньше храм, тем больше в нем нечисти; чем мелче вода, тем больше в ней гадов.
В целом нравы в деревне были неплохие, но и здесь не всё было гладко.
Были такие, как семья Тянь, чья гниль видна сразу, а были такие, как Чэнь Дасао — мелочные и завистливые, не желающие, чтобы другие жили лучше них.
Не говоря уже о том, какого жениха она пыталась тебе сосватать… Чэнь Дасао могла проявлять доброту к вам с дочерью до определенных пределов, но она точно не хотела, чтобы вы жили лучше её семьи.
Мериться мужьями, мериться детьми — до чего же скучны эти деревенские бабы.
Почему бы им не сравнить самих себя?
Если ты сама растешь над собой, ты можешь вдохновить партнера стать лучше, стать примером для детей, расширить кругозор и стать увереннее в себе!
Тан Хунэн подумал, что женщины вроде Чэнь Дасао никогда в жизни не поймут, почему он выбрал именно А Фэнь.
— А Фэнь, отдыхай сегодня. Завтра утром я навещу могилы твоих родителей, а потом мы поедем в бюро гражданских дел Анцина. Когда закончим с формальностями, станем настоящими супругами.
Оставив её с этими словами, Тан Хунэн ушел в соседнюю комнату.
Лю Фэнь стояла на месте, и когда до неё медленно дошел смысл сказанного, её щеки мгновенно вспыхнули.
— Когда они станут настоящими супругами, они больше не будут спать в разных комнатах!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
